Беспокойные звезды (ЛП)

Одновременно Джеральдин возложила корону на голову Дарси, а Габриэль возложил корону на мою, и толпа взорвалась ненасытным ревом восторга. Затем один за другим они все упали перед нами на колени и поклялись в верности нашему правлению.
Я посмотрела на сестру с совершенно раскрепощенной улыбкой на лице, на которую она ответила столь же ярко, и я знала, что, хотя ничто никогда не будет для нас таким, как когда-то, мы навсегда останемся дома в Солярии.
ГЛАВА 114
Приглашенные мною двенадцать членов Гильдии, во главе с Джеральдин Грас, выстроились на балконе.
Звезды направляли меня в выборе членов Гильдии, сообщая имена тех, кто был достоин, так что я был уверен в своем выборе. И вот пришло время их объединить.
Толпа аплодировала, когда Джеральдин низко поклонилась близнецам, которые сидели на троне Гидры бок о бок, две души делили одну корону. Она бросилась вперед в своем струящемся серебряном платье и упала коленями на маленькую темно-синюю подушку, которую положили у моих ног. Я поднес к ее губам Чашу Пламени, в которой было зелье Гильдии, и она издала крик, ее руки задрожали от волнения.
Мое короткое время, проведенное с отцом на поле боя, наконец, обеспечило мне знания, необходимые для этой задачи. Он заверил меня, что зелье не наложит никаких Уз на того, кто его выпьет, но оно заклеймит его знаком Гильдии, дав ему возможность владеть Камнем Гильдии, который ему был подарен. Они станут Ткачами Судьбы, и ни одна звезда больше никогда не сможет вмешиваться в их решения или накладывать проклятие на их души. Это была почетная должность, которая позволила бы им войти в правительство, которое давало бы советы правящим монархам, а также имело право голосовать по любым законам, издаваемым близнецами.
Как Мастер Гильдии, я поддерживал связь со звездами, которая позволяла мне проверять лояльность всех ее членов в течение их службы и следить за тем, чтобы среди них не появлялись предатели. Если такое произойдет, несмотря на мои усилия, то объединенные, лояльные члены смогут использовать силу Камней Гильдии, чтобы одолеть коварного противника. Это распространялось на суверена, которому служила Гильдия, поэтому тираны больше не могли захватить королевство в будущем. Самая грозная сила камней могла быть раскрыта с помощью каменных кругов, таких как ловушка, которая уже доказала свою силу при поимке Клайдиниуса, но также можно было сформировать круги истины, где нельзя было лгать, и многие другие великие силы могут быть разблокированы, что поможет нам установить прочный мир в королевстве.
Чтобы двенадцать объединились, звезды нашептывали мне о Фейри, соответствующих каждому звездному знаку зодиака, и мой отец подтвердил это на поле битвы, что значение имеют именно их восходящие знаки. Итак, теперь у меня было двенадцать имен, написанных на свитке, каждый знак восходящей звезды был указан рядом с ними, образуя полный зодиакальный круг.
Когда Джеральдин отпила из чаши, а я произнес слова, начертанные на металле, звезды начали шептаться вокруг нас. Ее глаза загорелись новым и странным светом, а затем погасли, когда я отодвинул чашу от ее губ.
— Хорошо падали мои веселые леса, — с благоговением выдохнула она, и я положил ей в ладонь Камень Гильдии Льва, чтобы он соответствовал ее восходящему знаку.
— Встань, Джеральдин Гунделлифус Габолия Гундестриа Грас, Ткачиха Судьбы, защитница Истинных Королев и священная наставница королевства, — приказал я.
Она встала, а затем охнула, глядя на свое правое предплечье, когда знак Гильдии вспыхнул под ее кожей, звездный свет сверкал вдоль созвездий на сверкающем мече. Она выпустила икоту эмоций, а затем снова поклонилась Дарси и Тори, когда эмоции снова исчезли под ее кожей.
— Я буду служить Солярии так же, как мышке в верблюжьем домике, мои дамы, — воскликнула она, а затем бросилась к Максу в объятиях, которые чуть не сбили его с ног.
