Семья по контракту (СИ)

Настя встала с кресла, взяла сумочку и осмотрелась. Она так и осталась папиной дочкой с ветром в голове. Порой мне становилось ее жалко, хотелось одернуть, но я себе повторял: «это не мое дело».
— Макаров, если ты, правда, хочешь домашнего очага, то нам с тобой не по пути. Прости меня, но я не собираюсь становиться твоей женой.
Она ухмыльнулась, это у нее получилось без злости и наигранности, глупо. Настя поправила прическу перед зеркалом и еще раз посмотрела на меня — прощалась.
— Настя, кто тебе сказал, что мы тут? — спросил ее я.
— Макаров, — рассмеялась она, — никто не сдает своих информаторов. Да я не такая глупая, как ты думаешь. Ты сам в этой жизни много чего не понимаешь.
— Кто?
— Нет, нет, — она отмахнулась.
Я понял, что кто-то капитально копает под меня. Ее подослали специально, чтобы испортить сделку.
— Дим, мне пора, — сказала она, смотрясь в зеркало, — меня ждут новые приключения, а тебя старость. Все как ты любишь.
Она шагнула в сторону входной двери и помахала мне на прощание.
— Настя, зачем ты соврала насчет поездки в Италию?
— А ты почему молчал? — она переспросила, — сказал бы что я вру.
— Хотел посмотреть на Катину реакцию, — ответил я.
— И что ты увидел?
— Она меня любит.
Эти слова пронзили ее до самого сердца и все смешки, кривляния потеряли смысл. Настя, тяжело дыша, приблизилась ко мне. Ее зеленые глаза горели, а руки сжимали мою рубашку. Она будто в одночасье стала беззащитной и теперь просила о помощи.
— Дима, — сказала Настя низким голосом, — прошу, останься со мной.
Ее руки сжали мое тело, а ее голова прижалась к груди.
— Я соскучилась Дим. Ты не представляешь, как я испугалась, когда узнала, что девка живет у тебя.
Она подняла свои глаза на меня.
— Правда, давай уедем в Италию. У нас все будет как раньше, — говорила она.
Я ей не верил. Хотя ее слова резали по-живому. Я хорошо помнил ее измены, что скатывались в снежный ком. Это папина дочка никак не могла наиграться. Мое терпение лопнуло, я ее выгнал из своей квартиры.
— Дим, скажи честно, ты ее любишь?
Я оторвал ее от себя, и взглянул в зеленые глаза. Они все также пусты и безоблачны.
— Да.
Настя дрогнула. Ее голова уткнулась в мою грудь в попытке сдержать эмоции. В итоге она разрыдалась, вытирая слезы.
— Почему ты в нее влюбился! — Настя кричала, не понимая как это возможно.
— Просто так.
Она оттолкнула меня и сделала несколько шагов назад. Ее лицо было растерянное и испуганное.
— Ты ее любишь, как меня?
— Настя, перестань! — крикнул я, — к чему теперь эти разговоры.
Настя вытерла слезы рукавом, напоминая школьницу разочаровавшись в первой любви.
— Прости меня, Дим, — сказала она, склонив голову, хватая сумку, — если ты решишься вернуться ко мне, я буду ждать.
— Хватит! Мы с тобой расстались.
Настя закивала, соглашаясь со мной. Девочка выглядела несчастной, но ее не жалко. Мне хотелось, чтобы она быстрее ушла из моей жизни раз и навсегда. Настя так и сделала, повесив свою сумку на плечо, и посмотрела в мою сторону. Ее губы дрожали, она хотела еще раз кинуться и попросить прощение. Может я и ошибаюсь. Настя открыла дверь и пропала из моей жизни навсегда. Мне стало тяжело на душе, но это минутная слабость.
Надо было давно с ней распрощаться. Пускай ее отец кинулся бы топить мой бизнес. Я верю, что это принесло бы гораздо меньше проблем, чем его дочь.
Теперь надо найти Катю. Я думал сначала отправиться в отель, чтобы узнать, снимала она там номер. Если нет, Катя могла уехать в город на каршеринге или вызывать такси. В любом случае мне надо их найти.
43 Глава
Катя
Я знала, что ночевать у Виктора плохая идея. Хотя он пытался расположить к себе, улыбался, шутил, строил рожки. Но мы ему не верили. С какой стати я должна доверять друзьям Дмитрия.
