Земля Четверых (СИ)
В знак согласия Атха кивнул стрелкам, чтобы те опустили оружие.
— Чего!? — возмутился кобольд. — Вы что, даже допгосить его не собираетесь!?
— Он сам нам всё расскажет. — перебил его лев, пока Сяо не разболтал лишнего.
Будто соглашаясь с ним, иллари не спеша сел обратно к костру. Пусть он и оставался напряжен, но кажется, искренне верил, что неприятностей можно легко избежать.
— Ну, Химмель. — устало протянул Коготь, вытаскивая из подсумка недоеденный вчера сухойпаёк. — Рассказывай.
— Как я уже сказал, я ренегат. Но это не значит, что я занимаюсь чем-то криминальным. Мастерю протезы… могу заменить почти любую часть вашего тела. Руки, ноги, пальцы, кисти, суставы… глаза. — последнее он бросил с лёгким отвращением, явно вспоминая лица своих изуродованных пациентов, которым могла понадобится подобная операция.
— Позволю себе заметить… — неуверенно поднял руку Клус. — Анимансия — вне закона.
«На запрет анимансии плевать по большей части… всем.» — Атха вспомнил о Клавиусе, из первого круга, главе тайной полиции, который от самого Мастера получил в дар боевой протез. — «Даже паладины, уж какими бы блюстителями законов их не малевали, постоянно обращаются за помощью к анимансерам, если не могут заново отрастить потерянную в бою конечность.»
— Любые манипуляции с душами вне закона. — беззлобно отрезал иллари. — Дэ юрэ, это значит, что нужно запретить «темницы духов», которыми пользуются некроманты, кристаллы памяти, сохраняющие отпечатки душ и воспоминания умерших, искоренить всех пожирателей душ, что посмели подняться после смерти, а так же совершить много иных глупостей.
— Ну… да… Но… — Трёхпалый не нашел, что ему ответить.
— Анимансия, позволяет безопасно связать протез с душой и Искрой носителя. Я всего лишь врач, ремесленник, если хотите. Который возвращает целостность тела тем, кто не в состоянии отрастить себе новые конечности, и не использую своё искусство во вред. Я даже налоги всегда плачу исправно и следую букве закона, как и любой другой ремесленник…
— Мы не налоговая инспекция, лекарь. — поднял ладонь Атха, приказывая ему замолчать. — Твоя профессия нас мало интересует. Что тебя связывает с отступниками?
Химмель прищурился, с ответом он не спешил, зная, что ходит по очень тонкому льду.
— Я советую вам не лгать, Химмельрайх. — лениво бросил виконт, вглядываясь куда-то вдаль. — Поведайте нам всё, с подробностями, ради своего же блага.
— Я мастер в своём деле, но в ордене… Фигура малозначимая. — начал лекарь с какой-то печалью, стараясь говорить как можно более убедительно. — Если не сказать, мелкая сошка. Странствую из города в город, редко задерживаюсь на одном месте дольше месяца. Орден находит для меня клиентов. Я иду к ним, выполняю заказ и снова в дорогу, зачастую даже не зная имени заказчика. Орден «заботится» о том, чтобы до, и после работы, местные власти не донимали меня расспросами. За эти услуги, которые они называют «членством в ордене», дерут с моей платы конский процент. На этом, наше сотрудничество заканчивается… Хотя, грех жаловаться. Треть своего заработка я отсылаю своему старому учителю, но даже того, что остаётся, мне вполне хватает на компоненты, и комфортную и безопасную жизнь в трактирах и на постоялых дворах.
«Ещё бы. Один такой протез как у него, должен стоить целое состояние.»— Атха прогнал глупую мысль. — «Сейчас это совсем не важно. Вроде бы, он выкладывает всё, как и велено. Но посмотрим, что он ответит сейчас.»
— С какой целью ты идёшь к Клыкам вечного Льда?
