Беспокойные звезды (ЛП)

— Все в порядке, — успокаивающе сказал Орион, и на секунду я подумала, что он, должно быть, разговаривает со мной, прежде чем я поняла, что его глаза были устремлены на Шэдоу, и надежда наполнила меня, когда я заметила, что раны Шэдоу исчезают, а его собственные тени подпитывают магию.
Рана вскоре зажила, и длинный хвост Шэдоу завилял, прежде чем он сел прямо и наклонился, чтобы уткнуться носом в лицо Ориона.
Орион почесал голову зверя, пытаясь сделать вид, что он не особо в этом заинтересован, но я могла сказать, что так оно и было.
— С ним все в порядке, — радостно прошептала я, наклоняясь, чтобы обнять его и Шэдоу одновременно.
— Он спас меня, — тихо сказал Орион. — И, надо признать, это был не первый раз. Думаю, я был упрямым засранцем.
— Нееет, ты? Никогда, — саркастически поддразнила я.
Он ухмыльнулся, как Дьявол.
— Это привычка, от которой трудно избавиться, красавица. Но в последнее время я, кажется, делаю исключение для все большего количества товарищей.
— А как насчет Сета? — спросила я.
— Нет, — тут же отрезал он, и я толкнула его в бок.
— Засранец, — обвинила я, и он схватил меня за талию, крепко целуя и напоминая, что по-другому я бы его не хотела.
— Насквозь, — сказал он мне в губы. — Не забудь об этом, иначе мне придется напомнить тебе.
— Моя память затуманивается, — сказала я, взглянув на него сквозь ресницы.
— Мы здесь. — Прибыл Габриэль, торжествующе держа в руках пузырек с блестящей пыльцой. — Я знаю человека, который сможет сварить из этого зелье, которого будет достаточно для нашей армии. Я принесу это ему сегодня вечером.
Он достал из кармана звездную пыль и бросил щепотку нам на головы, унося нас в море звезд. Мы пролетели высоко над Академией, и Орион поймал себя порывом воздуха, когда мои крылья широко расправились, а Габриэль пролетел вокруг нас.
Замок Рамп находился под нами, и когда я пропустила нас через защиту, мы вместе направились к нему. Орион приземлился на подоконник нашей комнаты и протянул руку, чтобы затащить меня внутрь, но я колебалась, оглядываясь на Габриэля.
Мой брат кивнул мне, сказав, что пришло время обсудить то, что мы оставили недосказанным, и я еще раз посмотрела на Ориона.
— Я скоро вернусь, мне нужно поговорить с Габриэлем, — сказала я, и Орион понимающе взглянул на моего брата.
— Я подожду, — сказал он, затем удалился в нашу комнату, оставив окно открытым для моего возвращения.
Габриэль последовал моему примеру, и я направилась через море в кампус, вскоре приземлившись на самой вершине башни Эйр, знакомого здания, дающего мне ощущение возвращения домой.
Мой брат спустился и сел рядом со мной, наши ноги свесились с края, и никакой страх не нашел меня над отвесным обрывом под нами. Было странно вспоминать мою первую ночь в Академии Зодиак, когда Сет взял меня сюда и заставил прыгнуть прямо с этого самого места. В каком-то смысле я все еще чувствовала себя той девушкой, которая прибыла в Солярию в тот день, но в глубине души я знала, что изменилась. Моя вера заключалась в крыльях за моей спиной и волшебстве в моих венах, и было странно думать о том, как один Наследник напугал меня тогда. В эти дни потребовалась страшная война, чтобы вселить во меня настоящий страх. И больше всего этот страх был за тех, кого я любила, включая тех самых Фейри, которых я когда-то презирала в этой Академии.
Мои крылья трепетали за моей спиной, касаясь черных перьев Габриэля и привлекая к нему мой взгляд, только для того, чтобы обнаружить, что он уже смотрит на меня.
— Ты готова об этом поговорить? — спросил он. — Много раз я хотел прийти к тебе, но предвидел это было неподходящее время. До настоящего момента.
Я выдохнула, и воздух затуманился, синие пряди волос закружились вокруг меня на ледяном ветру, но никакая часть меня этого не почувствовала. Огонь жил во мне, всегда горел, и я предлагала его и Габриэлю при легчайшем прикосновении моей руки к его.
