Беспокойные звезды (ЛП)

Нова вздрогнула, когда я взяла одну ее руку в свою, а Дарси — другую. Темные глаза Новы поднялись и посмотрели на меня, и в их глубине отозвалась какая-то пустая мольба. Я не позволила себе задерживаться на этом взгляде, вместо этого я призывала своего Феникса и переливала эту магию из моей кожи в ее кожу, закрывая глаза, чтобы сосредоточиться на выслеживании любых признаков Темного Принуждения, которое Лайонел так любил использовать против тех, кого он изо всех сил пытался контролировать одним лишь страхом.
Пламя Дарси встретилось с моим, затем почти сразу же врезалось в барьер сознания Новы, затем еще и еще. Все закончилось за считанные минуты, но в ту секунду, когда последний кусочек темной магии разбился, Нова испустила судорожный вздох, который мог быть рыданием.
Она рухнула на пол у наших ног, и Дарси присела, чтобы помочь ей подняться.
— Я никогда не думала, что снова почувствую вкус свободы, — выдохнула Нова. — Истинные Королевы действительно вознеслись, — выдохнула она, в изумлении переводя взгляд с нас двоих.
— Все славят имя Вега. Пусть этот трусливый Дракон дрогнет перед вами.
К тому времени, как мы проверили, чтобы убедиться, что все остальные задержанные К.А.Н.Т. и даже Хайспелл не находились под влиянием Лайонела, я почти забыла, что нам еще нужно допросить пленников из Двора Солярии.
Уошер забрал Нову обратно в ее дом на Астероид Плейс. Он пообещал предоставить нам полный отчет о вмешательстве Лайонела в академию, который, как мы надеялись, поможет нам устранить любые нарушения безопасности, о которых мы могли и не догадываться.
Милтон вернулся, чтобы помочь с дежурством снаружи, и Маргарет собиралась работать с ним, как только Циклопы закончат изучение ее разума.
— Может, проделаем старый трюк со сравнением историй? — предложил Орион, когда Джеральдин повела нас в две комнаты, где находились генерал МакРиди и Гас Вульпекула.
— Какой трюк? — с любопытством спросила Дарси.
— Мы допрашиваем их по отдельности, а затем сравниваем их ответы, если они совпадают, то мы поймем, что это правда. Если нет, то мы будем знать, что по крайней мере один из них лжет, — объяснил Дариус.
— Что, если они оба знают одну и ту же ложь? — спросила я.
— Хм. Никогда об этом не думал, — признался Орион, и я закатила глаза.
— Мы сможем проверить факты, как только получим ответы, детка, — сказал мне Дариус.
— Значит, все, что тебе сейчас нужно сделать, — это выбрать между хнычущим репортером и опытным генералом?
— Я возьму генерала, — сказала я, не долго раздумывая.
— Если мне больше никогда не придется видеть этого лживого ублюдка Фокса.
— Тогда мы возьмем Гаса, — согласился Орион, и они с Дарси направились в комнату, а Джеральдин следовала за ними по пятам, с атласом в руке.
Дариус открыл дверь в комнату, где находился Ирвин МакРиди, генерал армии Лайонела и силовик, отвечающий за Центр Туманной Инквизиции, я прошла через нее с поднятым подбородком и пульсом, бьющимся о грудную клетку.
Ирвин МакРиди посмотрел на нас с ухмылкой, его пальцы согнулись, как будто он надеялся использовать против нас магию, но ему повезло, что в этом случае его отключили. Честно говоря, мне не нравились его шансы против кого-либо из нас.
— Ты мертв, — встревоженно выдохнул Ирвин, его глаза расширились, когда он уставился на Дариуса, как на привидение, краска сошла с его опухшего лица.
— Уже нет. Ты знаешь, как это происходит, — промурлыкал Дариус, захлопнув за нами дверь и оставив нас в тусклом свете единственной лампочки, висевшей у дальней стены.
— Мы задаем тебе вопросы, а ты на них отвечаешь.
— А что, если я этого не сделаю? — Ирвин усмехнулся, преодолев шок, увидев Дариуса живым, и осознав, зачем мы пришли. — Твои Циклопы не смогли преодолеть мою ментальную защиту, так что заставляет тебя думать, что Дракону и Фениксу повезет больше?
— Здесь ты уже проиграл, — сказала я ему, подходя ближе.
 
— Мы держим тебя под замком. Мы захватили академию, и со временем мы захватим и остальную Солярию. Правление Лайонела подходит к концу. Пришло время прыгать с кораблей.
— И что? У меня нет иллюзий относительно того, что ты освободишь меня, как только это будет сделано.
— Лучшее, на что ты можешь надеяться, — это жизнь в Даркморе, — согласился Дариус. — Но я готов поспорить, что это лучше, чем отсутствие жизни вообще.
Жестокость его слов вызвала у меня под кожей легкий трепет энергии, правда в этой угрозе заставила мой пульс участиться, и я посмотрела на мужа голодными глазами.
— Скажи нам, куда Лайонел перенаправил свои войска, — потребовала я.
Ирвин усмехнулся.
— Даже если бы я сказал тебе, ты должна знать, что он уже снова их передвинул. Он узнает, что меня схватили. Король не дурак.
— Он не король, — огрызнулся Дариус, подходя ближе.
— Он претендовал на трон, как и должен любой настоящий Фейри, — выплюнул Ирвин. — И я скорее умру здесь и сейчас, чем подчинюсь прихотям шлюхи-полукровки, чей отец был таким же безумцем, как и ее глупая сестра…
Я ударила его так сильно, что мои костяшки пальцев раскололись на его зубах, волна насилия пронзила меня с гудением чистой энергии, которая осветила меня изнутри. Я даже не собиралась этого делать. Но в тот момент, когда он начал говорить всякую ерунду о моей семье, я просто не выдержала этого.
Ирвин с криком ярости рухнул на пол, откатился от меня, а затем вскочил на ноги и бросился прямо на Дариуса.
Я вскрикнула, заметив тонкое лезвие, которое он вытащил из ботинка, мой пульс заколотился, когда я рванула к ним.
Дариус уклонился в сторону, прежде чем нанести удар достаточно сильный, чтобы сломать кость, и снова эта искра возбуждения пронзила меня, адреналин гремел по моим венам, кровь хлынула, и я почувствовала прилив веселья.
Я врезалась в Ирвина, лишив его равновесия, когда он снова взмахнул клинком, но этот человек был хорошо обучен и более чем привык к бою. Он бросился в мою атаку, используя мою инерцию, чтобы сбить меня с ног и швырнуть в ближайшую стену.
Боль рассеяла мысли, когда моя голова ударилась о кирпичи, но это было ничто по сравнению с той паникой, которая охватила меня, когда он снова замахнулся клинком на Дариуса.
Дариус заблокировал первый удар, но Ирвин явно это спланировал, развернулся и снова нанес удар.
Кровь Дариуса хлынула, когда нож прошёлся по его предплечью, и я вскрикнула от гнева, оторвавшись от земли и врезавшись в Ирвина с всей силы.
Дариус потерял равновесие, и мы все оказались на земле, пиная, и дерясь руками.
Боль вспыхнула в моем плече, но я проигнорировала ее, между моими костяшками пальцев прорастал смертельный лед, поэтому при каждом нанесенном ударе я проливала кровь. Горячий всплеск его на мою кожу привел меня в бешенство, дикая улыбка слетела с моих губ, когда я ударила Ирвина снова и снова.
Рядом со мной Дариус был полностью диким, рычание вырвалось из его горла, когда он наносил удары настолько сильно, что сломал кости, и мы оба стали жертвами кровожадности, настолько сильной, что я могла бы поклясться, что мы двигались под хореографию какого-то смертельного танца.
Я не могла остановиться. Не хотела останавливаться. Каждый удар опьянял, потребность в еще большем всепоглощала.
Ирвин застыл между нами, и мое сердце безжалостно колотилось, когда тяжесть его смерти, казалось, нахлынула на меня, как будто его душа касалась моей на пути к Завесе.
Дариус схватил меня и грубо поцеловал, его кожа была пропитана кровью, как и моя собственная, и единственное, что было лучше, чем порыв к этой смерти, — это вкус его губ на моих.
Что-то пошло не так. Я знала это в глубине души, и все же я была совершенно опьянена этим чувством, не в силах успокоить биение своего сердца.
— Смерть за смерть, — выдохнул Дариус мне в губы, крепко обняв меня за шею, его глаза светились тем же трепетом, в котором я потерялась.