«Три звезды» миллиардера. Отель для новобрачных (СИ)

Он встает из-за стола и кладет руки мне на плечи.
— Бери выше, дорогая, я твой муж, — отвечает Артем с суровым видом, но, напоровшись на мой испепеляющий взгляд, поправляется, — ну почти. А раз так, я просто обязан проконтролировать, кто тот мудозвон, с которым собралась на свидание моя будущая жена.
Он окидывает меня оценивающим взглядом, и я жду, что он сейчас проедется по моему наряду. Даже готовлю ответную гневную речь. Я хорошо помню, во что была одета Злата, и мое платье в цветочек не идет ни в какое сравнение с ее брендовыми шмотками.
Но судя по выражению лица, моим внешним видом Асадов остался доволен. Он приглаживает волосы, заправляет за ушко локон и прижимает его ободком.
— Отлично, можешь идти, — он расправляет на платье воротничок, будто ненароком касаясь груди. Хлопаю его по рукам и спрашиваю недовольно:
— Как ты меня нашел? Ты за мной следил?
Артем не успевает ответить. Со входной двери раздается перелив колокольчика, и я в панике отскакиваю от Асадова. Падаю за первый попавшийся столик и угрожающе шиплю:
— Сиди молча! Делай вид, что мы незнакомы.
Краем глаза замечаю, что Артем послушно усаживается обратно и достает телефон, а в кафе вплывает огромный букет гортензий и пионов.
Гортензии! С пионами! Я сражена наповал.
Потрясенно замираю, не сводя глаз с плывущего по воздуху букета. Сердце пропускает удар за ударом, во рту пересыхает, глаза застилает поволока.
Я всего лишь один раз где-то в разговоре упомянула, как мне нравятся гортензии. Но они такие дорогие! А здесь целый букет.
Да разве это букет? Это облако! Нежное воздушное розово-лиловое облачко. И это облачко медленно плывет ко мне.
Сердце колотится как ненормальное, в ушах шумит. Сейчас я увижу его…
Сглатываю и старательно засовываю подальше мысль о том, что Мигель мне максимум по плечо. Это если судить по высоте букета, потому что пока мне видны только его ноги. Ничего, главное, что у нас много общего. Вон Асадов почти два метра, и что? Я ему даже до подбородка не достаю, а девочки чуть выше колен…
— Ваш букет, сэр! — громко объявляет букет и… проходит мимо меня к Асадову, который успел залипнуть в телефоне. Я слежу за ним растерянным взглядом.
Букет ложится на стол перед Артемом, а перед нами является улыбчивая смуглая физиономия с белоснежными как известное фаянсовое изделие зубами.
Представляю, какое у меня при этом лицо, рот сам непроизвольно открывается. А Асадов невозмутимо хмыкает:
— Это ошибка, я не заказывал цветы. Наверняка букет предназначался для девушки.
— Нет, сэр, — мотает головой курьер, который и в самом деле оказывается мне по плечо, — букет заказывал мужчина. Если это не вы, то давайте его обратно.
Пиликает телефон, читаю сообщение:
«Милая, эти цветы для тебя!»
— Это мой букет! — вскакиваю я и бросаюсь к курьеру. — Отдайте!
— Но его заказывал мужчина! — возражает на ломаном английском курьер.
— Все верно, его заказал мой мужчина для меня, — показываю сообщение. — Он просто задерживается.
— Да, правильно, — кивает Асадов и всовывает курьеру купюру, — вот, возьмите за работу, а цветы отдайте девушке.
Курьер смотрит на меня, на Асадова, на купюру, на букет, потом снова на меня. С глубоким вздохом забирает купюру и отдает мне цветы.
— Нравится? — спрашивает Артем. — Они не подвявшие?
— Они лучшие! — возмущенно протестую. — Тебе просто хочется испортить мне настроение!
— У нас самые свежие цветы, — разделяет мое возмущение курьер. Асадов смеряет его удивленным взглядом.
— А вы свободны, уважаемый, кафе закрыто для посещений.
Курьер недовольно бубнит что-то под нос и идет к выходу. Артем провожает его выжидательным взглядом, затем поворачивается ко мне.
— Ну хоть не нищеброд этот твой «ананас», — кивает одобрительно в сторону букета.
— Это абсолютно неважно, — мурлычу, погружая нос в нежные лепестки. — Не все меряется деньгами, Асадов.
