Лекарка поневоле и 25 плохих примет (СИ)

Остановившись поодаль от ворот, Эрер вышел и всеми лёгкими вдохнул тягучий вечерний воздух. Пахло скотиной, цветами, свежим хлебом и немного — прелой землёй. А от старосты — ещё и смесью пота и квашеных овощей, но Эрер давно привык, что от людей чаще всего пахнет плохо.
— Господин Рустек? Я прибыл по вашему заявлению о появлении чужемирянки.
— Ну наконец-то! — воскликнул тот.
  
Вид у него был серьёзный и озабоченный, и это указывало если не на то, что он прав, то хотя бы на то, что он искренне в это верит.
— Офицер Эрер Прейзер. Рассказывайте.
Староста поведал то, что Эрер и так знал из заявления: живущая на отшибе девушка вдруг из кроткой до немоты превратилась в деловую особу и стала совершенно иначе себя вести. Сокалиху отказалась лечить, а Сотту прокляла.
— Одну только Сотту прокляла? Без причины?
— Ну да. Денег хотела.
— Просто пришла и стала требовать деньги?
— С ружжом! — деловито кивнул староста. — Где это видано? Совсем девка ошалела! Ланка ружжо в руки никогда бы не взяла. А эта ещё и лесного леопарда откармливает и на людей натаскивает. Ведьма! Вы уж разберитесь и верните нам обычную Лану, — требовательно заявил он.
— Боюсь, это невозможно, — задумчиво отозвался Эрер, не первый раз столкнувшийся с таким требованием. — Дух настоящей Ланы вернуть нельзя.
— Как «нельзя»? — нахмурился Рустек и на секунду замолчал, обдумывая сказанное: — Тогда эту сделайте сговорчивой. Я не потерплю неповиновения от какой-то зарвавшейся чужемирянки! Я её официальный опекун, а она мне угрожать и отказывать смеет!
— Разберёмся.
Ружьё и проклятия вместе действительно сочетались странно. Оружие предпочитали полуденники, а полуночники — магию. Даже среди коллег-агентов попадались те, кто брал огнестрелы в руки лишь вынужденно, без какого-либо желания.
Выслушав старосту, Эрер направился к дому про́клятой Сотты, но никакого проклятия на ней не оказалось, зато выяснилась любопытная деталька: чужемирянка требовала не просто деньги, а долг. И теперь Сотта истерила и в свою очередь требовала от офицера, чтобы он снял с неё страшное проклятие, и искренне верила, будто ворованное принесёт ей горе и несчастье. Эрер не сдержался и хмыкнул: умение психологически воздействовать на жертву у Ланы-Неланы не отнять.
Поговорив ещё с несколькими деревенскими, Эрер сделал предварительные выводы: у занимавшего тело барышни духа явно были твёрдый характер и фунт упрямства, что для его работы не очень хорошо. Чем податливее и спокойнее дух, тем меньше с ним волокиты и нервотрёпки, а волевые личности доставляли куда больше проблем и, что самое неприятное, не умели безропотно сидеть на месте и не загораживать собой луну.
Сев в машину, Прейзер наконец двинулся на встречу с самой Ланой-Неланой и когда вышел из машины, она уже стояла на крыльце, напряжённая и с винтовкой в руке. К этому моменту он был почти уверен, что перед ним действительно чужемирянка — слишком взрослый и проницательный взгляд контрастировал с молодым, довольно миловидным для полуденницы личиком.
— Ик-кто вы? — с вызовом спросила она, явно готовая дать отпор.
— Офицер Эрер Прейзер, Служба Имперской Безоспасности. Отдел по контролю и устранению чужемирцев. Уберите оружие, иначе я вынужден буду применить силу.
— Зачем вы здесь? — она шагнула назад, явно намереваясь скрыться в глубине избы.
— Чтобы решить, что делать с вами, дух, занявший тело Ланы Эйн. По итогам нашего разговора вы либо получите моё дозволение остаться под домашним арестом, либо отправитесь в тюрьму, либо умрёте.
Эрер не шутил. В зависимости от того, согласится ли она сотрудничать и дать нужные клятвы, станет ли упираться и создавать проблемы или же попытается атаковать, устав предписывал действовать именно так.
Если бы у Ланы-Неланы имелась семья, способная приглядеть и проконтролировать адаптацию, он бы выбрал иной путь — контроль. Но учитывая отсутствие родственников и чрезвычайное положение в стране, связанное именно с появлением опасного Странника-чужемирца, Эрер вынужден был действовать жёстко.
