Семья по контракту (СИ)

— Нет, — возразил я ребенку, — это Кашинский, Воронский, Шохов в честь моих конкурентов.
— Нет, — воспротивилась Алиса, — так собачек называть нельзя!
Она посмотрела на меня своими голубыми глазами. Эта маленькая девочка готова была стоять до конца, но и я уступать ей не собирался. Пусть это четырехлетняя девчонка, ну и что? Мне никто не перечил. Все знали, что спорить со мной бесполезно. Я никогда не уступлю, даже маленькому ребенку.
— Песикам нельзя давать такие клички! — сказала Алиса, скрестив руки на груди. Это девочка с мамиными голубыми глазами, собралась со мной спорить. Хорошо, начнем:
— Это мои собаки, как хочу, так их и называю, — сказал я.
Я услышал Катину усмешку и резко обернулся на нее. Куколка прикрыла рот рукой и еще раз хихикнула. Может она и права, со стороны это выглядело глупо. Большой дядя спорит с четырехлетней девочкой. Я казался смешным, а это для меня было страшнее. Мне пришлось уступить Бесенку.
— Хорошо, называй их как хочешь.
— Правда! — воскликнула она и подпрыгнула на месте
— Да, — сказал я ей и посмотрел на счастливого Бесенка. Она была настолько радостной, будто я ей подарил миллион долларов. Пусть радуется, но больше я ей не уступлю. Я снял с себя пальто и стал дожидаться, пока они разденутся. Катя стянула с Бесенка куртку и сапог. Носок у малышки оказался мокрым, ноги промокли. У них даже не было денег на нормальную обувь. Алиска видимо не собиралась ждать пока с нее стянут второй, и принялась скакать по прихожей в одном сапоге. Мама ее моментально схватила за руку и притащила к себе. Я закрыл глаза, пытаясь представить, что ничего не видел. Куколка, наконец-то, раздела свое дите и сняла с себя пальто. Тут я увидел Катю совершенно в другом свете. Она была одета в серое платье, что плотно обтягивало ее бедра и грудь. Девушка в простой одежде выглядела очень сексуально. Мне сильно захотелось заполучить ее в коллекцию своих любовниц.
— Руки мыть там, — сказал я громко, — и еще, в квартире только сделали ремонт.
Я не врал, месяц назад здесь крутились два мастера. Они делали ремонт под итальянский стиль. Мне обошлась их работа очень дорого. Но мраморные полы и дерево из ценных сортов меня успокоили, это наверно столько и стоит. Девчонкам ремонт понравился, они как две галки с открытыми ртами оглядывали прихожую. Мне пришлось силком затащить их ванну, но они и там застыли. Не знаю, что им понравилось либо плитка бежево-белая или возвышающаяся в центре круглая ванна с венецианскими зеркалами. Но Катя замерла на месте, а Алиса опять не растерялась и побежала крутить кран. Хорошо, что Куколка ее остановила.
— У Вас очень красиво, — сказала мамаша, держа дочь за руку.
— Ничего необычного итальянский стиль, — резко сказал я, — мастер мой должник. Он тут с другом трудился почти полгода. Я их хотел выгнать, но они с грехом пополам все сделали. Поэтому пользуетесь, кран поворачивайте вправо, этим полотенцем вытираться.
После указаний я вышел в коридор, и принялся за ними наблюдать. Они стали мыть руки. Катя пару раз на меня взглянула, но ее постоянно отвлекал Бесенок, что пытался вырваться. Куколка, в конце концов, ее не удержала, Алиска выскочила из материнского захвата, добежала до ванны и нажала пару кнопок. Я отошел в сторону. Мне этого не хотелось видеть. Девчонка была совершенно избалованная. Не знаю, как я буду с ними жить в одной квартире.
Они обе вышли, точнее Катя тащила Алиску. Это маленькая девочка еще была недовольна. Тебе Бесенок повезло, что не я твой отец. Ты бы такие выкрутасы, у меня точно не делала.
— В квартире есть библиотека, — сказал я им, — но Вам заходить туда не обязательно, вот это моя спальня, дальше гостиная для гостей в самом конце Ваша комната. С другой стороны коридора — кухня. Рядом с ней мой кабинет, я его запираю на ключ.
— Вы живете один? — наивно и глупо спросила меня Катя, но сразу смутилась и опустила голову.