— Нет необходимости, — сказал он с озорством в голосе, залезая в карман джинсов и показывая мне огненный кристалл. — Я всегда ношу его с собой, когда ночи холодные. Я хорошо разбираюсь в том, как пережить зиму. Итак… расскажи мне, что происходит.
 
— Ты явно уже знаешь, — размышляла я, улыбаясь, хотя на моих губах это казалось неестественным.
— Да, но, пожалуйста, потворствуй Провидцу, который видит слишком много разговоров, прежде чем он их заведет. Я предпочитаю испытывать их в реальности, а не в одиноких уголках своего разума. Это держит меня на плаву.
— Твои видения все еще причиняют тебе боль? — прошептала я, в ужасе от того, что Вард сделал с моим братом.
— С каждым днем все меньше, — сказал он, натянуто улыбаясь. — А теперь перестань медлить и скажи мне.
Я вздохнула.
— Думаю, это моменты паники, воспоминания обо мне и Лэнсе, время проведенное с Лавинией и Лайонелом. — Мое горло сжалось. — Я не могу это контролировать. Оно берет верх и настолько удушает, что я ничего не могу сделать, кроме… паники. — Я схватилась за грудь, чувствуя, как этот страх растет сейчас, всегда там, даже когда я запрятала его глубоко. — Но я боюсь не за себя, Габриэль. — Я посмотрел на брата, мой пульс участился. — Это Лэнс. Это ты. Тори. Каждый. — Паника усилилась, мое дыхание участилось. — Шансы на то, что мы все переживем эту войну, не очень высоки. И я уверена, ты знаешь. Ты видел , что произойдет, но я не могу спросить тебя.
Я схватила его за руку, и Габриэль положил свою руку на мою, его взгляд был окрашен болью.
— Да, я вижу смерть. Сейчас больше, чем когда-либо. Но все потенциальные судьбы — это призраки будущего, которое может наступить, а может и не наступить. Ничто не является осязаемым, пока оно не произойдет. Вот на что я возлагаю надежду — на меру возможностей, которая сохраняется между нашими отмеченными смертью путями.
Мои ногти впились в его руку, когда я смотрела ему в глаза, часть меня хотела увидеть , что он сделал, чтобы у меня был шанс избежать этого.
— Как ты это терпишь? — Я вздохнула, восхищаясь своим братом за бремя, которое он нес на своих плечах.
— Однажды это довело меня до безумия. Было время, когда я не мог это контролировать или понимать. Это был дар, через который меня должны были наставить, но, как я уже говорил вам раньше, когда меня отправили жить в Алестрию в ту ночь, когда были убиты наши родители, мои воспоминания были заблокированы вместе с моими способностями Провидца. В конце концов этот блок треснул и поддался, но это означало, что мне нужно еще многое наверстать, чтобы овладеть своими дарами. Даже сейчас я все еще учусь. Но иногда я боялся того, что видел, боялся, что не смогу изменить судьбу, боялся, что ужасные вещи, которые я видел, сбудутся.
— Но? — спросила я, чувствуя, что за этим стоит нечто большее.
— Но через некоторое время я начал понимать, что Зрение, хотя временами и ужасающее, был подарком, более ценным, чем любой другой, который мне могли предложить в этом мире. Это дает мне возможность защитить тех, кого я люблю. Я спасал вас больше раз, чем могу сосчитать. Больше раз, чем вы даже хотите знать.
Я немного посмеялась.
— И я благодарна за каждый из этих моментов.
Он улыбнулся, но улыбка исчезла.
— Дарси… в тебе течет кровь Гарпии. Наша мать по натуре была яростной защитницей, как и я. И, насколько я знаю о Гидрах, в этом отношении они тоже не были спокойными. Тебе нужно принять эту часть себя. Твой разум пытается предупредить тебя о том, что, ты отчаянно боишься, того что может произойти. О том, как Лэнса снова схватят и будут пытать, о том, что твоих близких убьют. По сути, он говорит тебе, что ты должна защитить их. И если ты решишь, что это твой долг, и примешь эту роль, я верю, что кошмары исчезнут. Именно так я справляюсь с видениями и могу научить тебя своим методам, если хочешь?
— Твои методам? — спросила я с любопытством.
Он кивнул.