— Дариус Акрукс, — позвал я затем, и мой друг дерзко улыбнулся, встав передо мной на колени, и я повторил процесс.
 
Я обратился к Калебу, Сету, Максу, Ксавьеру, Мелинде и Тиберию. Затем была Имения Брумалис, а затем Юджин Диппер, доказавшие свою храбрость как на войне, так и в своей безжалостной и непоколебимой преданности близнецам. Следующей была Верховная нимфа Кордетта, обеспечивающая равноправное положение своего вида среди нас. Это был предварительный союз, но близнецы уже сделали публичные заявления о новом статусе Нимф на нашей земле и пригрозили наказать за любую нетерпимость между Фейри и нимфами.
Наконец я сам отпил из чаши, и это обеспечило восхождение двенадцати. Габриэль, как Королевский Провидец, не был членом Гильдии, но его положение при дворе близнецов имело значение, говорящее само за себя.
Зелье вошло глубоко в мою грудь, тепло распространилось под ребрами и послало поток силы в мои вены. Я поднял взгляд на голубое небо, блеск звездного света говорил о звездах, пришедших посмотреть на эту изменяющую мир коронацию. С теплым потоком в груди я почувствовал, как моя судьба выскальзывает из их рук в мою, как будто они передают эстафету. Мой взгляд упал с них на женщину, с которой я сплел свою судьбу, моя прекрасная супруга, сидящая на троне, который ей давно был предназначен, ее зеленые глаза нашли мои, и безмятежная улыбка покоилась на ее губах. Вот она, королева, которую я всегда знал, наконец, на своем законном месте. И ох, как чертовски приятно было видеть ее там.
Я прошел вперед, поклонившись им обоим и поднеся чашу к губам Дарси.
— Пей, моя королева.
Она не сводила с меня глаз, когда сделала то, о чем, я просил, и я произнес слова ритуала, который отмечал ее как королеву с центром Гильдии, связывая ее с двенадцатью, поскольку они были связаны с ней в круге защиты. Затем я протянул чашу Тори, и она пила, пока я произносил слова, которые раз и навсегда отвязали ее судьбу от неба.
— Теперь эта история принадлежит вам, — сказал я им обоим. — Возьмитесь за ручки и направьте нас к нашему счастью.
ГЛАВА 115
ГОД СПУСТЯ
— Нервничаешь? — усмехнулась Тори.
— Нет, — сказала я непринужденно.
— Лгунья, — сказал Габриэль с понимающим взглядом.
— Определенно, — согласилась София.
— Ладно, я на один процент схожу с ума, — призналась я, заламывая руки.
Джеральдин сунула в них букет полевых цветов, всех синих и белых оттенков. Туда поместили незабудки, ирисы, фиалки, ромашки и даже землянику. Это было чересчур, но чего я ожидала, когда Джеральдин взяла на себя организацию свадьбы? Как я могла на самом деле отказать ей, когда она умоляла меня позволить ей и присылала мне рукописное письмо каждый день в течение целой недели подряд, чтобы объяснить, почему она будет идеальным кандидатом, я сказала «да» в первый день, но она не остановилась.
Тори, как моя подружка невесты, тоже активно участвовала в деталях, но когда дело дошло до этого, она отдала бразды правления в руки Джеральдин. Она раз пятьдесят спрашивала о моих любимых цветах, еде, и даже о моих любимых чертовых консистенциях, после чего я сказала ей удивить меня и Лэнса конечным результатом, если она захочет, и она проплакала целых десять минут, а затем сказала, что удивит ее любимые флеймамблы.
Я готовилась к этому дню в своей спальне и недавно приобретенном фермерском доме Ориона, и когда Джеральдин подвела меня к зеркалу, чтобы увидеть весь эффект моего платья, мой пульс участился еще больше. Это было похоже на что-то из сказки: ледяное голубое платье, прошитое кружевом поверх лифа и рукавов с открытыми плечами. Огромная юбка упала в великолепный бассейн ткани, сапфиры мерцали в слое сетки, а кружевные цветы украшали ее. Мои волосы были собраны в свободный пучок шиньон, несколько завитков синих кудрей свисали с моей шеи, а на голове изящно надевалась тиара, вокруг которой были вплетены части моих волос.