— Ладно, — я уговаривала себя, таща за собой Алиску, — у меня форс-мажор. Мне придется переночевать у этого парня. С одной стороны, что он сделает? Он подчиненный Дмитрия, не полезет же он меня насиловать или убивать! Алиска была другого мнения. Она крепко сжимала мою руку, что мне хотелось закричать от боли. Моя девочка протестовала.
 
— Одну ночь и завтра мы уйдем отсюда, обещаю, — я поцеловала ее в щеку в надежде, что это успокоит. Но она лишь замотала головой и крепко вцепилась в меня.
— Мама, давай вернемся к Диме, прошу тебя. Этот дядя мне не нравится.
Ее нельзя судить, я от него тоже не в восторге. Но я лучше переночую в аду, чем вернусь к Диме. Виктор не совсем был плох, по крайней мере, он пытался выглядеть хорошим. Он нас веселил, ведя по дороге, где мы бежали от Дмитрия утром. Я вспомнила Настю и это долго молчание. Мне стало противно, когда я увидела дом Дмитрия, у меня полились слезы. Виктор продолжал болтать. Он нас довел до своего коттеджа и распахнул дверь.
— Проходите в мое скромное жилище. Всё что вы видите, принадлежит вам. Алиса, ты будешь есть мороженое или пирог? Только скажи дяде Виктору, он позвонит тети. Она принесет всё, что ты хочешь.
Алиса молчала, вцепившись в мою руку. Я вошла в дом первая. Все было такое же, как у Дмитрия. Огромная барная стойка, кожаный черный диван, на котором могла разместиться небольшая компания и большой деревянный стол. Запах тот же.
Виктор захлопнул дверь и обратился к нам.
— Что будем заказывать на ужин, — он говорил смешно, наклоняя голову. Может хотел быть похожим на клоуна. Алиску это не обрадовало, она спряталась за мной. Виктор посмотрел на меня.
— Мы не голодны, — ответила я.
Он развел руки. Мне уже хотелось открыть окно и выпрыгнуть отсюда. Может я на него, правда, наговариваю? Со мной был такой случай, когда мне стукнуло шестнадцать. Моя учительница по русскому языку решила нас отвести в театр, что начинался в семь, а закончился полдевятого. Мне пришлось идти не по самому безопасному району города. Фонари не работали. Я шла, оглядывалась, пугаясь каждого шороха, вспоминая утреннюю мамину историю про девочку, что изнасиловали на этой улицы. Какой был мой ужас, когда парень под два метра ростом буквально вырос передо мной. Я чуть не упала в обморок. Он просто заблудился. Тогда все обошлось, он меня проводил до дома, я ему показала дорогу.
Вот и сейчас я смотрела на Виктора, пытаясь понять — мне повезло также или нет?
— Я отдаю в Ваше распоряжение весь второй этаж — он взмахнул своими упитанными ручками, указывая на крутую деревянную лестницу, — я к Вам не поднимусь. Буду здесь смотреть телевизор.
Я ему кивнула. Если это наш с ним договор, я согласна — отсижу тут до завтра и уеду домой. Мы стали подниматься по лестнице, как раздался стук в дверь. Первая мысль — Дмитрий. Если это так, то я закроюсь на ключ в комнате. Пусть он рассказывает сказки своему Виктору. Я не буду его слушать. Врублю на всю громкость музыку в телефоне. Это был не он, а улыбчивая девочка, что приносила нам завтрак. Она все так же улыбалась стоя с двумя пакетами набитыми контейнерами с едой.
Я остановилась на лестнице, рассматривая, как он любезно передал девушке чаевые. Виктор еще сказал ей пару слов, она ответила ему улыбкой. Его неестественность меня сильно напрягала. Он не умел скрывать свои чувства как Дмитрий. Я хорошо запомнила в ресторане, как Виктор выдавливал из себя улыбку, пытаясь скрыть злость. Мы поднялись на второй этаж и закрыли дверь. Хорошо, что здесь была защелка. Это оказалась самая нужная вещь во всей комнате.
— Мамочка, — произнесла Алиса, — поедем домой.
— Солнышко, нам надо тут переночевать, завтра сходим в ресторан и уедем к бабушке.
Я ее поцеловала в щеку. Она меня обняла своими маленькими ручками. Я была перед ней виновата по всем пунктам. Если бы не моя наивность, то все этого не произошло. Наверно, я самая ужасная мать!
Мои раздумья прервал стук. Видимо Виктор не собирался соблюдать свое же правило оставаться на первом этаже. Он стучал не как Настя, пытаясь выломать дверь, но все равно напрягал. Я открыла защелку и увидела его упитанное улыбающееся лицо.