— Тут ты абсолютно права, — серьезно отвечает он и возвращается за свой столик, а я сажусь за свой.
Минуты ожидания кажутся часами. Асадов сидит в телефоне, я открываю мессенджер. Уже прошло полчаса, может что-то случилось? Цветы Мигель прислал, а где же он сам?
 
Кусаю губы. Как вообще должна вести себя девушка, если мужчина не приходит на свидание?
Вздыхаю. Я понятия об этом не имею. У меня вообще никакого опыта.
Может, спросить у Асадова? Ну просто дружеский совет…
Но стоит представить насмешливую физиономию Артема, спрашивать отпадает всякое желание. Решительно набиваю в мессенджере:
«Милый, у тебя все в порядке?»
Ответ приходит незамедлительно.
«Да. У меня все отлично».
Несколько раз перечитываю сообщение, чувствуя себя полной идиоткой. Осторожно спрашиваю:
«А ты где?»
Несколько минут туплю, рассматривая его короткое «Здесь».
Оборачиваюсь и еще несколько минут смотрю на залипшего в телефоне Асадова. А ведь я ему не говорила про ананас. Ничего. На телефоне у меня стоит пароль, и я практически не выпускаю его из рук. Или кладу в сумку. Или в карман.
Встаю, медленно подхожу к Артему. Он поднимает голову и смотрит на меня с ожиданием.
Не сводя с него взгляда, пишу в поле мессенджера:
«Это ты?»
— Да, это я, — отвечает Артем одновременно с сигналом и всплывающим у него на экране моим сообщением.
***
— Аля! Аленка! Ну подожди же, — Артем идет за мной быстрым шагом, а мне приходится бежать. И я бегу, потому что у него ноги длиннее моих. Я тоже поначалу пробовала быстро идти, но он почти сразу меня догнал.
Сворачиваю на городскую набережную и ныряю в толпу. Здесь много людей, Артема вполне могут узнать, но меня это не останавливает. Зато может это как-то остановит Асадова?
В кафе он пытался поймать меня за руки, пока я лупила его букетом. Тянулась на носочках, даже подпрыгивала, чтобы стукнуть по голове самой крупной и красивой гортензией. Но вы пробовали когда-нибудь дотянуться до звезд?
Вот и у меня не получилось. Отхлестала по плечам, но с таким же успехом можно было измочалить букет о стену. Или об забор. И не факт, что стена с забором тверже этого железобетонного мужчины.
Угораздило же меня родить от него целых троих детей! Еще и девочек…
— Аленька, я все равно догоню, — слышу за спиной и ускоряю шаг.
Вокруг кипит жизнь — играют уличные музыканты, художники рисуют портреты, парочки танцуют прямо на пирсе у самого моря.
Я бы хотела тоже так потанцевать, с обычным мужчиной, за которым не тянется шлейф охранников. Ну ладно, пускай их не так много, и они стараются быть незаметными. Но сейчас, когда Асадов меня преследует, они не отстают. Продвигаются сквозь толпу, образовывая вместе с Артемом полукруг, и постепенно сжимают кольцо.
Скоро оно сомкнется. Выбегаю к морю и мчусь по пирсу, Артем не отстает. Останавливаюсь у самого края, разворачиваюсь и выставляю обе руки.
— Оставь меня в покое, Асадов! Если сделаешь еще хоть шаг, прыгну.
Он останавливается буквально в двух шагах. Море плещется у меня под ногами, темное и пугающее своей неизведанностью.
— Ты не умеешь плавать, — в синих глазах мелькает неподдельная тревога.
— Все равно, — сдуваю со лба некстати напомнивший о себе локон.
— Аля, давай поговорим, пожалуйста, — Артем внешне спокоен, зато я как натянутая струна.
— Ты привлекаешь ненужное внимание, — указываю глазами на собравшуюся вокруг пирса толпу. — Хочешь чтобы завтра все новости были забиты нашими фото?
— Плевать. Я хочу чтобы ты со мной поговорила, — хмуро произносит он, и по его виду я понимаю, что ему в самом деле наплевать. — Почему ты убегаешь?
А толпа вокруг нас собралась немаленькая. Наверняка Асадова узнали, многие достают телефоны, чтобы нас сфотографировать. Охранников Артема точно сейчас удар хватит.
— Потому что ты меня разыграл, — отвечаю, а губы начинают дрожать, и рот непроизвольно кривится. Хоть бы не разреветься на глазах у всех! — Разыграл, чтобы посмеяться…