— Вы уже и сами небось догадались. — не медля ответил лекарь. Скрытность паладинов, играющих в детективов, его забавляла. Он уже понял, почему эти господа так заинтересованы в информации об ордене ренегатов. — Мне велели направляться в главный штаб, сказали, для меня там есть работёнка. Даже не спрашивайте, сам подробностей не знаю. Знаю только, что у пациента нет обеих рук и что платят в этот раз, чуть ли не в два раза больше, чем я обычно беру за подобный заказ. Сказали поспешить, и в деревеньке гемменталей не останавливаться… Так что…
Лев удивился. — «Значит, его заказчик — какой-то важный ренегат, потерявший обе руки, что сейчас сидит в башне ордена. Они позвали мастера-анимансера, чтобы вылечить его, как можно быстрее… Но заставили его идти пешком, без охраны, скорее всего от самого Гальхилла, если не ещё дальше, сквозь зону аномальной активности, кишащую чудовищами, где пропал не один десяток авантюристов и целая экспедиция церкви…» — он видел здесь явное противоречие и глупость. — «Если анимансер нужен им так скоро… то почему они сразу не перенесли его в главный штаб? У них там должен быть стационарный портал, может глубоко под землёй, где аномальная активность минимальна, или скрытый под каким-то защитным барьером, но он должен быть! Иначе как бы они перевозили туда ресурсы, материалы и провиант?»
— Нам абсолютно точно по пути. — глаза Химмеля многозначительно блеснули. Атха не ответил, но этим только подтвердил догадки лекаря. Он довольно улыбнулся, насколько позволял его клюв. — Наконец-то эти идиоты напортачили и лорды решили вмешаться в их подковёрные делишки!
— Что тебе известно? — лев напрягся, как и все остальные паладины. Мало, слишком мало информации он получал от этого иллари.
— Да то же, что и всем, в общем-то. — развёл руками лекарь. — Любой дурак знает, что ренегаты тайно торгуют всяким запрещённым хламом, а их марионетки держат монополию на черных рынках по всему миру… Вымогатели хреновы! Жируют на золоте, а простой пролетариат вроде меня держат на коротком поводке и душат налогами.
«То есть, о связи отступников с демонами он не в курсе…» — Атха улыбнулся в душе. — «Похоже, этому воронёнку нечего скрывать. На труса он не похож, но если бы что-то знал, мигом бы раскололся.»
— А они тебя за такие слова не вздёрнут? — поинтересовался Паук.
— Что они мне сделают? — усмехнулся лекарь, после чего, гордо заявил: — Я с шести лет этим занимаюсь, ещё мелким птенцом в подмастерья к учителю попал. Любая шавка в ордене знает, что Химмель ван дер Фалль, всегда делает свою работу на пять с плюсом! Я ежегодно приношу ордену такой капитал, что даже тюфяки из гильдии торговцев слюной подавятся.
«Уж слишком громко он о себе отзывается… Хотя… если этот протез, его творение, то в его слова верится куда легче.»
— Лишь один вопрос остался открытым… — Атха бросил на лекаря пристальный взгляд. — Как ты собрался преодолеть аномальную зону, и всех тех чудовищ, что она скрывает?
Всю радость с довольной птичьей морды лекаря будто смыло приливом.
— Понятия не имею. — разочарованно пожал он плечами.
Паладины мельком переглянулись.
— Я спрашивал об этом своего информатора, но четкого ответа не получил. Сказали: «мне нечего боятся»… Работа есть работа. Во всяком случае, я могу за себя постоять… — Химмель заметил недовольную мину на морде льва и устало добавил. — В ваши дела я лезть не собираюсь, но если пойдём вместе, то мне и правда не нужно будет беспокоится… Ну так что?
— Больше вопросов нет, и причин тебя задерживать тоже. Мы выдвигаемся на рассвете. Если хочешь идти с нами, то будь к этому времени готов. — Атха взглянул на скучающего Даллориса, потерявшего к лекарю любой интерес. Затем окинул взглядом остальных членов отряда.
Паладины были явно недовольны тем, что ренегат так легко отделался, но закончились их протесты лишь раздраженным бормотанием. Только Чет`ик и Праведник как всегда не проронили и слова. Последний вообще, казалось, принял обет молчания ещё в первый день их пути. А вот Сяо нахохлился, как кот, у которого отобрали миску со сметаной, всем своим видом показывая, что стоит ему найти хоть одну ниточку, за которую можно было бы уцепиться, и лекарь больше не жилец.
«Раз желает, то пусть не сводит с иллари глаз. Мне это только на руку.» — подумал Атха. — «Пускай, он ни в чем не виноват, и даже цепкий взгляд Даллориса не увидел в его словах лжи… Нельзя относится к присутствию чужака в отряде легкомысленно.»— он уже прикидывал в голове, как лучше будет использовать их нового спутника, если что-то пойдёт не так.