Беспокойные звезды (ЛП)

Джеральдин взвыла, ее голос разделился на три, которые на короткое, пронзительное мгновение перекрыли звуки битвы, и я не мог не почувствовать, как моя грудь раздулась, когда сила ее эмоций поразила и меня. Гордость, честь, доблесть, отвага. Это прекрасное создание ни капельки не боялось, хоть и сражалось в самом разгаре боя, хоть и знала не хуже всех нас, что именно здесь вероятнее всего погибнет.
Раздался ужасный грохот, и ужас охватил сердца всех Фейри вокруг меня, головы поднялись, чтобы посмотреть на светящийся магический шар, выстреливший над головой военной машиной в крайнем правом углу поля битвы. Три из них были уничтожены нашими войсками, но остались еще четыре, которые беспрестанно взрывали наши позиции своей свирепой мощью.
Единственная случайность в том, что мы находимся в глубине вражеских линий, заключалась в том, что эти шары хаотического адского огня не будут нацелены на нас: слишком многие из армии Лайонела пострадают, если осмелятся попытаться. Но каждый раз, когда они торпедировали над головой, меня обрушивала пощечина ужаса, за которой быстро и уверенно следовала ударная волна смерти, и везде, где они падали, следовали разрушения.
Но на этот раз что-то было по-другому, какой-то сдвиг заставил воздух задрожать, и я в тревоге поднял глаза, почувствовав, как волна ужаса надвигается на нас.
Повстанцам каким-то образом удалось защититься от этого удара. Мало того, они запустили эту чертову штуку прямо в армию Лайонела.
Я бы ликовал, если бы не увидел его траекторию, если бы не осознал, что он не просто уничтожит силы Лайонела, но фактически столкнется с нашими собственными.
— Щит! — крикнул я каждому Фейри вокруг меня, и когда мое осознание приближающегося ужаса ударило по их ментальным барьерам, враждующие Фейри вокруг нас замерли устрашающе неподвижно, их головы резко поднялись, чтобы посмотреть.
Наши враги перестали сражаться с нами, либо они убегали, либо воздвигали собственные щиты, их безнадежный ужас наполнил воздух так густо, что я мог бы задохнуться.
— Стройтесь! — Джеральдин взревела, и ее тщательно подобранный Легион — эти свирепые сукины дети, которых она тренировала день и ночь, все вокруг меня вытянулись по стойке смирно, их левые руки вытянулись, чтобы схватить плечо сражающегося ближе всего к ним Фейри.
Один из них схватил меня за руку, и я ахнул, когда на меня обрушился поток могущественной магии, более мощной, чем я мог себе представить. Должно быть, в Легионе Звездопада все еще стояла сотня воинов, и каждый из них был связан магией, делясь силой друг с другом, как будто это было самой естественной вещью в мире.
— За тебя, моя нарушающая правила барракуда! — скомандовала Джеральдин, когда над головой пронесся взрыв силы, обрушиваясь на всех нас и обещая смерть.
Я не чувствовал ничего, кроме доверия и непоколебимой веры со стороны Легиона Звездопада, когда все взгляды обратились на меня.
Я с решительным ревом вскинул руки вверх, одновременно используя каждую гребаную каплю магии, которую они мне предложили, и накинул куполообразный ледяной щит на наши головы так плотно, что все остальные звуки битвы были полностью отключены.
Оглушительный грохот магического взрыва, столкнувшегося с моим щитом, потряс фундамент земли под нами, но устоял. Мы держались. И черт возьми, это было похоже на победу.
— Реформируйтесь! — Командовала Джеральдин, и Легион Звездопада двигался, как хорошо смазанная машина, меняя позиции, пользуясь возможностью залечить любые раны и выстраиваясь в строй, чтобы снова присоединиться к битве.
Джастин Мастерс кивнул мне, проходя мимо, держа перед собой копье, и я кивнул в ответ, забыв о любых мелких ссорах между нами.
Я оказался в центре, с Маргарет Хелебор с одной стороны, выглядевшей свирепой и решительной, и Джеральдин с другой. Она похлопала меня по плечу и покачала головой.
