Я стала сестрой злодея (СИ)

Рядом закружился обеспокоенный Шу, не зная, как сделать так, чтобы мне стало лучше. В своей суете, он нечаянно влетел в дерево и, не сумев понять, что произошло, заозирался по сторонам.
Глупыш.
Из меня вырвался смешок, который словно надорвал упаковку чувств, которые бурлили внутри, находясь под прессом. Мои губы задрожали, я всхлипнула и разревелась.
Прощай, образ милой сестренки.
И… Ридрих, надеюсь, ты будешь счастлив. Иначе все это того не стоило. Поэтому пообещай мне, хороший мой, ладно?
И я тоже постараюсь стать счастливой. Обещаю.
***
Два месяца спустя…
— Хозяйка, здесь еще один, — радостно заворковал Шу, замерев над полянкой в паре метров от меня.
Я улыбнулась своему духу и, сорвав последний лист лекарственного олока, положила его в корзину и поднялась, направляясь к малышу.
Говорить нечего, моя жизнь за последние недели изменилась на сто восемьдесят градусов. Сейра Азалия Абенаж осталась в прошлом, как и горничные, и неприличная роскошь, к которой я привыкла за десять лет.
Мы с отцом уехали из столицы в тот же день, когда я примчалась в храм. Нам дали двух гнедых лошадок, Лендрис сменил свою белую робу на обычные непримечательные штаны, рубаху и дорожный плащ. Мне тоже выдали темное, не маркое платье и длинную накидку с капюшоном, отчего у меня сразу создалось впечатление, словно мы какие-то беглецы.
А может так оно и было.
Наш путь лежал в маленькую лесную деревушку Фоксдот на самом краю империи. Здесь мы были так далеки от войны, насколько это возможно, а значит, и от Ридриха.
Слухи до сюда доходили с заметным опозданием. Но у отца был свой неведомый мне способ держать связь с внешним миром. А потому мы были в курсе того, как обстояли дела на фронте. До нас дошло, что Ридрих таки уехал в самое пекло, и это мгновенно переломило ход боя. С небывалой легкостью его отряд один за другим уничтожал вражеские легионы. Война, которая в книге длилась три с половиной месяца уже подходила к концу.
Вскоре мы с отцом должны были отправиться на юг, чтобы помогать раненым. За эти два месяца я неплохо научилась ощущать и накапливать свою божественную энергию, отец даже говорил, что вскоре я смогу призвать более могущественного духа, чем Шу.
Тот на это реагировал без восторга. Оказывается, он был тем еще «мамсиком» и собственником. Поэтому в последние дни Шу активничал, как никогда, словно в попытке доказать мне, что он один стоит сотни каких-то там высокоуровневых духов. А я пока не считала нужным его разубеждать, хоть и знала, что рано или поздно нам придется об этом поговорить.
Жизнь шла своим чередом. За исключением того, что я ужасно скучала по Ридриху. Днем я отвлекалась от своих мыслей, погружаясь в медитации, сбор лекарственных трав для будущих отваров и мазей, а также в неспешные беседы с отцом. Но вот вечером, когда тьма покрывала своим балахоном небо, от истинных переживаний сердца было не скрыться.
Это даже хорошо, что Ридрих полностью остыл ко мне. В противном случае, я бы, наверное, не сдержалась и, не взирая ни на что, сорвалась к нему на войну. Кементина, не Кементина - плевать. Мне просто хотелось быть с ним рядом.
Но это его брошенное на прощание: «От тебя разит светом. Убирайся. И не попадайся мне на глаза», заметно остужало мой пыл. Я повторяла себе, что все в прошлом, и с улыбкой пыталась начинать каждый день.
Особенно часто я вспоминала Эделию, маму Ридриха. У нас были совершенно разные ситуации, но в чем-то мы были похожи. И даже если она могла радоваться незначительным мелочам в своем заключении, то я тем более была на это способна.
По ее подобию я начала писать Ридриху письма. Я знала, что никогда их не отправлю. Мне просто хотелось выплеснуть свои чувства. И кажется, становилось легче.
А недавно я наткнулась в лесу на дикий куст жаканта. Опустим факт, что я тогда разревелась, размазывая сопли по лицу. Но теперь я раз в два дня ходила его поливать и ухаживать за ним, и это тоже помогало.
