Лекарка поневоле и 25 плохих примет (СИ)

На том они и распрощались и Эрер двинулся в столицу, решив уже оттуда отправить копию рапорта в Керварскую ячейку.
Обратная дорога прошла гладко, хотя и пришлось бороться со сном. Эрер не помнил, когда последний раз высыпался — с началом охоты на Странника все безопасники Империи работали денно и нощно, многие бессемейные даже спали в комнатах отдыха, чтобы не тратить драгоценное время на возвращение домой.
  
А Прейзер сегодня потратил больше семи часов на дорогу туда и обратно… И хотя от столь интересного знакомства в обычное время он не отказался бы и даже с удовольствием поболтал бы с забавно негодующей чужемирянкой о её мире, сейчас на это не было времени.
В кабинете его уже ждали напарники. В команде, которую по СИБовской традиции называли звездой, их было трое, и сколько бы руководитель столичной ячейки полковник Скоуэр ни пытался укомплектовать их звезду ещё двумя магами, они старательно отвергали любых кандидатов.
— Как раз обсуждаем, какие заявки отрабатывать дальше, — деловито поприветствовал капитан Блайнер. — Как твои успехи? Зря cкатался?
— Не зря. Бабуся не в себе, а вот девчонка действительно оказалась чужемирянкой, но она опасности не представляет, съезжу к ней на днях ещё разок для контроля. Рапорт по обеим заявкам сдам к утру.
— Девица-чужемирянка? — заинтересовался Ме́лен Роде́ллек, здоровенный светловолосый северянин. — И как она?
— Из себя я её так и не вывел. Не расплакалась, истерику не устроила, даже в пирожки не плюнула. Представьте, она лесного леопарда приручила, и эта маленькая пятнистая хулиганка пыталась откусить от меня кусок.
— Надеюсь, речь всё же о чужемирянке? — с невинным видом уточнил Мелен.
— Нет, о её питомице. А у вас что?
— У меня сплошные пустышки, но хоть быка опрашивать не пришлось, — обречённо вздохнул Мелч, которому недавно выпала честь доказывать подозрительному селянину, что Странник не вселился в его племенного быка. — И даже собак в этот раз никто не натравил. Скукотища. На последней заявке вообще весело было. Подчинённые договорились подсидеть начальника, подсунули ему на подпись парочку дурных приказов и собирались выставить полоумным чужемирцем. Ничего экстраординарного — обычный дружный коллектив, вызвавший у меня острый приступ идиосинкразии.
— Обострение идиотизма? — с невинным видом уточнил Эрер.
— Только представь, что всё это время у нашего Мелча идиотизм был скомпенсированный, а теперь обострился, — притворно ужаснулся капитан Блайнер.
— Неучи, — фыркнул Мелен. — Так и признайте, что недостаточно образованны, чтобы понимать речь умного человека.
— Того самого умного человека, который вот буквально на днях в момент особенно яркого просветления своего острейшего ума назначил свидание в одном и том же месте одновременно двум дамам и был нещадно обруган и оцарапан обеими? — поддел капитан.
— Между прочим, одна потом эти раны обработала и залечила. Я бы даже сказал — зализала.
— То-то морда у тебя какая-то воспалённая и припухшая. Я думал, с похмелья, а оно вон что. Ты бы поосторожнее... Мало ли что ещё лижут твои неразборчивые в связях дамочки, — не удержался от шпильки Эрер.
Напарник вечно подкалывал его на тему отсутствия личной жизни, а он не оставался в долгу и не упускал случая высмеять её чрезмерное наличие у крайне любвеобильного северянина.
— Ладно, давайте к делу, — прервал перепалку капитан Блайнер.
— Что на этот раз подкинуло вигильное население столицы? — с мученическим вздохом спросил Мелен.
— У нас три заявки. Классический заговор против императора, мелькающие огни в заброшенном доме и говорящая нога.
— Говорящая нога? — удивлённо поперхнулся Эрер.
— Ну… с одной стороны, спасибо, что не задница, — протянул северянин. — Хотя… это было бы даже интересно.
— Да, вы бы друг друга поняли, — широко улыбнулся Эрер.
— Мелч, тогда ногу ты возьмёшь? — посмотрел на северянина капитан.