На его ладони уже горела отвлекающая внимание электрическая сфера, а другой рукой он был готов швырнуть в девушку атакующим заклинанием.
Однако этого не потребовалось — целительница опустила дуло винтовки в пол.
Значит, можно попробовать договориться.
 Примета девятая: нападать на полуночника — к болезненному удару магией 
— Выходите сюда, на улицу. Побеседуем вот за этим столом, — бесцеремонно распорядился незваный гость. — Винтовку лучше оставьте в избе, она вам не понадобится.
— Я могу взять хотя бы шаль и-ик фонарь? — напряжённо спросила я.
— Боитесь промахнуться мимо лавки и замёрзнуть насмерть? — хмыкнул он, не сводя с меня взгляда. — Выходите и не заговаривайте мне зубы, я вообще не очень-то терпелив, так что не советую действовать мне на нервы.
Я поджала губы и прошествовала к грубо сколоченному уличному столу. Как была — в тонком платье и дурном настроении. Шельма двинулась вместе со мной, глядя на гостя с большим интересом. Такого она ещё не грызла, а начищенные до блеска ботинки откровенно напрашивались.
Офицер Психейзер принёс из машины объёмную папку и небольшой кожаный несессер. Из него он достал флакон с непонятной жидкостью и протянул мне:
— Пейте.
— Что это? — я невольно икнула ещё раз, и это крайне развеселило сидящего напротив гада.
— Эликсирчик для поднятия настроения. Моего, — он чуть наклонил голову вбок, явно наслаждаясь моим замешательством. — Чтобы вы могли говорить лишь правду и ничего, кроме неё. Как только он начнёт действовать, мы с вами немножечко поболтаем. Кстати, как вас зовут? Я имею в виду настоящее имя.
— Таисия. А если я откажусь пить этот ваш эликсир правды?
— Тогда я вас поймаю, свяжу и всё равно напою. Результат будет примерно тот же, только сегодняшний вечер вы закончите в тюрьме по обвинению в противодействии офицеру Службы Имперской Безопасности при исполнении. Но вы посопротивляйтесь обязательно, обожаю игру в салочки, а ещё у меня появится вполне законный способ вас обыскать. Тщательно и вдумчиво, — хищно улыбнулся он, явно намекая на то, что такой обыск мне не понравится.
Какой же мудак!
И ведёт себя так, будто он хозяин жизни!
— Хорошо связанная женщина в предварительных ласках не нуждается, да? — саркастично спросила я и опрокинула в себя флакон с эликсиром.
Вступать в открытую конфронтацию с этим психом я боялась — у него прямо на гнусной роже было написано, что он не шутит и вполне способен меня убить.
Мою шутку офицер Психейзер оценил и рассмеялся, задрав лицо к небу и продемонстрировав выдающийся кадык. Я с трудом подавила в себе желание ткнуть в него чем-нибудь острым.
Вместо того чтобы задавать мне вопросы, он начал что-то кропотливо строчить в своей папке, чем нервировал ужасно. Раз приехал спрашивать — пусть спрашивает и валит подальше! Чего он теперь тянет?
А он словно нарочно полностью игнорировал моё присутствие. Зато его самого не игнорировала Шельма. Она забралась на лавку рядом со мной и внимательно следила за мелко подрагивающим металлическим кончиком перьевой ручки, которой писал офицер. Словно нарочно дразня кису, на самом кончике то вспыхивал, то гас лунный лучик.
Шельма приподняла пятую точку и начала мягко переминаться на задних лапах, готовясь прыгнуть. Я не знала — стоило её останавливать или нет. С одной стороны, никаких заклинаний в руках нахального мага не светилось, да и хотелось, чтобы киса немного подрала ему самолюбие. С другой — не хотелось бы, чтобы она пострадала.
  
Ладно, если что — вылечу.
Когда Шельма стремительно прыгнула, хищно растопырив передние лапы, офицер также стремительно сместился влево, пропуская её мимо себя, а потом слегка поддал ей ладонью под пушистый зад, отчего киса обиженно взмявкнула и рухнула по ту сторону стола куда-то вне поля моего зрения.
Незваный гость невозмутимо продолжил писать, будто ничего и не произошло, но теперь с его губ не сходила самодовольная улыбочка. Желание наделать из него пирожков, а потом накормить ими старосту стало почти непреодолимым…