 
— Хозяйка, еще вот тут, — радостно воскликнул Шу, найдя еще одну травинку.
Я улыбнулась.
— Что бы я без тебя делала?
— Без кого? — вдруг раздался до дрожи знакомый холодный голос, которого здесь не должно было быть по определению.
Не веря своим ушам и вся с ног до головы покрываясь мурашками, я резко обернулась.
Этого просто не могло быть. Невозможно. Быть может, у меня начались визуальные и слуховые галлюцинации?
На протоптанной местными жителями тропинке стоял… Ридрих.
Ридрих! РИДРИХ!
Выражение его лица хранило привычную печать безразличия, губы были недовольно поджаты, зато в черных глазах горел настоящий огонь, о причине которого мне еще только предстояло узнать.
Что он здесь делал?!
Обращение: «Брат», уже почти сорвалось с моих губ, но я вовремя остановила себя и, поднявшись, склонилась в идеальном реверансе.
— Досточтимый сейр Абенаж, какая неожиданная встреча, — проговорила я.
— Знаешь, что я терпеть не могу, Азалия? — раздался его холодный голос.
Я знала. Не могла не знать.
— Ложь, — ответила я ровно, поднимая на него глаза. — Вы не можете терпеть ложь.
— Тогда как ты посмела мне соврать? — требовательно спросил он, прожигая меня взглядом, и я почувствовала скапливающуюся за его спиной ауру зла.
От его тона у меня по коже побежали мурашки ужаса, а дыхание сперло. Он узнал. Ридрих все же узнал о том, что мы не брат и сестра. И во взгляде его было столько неприкрытой ненависти, что я просто не знала, куда от нее деваться.
Я сжала руки в кулаки, чтобы придать себе мужества, и вздернула подбородок.
— Я просто хотела выжить. Вот и все.
По его губам скользнула кривая улыбка, глаза превратились в две черных льдинки, а затем он за каких-то пару мгновений преодолел разделяющее нас расстояние, оказываясь опасно близко ко мне. Слишком опасно для моего сердца.
Я твердо встретила его взгляд, а Ридрих вдруг обхватил мой затылок рукой и сгреб в кулак мои волосы, причиняя мне боль. Зашипев, я попыталась оттолкнуть его.
Что черт возьми он творил?!
Но он тут же обездвижил мои руки, сжав их у меня за спиной. Его взгляд жадно бродил по моему лицу. Я чувствовала щекочущий нервы страх, но мое дыхание потяжелело совсем не из-за него. В этой гонке определенно лидировало возбуждение, которое пронеслось по венам и наэлектризовало воздух между нами.
— Вы проделали весь этот путь, чтобы наказать меня? — прошептала я, ловя его взгляд.
— Я не разрешал тебе уезжать, — произнес он низким голосом, так что у меня все внизу затрепетало.
— Вы велели не попадаться вам на глаза, — напомнила я ему на всякий случай, если он вдруг забыл. — Так что, я лишь выполнила ваш приказ, сейр Абенаж.
Его рука скользнула с моего запястья к лицу, большой палец задел мои губы, отчего я не смогла удержать прерывистый выдох, и Ридрих наклонился ближе.
— Ты слишком своевольна для той, кто разгневал меня, — сказал он, магнетизируя меня своим взглядом.
К счастью, десятилетняя выдержка - это вам не пустой звук. А потому я с усмешкой произнесла:
— Мне что же, встать перед вам на колени и молить о прощении?
Кадык на его горле дернулся.
— Еще успеешь.
А потом он вдруг резко отстранился и уже совершенно другим, холодным тоном приказал:
— Ты едешь со мной в Иргейс.
— Я? — от удивления я забыла про весь этикет.
В целом, я ожидала, что он скормит меня Малькуту, ну, или просто пристукнет и оставит лежать под деревом, словно все так и было. Сердце в груди екнуло, и тут же получило от меня подзатыльник.
Все помним, что я самолично напоила его из серебряного кубка и забрала все светлые чувства? Помним еще? Вот, и отлично. Не расслабляемся.
— Но что мне там делать?
— Я использую тебя, чтобы завоевать расположение дворян, — бросил он холодно, проходя по мне безразличным взглядом.