Великий диктатор (СИ)
Видимо, мой вопрос про отсутствие в стране крестьянской партии и подтолкнули его на образование новой политической силы. Вместе с партией он основал и новую ежедневную газету «Suomen totuus» (Финская правда), куда смог перетащить часть подписчиков «Ежедневной газеты», которую он возглавлял, когда являлся членом финской партии.
…..
Свою новую книгу про приключения Мумми-Тролля я закончил ещё в начале лета, причем в переводе и на шведский и на русский языки. Но почему-то никто из моих издателей так до конца лета за ней и не приехал. Ээро Эркко было, видимо, не до моих литературных изысканий, а Георг Стокманн, как и положено дисциплинированному немцу, ожидал моё продолжение именно от дяди Ээро. Короче, получился замкнутый круг. Но в конце августа, когда самоназначенному лидеру финского крестьянства понадобился материал для заполнения своей газеты, он обо мне наконец вспомнил.
Идею третьей книги, «Мумми-Тролль на Луне», я стянул у Носова. Конечно, с изменениями. Так как в моей книге не было Незнайки, то на роль нашедшего лунный камень был выбран персонаж по имени Пирожок. Пончиков в Финляндии девятнадцатого века я пока не видел. Вот и не стал рисковать, а назвал толстенького коротышку Пирожком.
Все термины из будущего — космическая ракета, телевизор, невесомость, скафандр, я оставил без изменений. С небольшими, но наивными пояснениями, что и почему. Ребёнок я или нет? Даже вспомнил и зарисовал схему ракеты из советской книги.
В незаконный полёт у меня отправились Пирожок, которому Мумми-Тролль запретил лететь за баловство с лунным камнем, и Пёстренький, которому так же отказали в полёте за то, что он раскрасил свой скафандр в разные цвета.
Политическое устройство лунатиков я не менял. Изменил только поведение коротышек, убрав удивление на наличие денег и отсутствие прочих достижений мира победившего коммунизма, которое и описывал в своей трилогии Николай Носов. Пирожок, как и Пончик, вначале разбогател, а затем обанкротился.
Самые простые приключения двух коротышек в незнакомом мире. В конце-концов мои герои точно также попадают на остров дураков. Пёстренького и Пирожка вовремя спасает экспедиция Мумми-Тролля на втором лунном корабле. Попытки прибывшего Мумми-Тролля наладить контакт с лунным населением приводят лишь к конфликтам из-за желания каждого единолично владеть семенами гигантских растений. В итоге, земные коротышки и муммики тайно распыляют над поверхностью внутренней Луны семена земных растений и покидают негостеприимный мир, надёжно запечатав за собой выход на поверхность.
Я думал, что у меня получилось слишком заумно, но мои «братья рыцари» и сестра с матерью приняли сказку на ура. Также в полном восторге остался от книги и Ээро Экко, который начал публиковать её частями в своей новой газете.
…..
- Проходите Николай Иванович. Вот сюда присаживайтесь, поближе к камину. Замерзли наверное по дороге. Зима в этом году что-то рановато началась, - хозяин кабинета после взаимных приветствий радушно озаботился обустройством прибывшего. - Надеюсь, ваш совместный с Плеве документ о преобразованиях в княжестве Финляндском готов?
- Так точно, Ваше Величество! Правда, Вячеслав Константинович из-за ледовой обстановки застрял в Кронштадте, - подскочил со стула финский генерал-губернатор.
- Я знаю, он прислал телеграмму с извинениями. Надеюсь, вы без него справитесь?
- Да, конечно, Ваше Величество! - заверил монарха Николай Иванович Бобриков и с подозрением покосился на сидящего в уголке императорского кабинета исполняющего обязанности министра внутренних дел Дмитрия Сергеевича Сипягина, ставшего во главе этого ведомства после неожиданной для многих отставки Горемыкина.
- Дмитрий Сергеевич здесь по моему приглашению и именно по финскому вопросу, - недовольно пояснил Николай II,заметивший косой взгляд Бобрикова.- Так что оставьте ваши взаимные претензии на потом. Кстати, у Дмитрия Сергеевича немного иной взгляд на реформирование вооруженных сил княжества.