— Нет, приходит горничная. Правда, я ее видел за семь лет пару раз. Она появляется, когда меня нет дома. Мы с ней общаемся через блокнот, что лежит на пуфике. В нем я оставляю деньги и записываю для нее задания. О Вас я напишу заметку, не переживайте.
 
Я улыбнулся.
— У Вас есть настоящая собачка? — неожиданно выкрикнула Алиса.
Я резко посмотрел на девчонку.
— Мне еще пса не хватало завести, — проговорил я про себя, — из всех живых существ, у меня были рыбки, и то в детстве. Правда, они умерли, я за это не переживал.
— У меня никого нет, — ответил я ей.
— А мне мама запрещает заводить животных, — продолжала рассказывать Бесенок, — она говорит, что я не буду за ними ухаживать. А я буду!
Бесенок резко крикнула, что мне захотелось сказать, — «я тебе верю только перестань орать!» Нет, это просто невыносимо. Мне с ней жить неделю. Хорошо, что Куколка не разрешила ей завести живую зверюшку. Если они принесли сюда собаку, я бы точно повесился.
— И правильно делает твоя мама, — резко сказал я.
— Не правда, собаки защищают дом, — вскрикнула Алиса и поставила руки в бок. Хорошая позиция. Девочка собирается спорить со мной по-любому поводу?
— Не одна собака не сравнится с охранной системой, что установлена в этом доме, — я постарался ей сказать более доходчиво, но в ответ получил презрительную гримасу. Маленькая девочка посмотрела на меня как на менеджера нижнего звена, что на совещание сказал полную глупость. Я себя так неловко еще ни разу не чувствовал. Мне пришлось сменить тему, чтобы уйти от разговора. Я открыл дверь их комнаты и сказал:
— Постельное белье в шкафу. Располагайтесь на диване. Если что надо я буду в соседней комнате.
— Спасибо Вам большое, — сказала Куколка.
В этот момент в комнату вбежала Алиска. Она резко остановилась на середине и оценила обстановку. Ее взгляд упал на кожаный диван. Девчонка в два прыжка оказалась на нем и принялась прыгать. У меня чуть не отвалилась челюсть. Я хотел что-то сказать, но не смог. Куколка в отличие меня не растерялась и сразу схватила свою дочь и оттащила от дивана.
— Простите нас, пожалуйста, — сказала она, вся покраснев. Ей, наверно, было стыдно, ничего страшного. Вы с Бесенком стали мне как родные, пришли в гости дали в морду моей собаке, напрыгались на диване. Как мои родственники.
— Катя, прошу Вас, перейдем на ты.
Она кивнула.
— Замечательно, так будет обоим легче, — сказал я, оглядев ее. У Куколки кроме паршивого пальто, была еще ободранная сумка. Она таскала ее собой и притащила в комнату.
— Катя, у Вас есть еще вещи?
— Нет, — ответила она, — Алисины я забрала из больницы, а свои у меня с собой.
— Хорошо, располагайтесь, — сказал я и вышел из комнаты и закрыл дверь.
— Ладно, — сказал я самому себе, — пусть они разнесут мою квартиру. Хорошо я с этим смирюсь. Быстрей бы это все закончилось и девочка пропадет из моей жизни раз и навсегда.
По дороге в свою комнату я вспомнил, что обещал им шикарный ужин. Еды у меня не было, я питался в ресторане. Хотя на кухне можно было отыскать пару пакетиков чая, упаковку зернового кофе и десяток яиц. Из этого набора ничего не сделаешь. Я решил позвонить в ресторан. Мне ответила приятная девушка, что принялась слушать. Мой заказ был прост, три стейка, гарнир, несколько салатов, десерт и суп. Положив трубку, я увидел, как Алиса пробежалась по коридору. Я первый раз в жизни почувствовал себя неуютно в собственной квартире. В моем доме поселились полтора человечка. Я приводил сюда двух женщин они максимум оставались до обеда. Тут неделю вместе жить с неуправляемым ребенком!
Алиска носилась взад вперед, лишь останавливаясь перед моими картинами. Она долго их разглядывала и бежала дальше.
— Только бы Бесенок их не уронил, — думал я про себя, наблюдая, как она встала перед самым дорогим полотном. Эту картину мне подарил мой покупатель. Мы с ним как раз заключили очень крупную сделку, и он решил мне сделать презент. Я в этих пейзажах плохо разбираюсь, и мне пришлось обратиться к искусствоведу. Он сказал, что мне жутко повезло. Поэтому когда ручки Бесенка дотронулись до картины, я практически шепотом сказал: