Лекарка поневоле и 25 плохих примет (СИ)

Вот только в уставшую от неурядиц голову лез только один вариант — лечь и уснуть, чтобы найти где-нибудь в другом мире такую же доверчивую дурочку, как я.
Но разве я могла так легко сдаться и бросить Шельму?
Через пару дней с раскалённого добела неба на землю обрушилась невыносимая жара. Спать в избе стало решительно невозможно, даже несмотря на то, что я ничего и не готовила в последние дни и не топила печь. Мы с Шельмой перебивались ягодами и тем, что можно поджарить на костре во дворе.
  
Дневное движение на дороге почти вымерло, и я вполне понимала причины. Если в местных мобилях не предусмотрены кондиционеры, то сейчас в них вполне можно было свариться заживо.
Я нашла в книге заклинание уничтожение волосяных фоликул и избавилась от всей лишней растительности на теле, но долгожданной прохлады это не принесло.
Вместе с окружающим пространством постепенно закипала и я, не в силах бездействовать и жить в неопределённости. Ко всему прочему из-за жары меня мучила бессонница, и уснуть не получалось даже по ночам.
Прихватила книжку, постелила толстое одеяло в самом тенистом месте — позади избы, под кронами фруктовых деревьев. Искупалась в прохладной колодезной воде, намочила рубашку и легла, надеясь, что уже дважды прочитанная книга убаюкает меня хоть ненадолго.
Когда зашуршали колёса и где-то у крыльца остановился магомобиль, я приподнялась, удивляясь визитёру, однако по реакции Шельмы поняла, что пожаловал офицер Психейзер.
Киса сначала забилась мне в руки, а потом ползком устремилась в ближайшие кусты. Я невозмутимо продолжила лежать на животе, опираясь на локти и делая вид, что читаю. Раздражение вскипело с новой силой. Мало мне прочих проблем — ещё и он пожаловал!
Не то чтобы нарочно хотела понервировать своего соглядатая, но и бежать ему навстречу не собиралась — пусть ищет, винтовочный вор. Его дурацкие правила никто не нарушает.
Когда послышались шаги и в поле зрения появились мужские лакированные ботинки, я старательно их проигнорировала, демонстративно перевернув страницу и на всякий случай убедившись, что книжка лежит не вверх ногами.
Знакомый деревянный приклад упёрся в густую траву прямо передо мной, а саму винтовку Психейзер прислонил к ближайшему стволу. Я нахмурилась, заметив, что у неё изменился прицел, который теперь гораздо сильнее походил на современную оптику из моего мира. Рядом на землю легла коробка с конфетами. С чего бы такая щедрость?
— Ясного дня. Постарайся никого не убить. Законы для чужемирцев гораздо строже, чем для местных.
Видимо, мы всё же перешли на ты.
— Спасибо, — нейтрально ответила я, не поворачиваясь к непрошенному гостю и глядя на винтовку. — Ты с ней что-то сделал?
— Что-то сделал. Селяне не доставляют проблем?
— Как сказать? Отныне они со мной не разговаривают и делают вид, будто меня не существует. Я даже муку теперь купить не могу. Но кого интересуют мои сложности? К счастью, в лесу после дождя было много грибов, так что с голода мы с Шельмой пока не умрём.
— Прояви терпение. Селян шокировало появление чужемирянки, но как только понадобится срочное лечение, они придут, и тогда ты сможешь выстроить с ними отношения заново. Как Таисия, а не как Лана, — проговорил он, присаживаясь на одеяло рядом, хотя его никто не приглашал.
— Да я вообще не хочу здесь находиться и ни с кем отношения выстраивать не собираюсь! — вспылила я, резко садясь и сердито глядя на него. — В чём я провинилась, чтобы сажать меня под домашний арест?! Здесь от скуки сдохнуть можно! У меня четырнадцать книг, и я читаю их уже по третьему кругу! Да я уже даже на прополку хожу, как на праздник, жаль только, что сорняки не растут с такой скоростью, с какой я готова их выпалывать!
— Распоряжение для всех чужемирцев одинаковы, и никто не будет делать для тебя исключения только потому, что тебе скучно, — хмыкнул Психейзер, чем ни капли не удивил.
Эмпатии ноль целых хрен десятых.
— Может, есть какие-то варианты? Я не могу здесь оставаться!
Взгляд болотно-зелёных глаз стал насмешливым:
— Если ты настолько не хочешь оставаться здесь… в принципе, есть ещё один вариант.
— Какой? — с надеждой спросила я.
— Тюрьма, — улыбнулся он. — Хочешь отвезу? Там, конечно, простора поменьше, зато муку не надо покупать и сокамерницы наверняка общительные.
— Очень смешно! Ты о карьере комедианта не думал? С твоей обаятельной улыбкой станешь любимцем публики! — сердито выпалила я, а он лишь засмеялся. — Спасибо, не надо, я предпочту голодать на свежем воздухе... И что дальше? Я же даже работать не могу! Денег ни копейки, я ведь только-только расплатилась с мытарем за старые долги. Что прикажешь делать? Копить новые?
— Я постараюсь решить твой вопрос, когда появится возможность, — неопределённо ответил он. — Но я сейчас слишком занят работой, чтобы заниматься ещё и этим. Потерпи пару недель, а пока вари зелья про запас.
— У меня стеклотара закончилась, мистер Умник. Её, конечно, можно было бы купить, если бы у меня были деньги и если бы хоть кто-то согласился мне её продать! Зачем ты вообще приехал? Поглумиться?
— Разумеется. Заняться мне решительно нечем, поэтому я всегда рад провести несколько часов за рулём, чтобы выслушать твои претензии на тему того, как устроена жизнь. Как только мы закончим, я поеду по следующему адресу, получу выговор за излишне жаркую погоду. Надо же кому-то за неё отвечать, так почему бы не мне? — саркастично спросил он, а я устыдилась. Самую капельку.
— Так зачем ты приехал? — спросила уже спокойнее.
— Мне необходимо проверить порядок твоего дара. Заодно хотел убедиться, что ты соблюдаешь предписание.
— Меряй и проваливай, — смирилась с неизбежным я, угрюмо глядя на своего мучителя.
— Может, ты хотя бы прикроешься? — насмешливо скользнул он взглядом по моим обнажённым ногам.
— На улице жарко. Не нравится — не смотри. Я не собираюсь подыхать от жары ради чьего-то чужого комфорта. В нашем мире тоже есть мужики, которые заставляют женщин прикрываться, лишь бы те не вызывали у них вожделения. Мне эта концепция всегда казалась крайне несправедливой — с чего бы держать себя в руках не могут мужики, а прикрываться и страдать должны женщины? — я с вызовом посмотрела на незваного гостя. — Или что? Будешь приставать?
— А тебе хотелось бы? — с любопытством спросил он, а я лишь раздражённо фыркнула в ответ.
— Что за порядок ты хотел определить?
— Уровень твоего дара. Для протокола. Я спровоцирую магическую реакцию на заклинание, и по её интенсивности определю порядок твоей силы. Всего их девять, начиная с восьмого, самого низкого. Маги восьмого порядка даже колдовать толком не могут, чаще всего они не в состоянии сконцентрировать магию на кончиках пальцев, но кое-какие плюсы наличия дара у них всё же есть. Болеют меньше, здоровьем покрепче и могут иметь одарённых детей, если повезёт.
— Почему тогда порядков девять, если они начинаются с восьмого? — нахмурилась я.
— После первого порядка идёт высший. Таких магов очень мало.
— А какой порядок дара у тебя?
— Обязательно расскажу, когда это начнёт тебя касаться, — насмешливо ответил он. — Я буду рисовать заклинание у тебя под ярёмной впадиной. Поближе к средоточию магии и подальше от твоего любопытного взгляда.
Он придвинулся ближе, беспардонно расстегнул пуговку на моей рубашке, а потом запустил руку в собранные в пучок волосы и потянул назад, заставляя запрокинуть голову.
Груди коснулись прохладные пальцы, и кожу слегка закололо от чужой электрической энергии, но ощущение было скорее приятным, и я с удовольствием впитывала дармовую силу. Раздражение схлынуло, уступив место любопытству и робкому удовольствию. Промелькнула мысль, что меня уже очень давно не касался мужчина, вот так нежно водя пальцами по коже одной рукой, при этом властно фиксируя другой.
  
По телу разлилось непрошенное возбуждение, сбившее дыхание.
Спокойно, это всего лишь непроизвольная реакция тела. На самом деле этот нахальный засранец с улыбкой маньяка мне совершенно не нравится, он просто выгодно выделяется на фоне деревенских парней тем, что иногда моется и прочитал две книжки. Может быть, даже три.