- И какой же мнение может быть о вооруженных силах у сугубо гражданского чиновника? - генерал-адьютант Бобриков не преминул подколоть своего оппонента.
- Очень простое, Николай Иванович, - дождавшись разрешительного кивка императора, Сипягин высказал своё виденье этой проблемы. - Я против роспуска туземных частей. Финские войска очень хорошо себя проявили в подавлении восстаний в Польше и на Кавказе, а также в последнюю войну. Они хорошо обучены, дисциплинированны и преданны короне. И я считаю, что пусть поляки и закавказские народы лучше ненавидят финнов, чем русских.
- Вот именно, что туземные! Сегодня они преданны, а завтра? Иметь почти двадцатитысячную армию рядом со столицей это очень рискованно. Расформировать местные войска и влить их в части финляндского военного округа.
- А как же быть с шведской границей? Ведь именно их части несут пограничную и таможенную службу.
- Ну, значит преобразовать некоторые части в пограничные.
- Господин генерал-губернатор! - громко подал голос император, и в кабинете мгновенно воцарилась тишина. - Пока мы не начали обсуждение, у меня есть к вам поручение. Как вы, надеюсь, помните, я, по весне, не принял депутацию представителей княжества Финляндского.
- Да, да. Конечно! Ваш оригинальный ответ даже расколол местное общество, что пошло только на пользу нашему с вами плану по русификации этой провинции, - Николай Иванович поспешил верноподданнически заверить монарха, что помнит.
- Так вот, дорогой мой Николай Иванович, я-то ту депутацию не принял, но к Александре Фёдоровне женская финская делегация сумела найти подход. Естественно, что никакие их политические просьбы я удовлетворять не собираюсь. Но эта депутация преподнесла в дар две книги со сказками одного финского юного писателя, - император вытащил портсигар, извлек длинную папиросу и, прикурив от спички, жадно затянулся. - Николай Иванович, у меня к вам просьба от моей супруги, найдите фотографию этого маленького писателя и вышлите нам. Уж очень ей хочется взглянуть на столь одаренного ребёнка.
Глава 19
- Любую, любую? - переспросил я.
- В пределах разумного, конечно, - пробурчал ротмистр Ааро Корханен.
- Ну, тогда у меня вот такая просьба…
Текла Хултин про мой вклад в название её женского объединения всё-таки не забыла. И подарила царице две мои книги с сказками о Мумми-Тролле. А той, они внезапно понравились. И захотела Александра Фёдоровна узреть мою морду лица на фотографии. Для этого её супруг, наш император Николай II, даже напряг нашего же генерал-губернатора Бобрикова. А губернатору что, делать нечего? И он отправил за фотографией жандармского ротмистра и полицейского фотографа.
Всё бы ничего, но именно сейчас в Финляндии смута и возмущения по поводу назначения на должность министра-статс-секретаря по делам Великого княжества Финляндского, Вячеслава Константиновича фон Плеве.
Может общество и приняло бы его, но он отказался от принятия финского гражданства. А по манифесту Александра I занимать эту должность могли только граждане Финляндии.
После внезапной отставки финского генерала Вольдемара фон Дена, который занимал этот пост восемь лет, его заместитель, генерал Виктор Наполеон Прокопе, которому и пророчили эту должность, не получил назначения и так и остался заместителем, но теперь у Плеве. Сам же Плеве, ничуть не смущаясь, выступил в финском сенате с программной речью и объявил о начале перевода всего делопроизводства княжества на русский язык, введения преподавания русского языка в народных школах, а так же анонсировал реформы в финской армии. И почти все пункты его преобразований, которые он готовил совместно с генерал-губернатором Бобриковым, полностью противоречили местному законодательству и конституции.
Что и вылилось в возмущение всего населения княжества. Мои предки тоже разделяли это возмущение, и их первой реакцией на просьбу приехавших к нам жандарма и полицейского фотографа, был отказ. Но дед Кауко, который понял чем нам может грозить отказ, сумел их переубедить.