— Нет — мой лапидарный ответ. У меня уже есть две, полный комплект, куда мне третья? Пусть Эрер съездит, там наверняка какой-нибудь псих, они подружатся, а я предпочту классику.
— Нет, пусть с ногой болтать отправляется Мелчик, он же у нас полиглот, вот пускай и ищет с ней общий язык, — отозвался Эрер, насмешливо глядя на капитана. — А на заговор против императора поеду я. Давно на заговор не ездил, аж с прошлой недели. Чую, император в опасности, пора его, бедолаженьку державного, спасать.
— До говорящей ноги можно пешком дойти, а вот на заговор действительно надо ехать, это на северной окраине столицы, — сверился по карте Десар Блайнер. — Кстати, мелькающие огни там рядом.
— Значит, ты иди ногу убалтывай, а мы с Эрером пока спасём Империю, — протянул северянин, мечтательно почёсывая здоровенной пятернёй светлые заросли на груди. — Отличимся. Банк сорвём…
— Ага, медальки от Скоуэра получим, — саркастично хмыкнул Эрер. — Карамельные. Но я с Мелчиком согласен — на ногу лучше идти тебе, Десар. Ты ж у нас дипломат и переговорщик, кому как не тебе вести беседы с говорящей ногой.
— В таком случае велик риск, что мы нашего капитана потеряем. Как разведут там с ногой голеностопные дебаты, устроят пяточную полемику…
Десар лишь фыркнул:
— Уверен, что нога — куда более интеллектуальный и интересный собеседник, чем вы двое. Тогда берите заявки и идите. Артефакты связи у всех заряжены?
Эрер кивнул сразу, так как всегда все артефакты держал под контролем, а вот Мелен Роделлек принялся шарить по карманам, наконец нашёл свой, проверил и кивнул.
— Мелчик, арбалетики возьмём? — заговорщически спросил Эрер.
— Когда тебе уже надоест меня бесить? — вздохнул тот. — Твоя манера коверкать слова вызывает у меня изжогу, фрустрацию и желание напиться.
— Дружочек, желание напиться у тебя вызывает решительно всё, — довольно улыбнулся Эрер. — И как только ты извинишься, я сразу прекращу.
— Мне не за что извиняться, — огрызнулся северянин, поднимаясь во весь немалый рост. Даже среди высоких атлетичных безопасников он выделялся габаритами.
— Тогда поехали, Мелчик, покатаемся на мобильчике, поглядим на огоньки, — нарочито ласковым голосом протянул Эрер, с улыбкой наблюдая, как у напарника дёргается глаз. — Спорим, там будет нечто интересненькое?
— Ставлю пятисотку, что дети устроили там базу и балуются страшными историями, — оживился вдруг тот.
— В том районе одни полуденники живут. Кто ж из них детей по ночам гулять отпустит? — резонно засомневался Десар. — Ставлю пятисотку, что там ничего нет. Просто блики, а бдящему соседу со страху померещилось.
— Бдящему илил бздящему… Кстати, дети могут быть беспризорниками, — парировал Мелч.
— Вряд ли, — не согласился Эрер. — Пожалуй, я поставлю пятисоточку, что там организовали притончик какие-нибудь бандитики.
— Ставки приняты, призовой фонд полторы тысячи арчантов. Может, кто-то хочет поспорить на то, оправдается ли заговор против императора? — весело спросил капитан, и все трое дружно заржали над его предположением.
В столичной ячейке СИБа имелся призовой фонд в сто с лишним тысяч арчантов на случай, если наводка на заговор против императора действительно окажется заговором против императора. Каждый год все оперативники докладывали туда ещё по сотне арчантов сверху — как раз для того, чтобы агенты не ленились ездить на такие проверки.
Это вовсе не значит, что заговоров против императора не было — таковые пусть нечасто, но случались, просто находили их по совсем иным заявкам и признакам.
На памяти Эрера куш ещё никто не срывал, но старожилы утверждали, что текущий призовой банк копится с прошлого заговора, так что всё честно.
  
— Ладно, посмотрим, кто из нас прав на этот раз, — кивнул им Десар на прощание.
— Как только выяснишь, сразу же сообщи нам, что там за говорящая нога, и ни в коем случае не соглашайся на пересадку, даже если она будет очень настаивать, — подмигнул ему на прощание северянин.
Выйдя из здания СИБа, напарники направились к мобилю.