— Я должна была знать, что сегодня ты войдешь в мои воды, Макси, — отругала она, но блеск в ее глазах говорил о том, что она не совсем ненавидела то, что я пришел сражаться с ней.
 
— Я не мог быть где-то еще, — твердо ответил я.
— Что ж, тогда мы можем идти навстречу смерти вместе, — сказала она, подняв глаза к небу и устремив взгляд на приземистого коричневого Дракона, в котором я узнал Милдред Канопус. Зная мою девушку, она только что выбрала свою цель. — Но если мы выберем этот темный путь, давай сначала вымостим его костями наших врагов. Аваст!
— Аваст! — взревел Легион Звездопада, и когда я позволил щиту вокруг нас разрушиться, мы снова бросились в бой, ревя, как язычники, полные решимости сдержать свое обещание.
ГЛАВА 85
Я пролетела над Данте Оскура, Штормовым Драконом и Альфой клана Оскура, когда электричество вырвалось из его чешуи и ударило врагов у него за спиной. Поток огня Феникса вырвался из меня, пламя и молнии закрутились в смертоносную спираль битвы, когда он уничтожил одного из Связанных Драконов Лайонела, и зверь рухнул с неба.
София и Тайлер сражались с двумя вражескими грифонами впереди, но сверху спускался темно-фиолетовый Дракон, а мои друзья смотрели в его прицел, с широко раскрытой пастью, в горле которого кипел огонь.
Рычание покинуло меня, и я полетела быстрее, схватившись со зверем в свахтке прежде, чем он успел атаковать, и сомкнула его челюсть потоком лоз, так что он задохнулся от огня, который собирался извергнуть. Я воспользовалась своим преимуществом, заморозив крылья Дракона, и он начал падать, изо всех сил пытаясь сломать мой укрепленный лед. Не было никакого спасения, никакого пути судьбы, который привел бы к тому, что этот зверь ускользнет от меня.
Я направила свою магию глубже, ища горячую кровь, пульсирующую в его венах, и замораживая ее тоже. Глаза Дракона встретились с моими, когда он понял, что ему конец, видя во мне свою смерть.
Зловещей струей магии воды я заморозила его сердце, и Дракон безвольно упал, в сторону битвы внизу. У меня едва хватило секунды, чтобы зафиксировать свою победу, как Гарпия врезалась в меня справа, с визгом полоснув лезвием по моей руке.
Я выругалась, отбросив ее с помощью магии воздуха и закрепив вокруг себя щит, чтобы она дважды не подошла так близко. В моей руке заплясало красное и синее пламя, и я направила в ее сторону вихрь огня Феникса, заставив его охотиться за ней, как ястреб за зябликом. Она уклонялась влево и вправо, с визгом уносясь от меня, когда огонь лизнул ее бронированную кожу, но она направлялась прямо к Данте.
Я погнала ее туда, выстроив вокруг нее стену огня, которая заставила ее продолжать бежать, и она была настолько сосредоточена на побеге от меня, что не увидела раскрытую пасть приближающегося Штормового Дракона.
Он схватил ее зубами, ее смерть наступила быстро, прежде чем он беззаботно отбросил ее труп от себя. Он заревел мне, и я кивнула своему другу, прежде чем полететь ниже, на мгновение погрузившись в битву, пытаясь увидеть там кого-нибудь, кого я любила. Но бой был слишком плотным, а ряды мертвецов накапливались чертовски быстро. Мне было душно думать о моих друзьях, лежащих среди этих груд смерти, но я не могла позволить этому страху отвлечь мое внимание.
Группу союзных нимф вел Мигель подо мной, их щупальца обездвиживали Фейри впереди них, в то время как группа наших Элементалей бросилась вперед, чтобы прикончить их, тактика была идеальной. Но хватило ли всех наших заговоров и схем, чтобы победить? Как бы сильно мы ни сражались, море воинов Лайонела, казалось, никогда не кончится.
Я снова повернулась к небу и увидела, что Данте сталкивается с вражеским Драконом, их когти рвут друг друга, оставляя огромные раны на их чешуе. Молния сверкнула на коже Данте, и его враг ревел в агонии, пытаясь одержать верх. Но Данте был слишком силен, его молния пронзила грудь противника и остановила его сердце, заставив еще одного Связанного упасть с неба.