Два взгляда на одну любовь

Вторые были ещё ничего, а про баковские говорили: «В противогазе лучше». О прочих средствах контрацепции мало кто имел понятие – я, во всяком случае, не имел. Как следствие, мы с супругой планированием семьи не занимались. Положились на волю волн. В итоге через девять месяцев после свадьбы оказались вознаграждены – у нас родился замечательный сыночек Алёша. Так что к вопросу рожать сразу или отложить на потом у нас было, прямо скажем, несерьёзное отношение.
Но мы с тобой, сестрёнка, всё-таки принадлежим к разным поколениям. Как получилось у вас?
АНЯ:
Самый цвет моего репродуктивного возраста выпал на начало девяностых прошлого столетия. Тогда в России – если кто не знает или не помнит – царил изрядный хаос. Как-то мне под руку попался социологический опрос пятиклассников: «Кем вы хотите стать, когда вырастете?» И я с ужасом прочитала, что большинство девочек мечтает работать проститутками, а мальчики – почти все, как один – грезят о карьере рэкетира. Оставалось лишь патетически воскликнуть: «Как можно заводить ребёнка в такой стране?» И я в своем решении погодить оказалась не одинокой – девяностые годы теперь называют демографической дырой. Одна моя подруга всё-таки осмелилась родить дочку в 1991-м, пережила немало сложностей и теперь смеется, что была вознаграждена лишь через семнадцать лет. Когда девочка, никогда не хватавшая звёзд с неба, безо всякого блата поступила на юридический факультет МГУ – просто потому, что абитуриентов в этот год пришло в несколько раз меньше, чем обычно.
☐ Яйцеклетки и живчики
Замуж я вышла в июне 1998-го. Бабульки с хлебом и воблой у станций метро уже не стояли, танки по столице не ездили. Но через два месяца после свадьбы в стране случился очередной кризис, с деньгами опять стало туго, да я уже и привыкла жить для себя. Поэтому, хотя супруг хотел наследника, я упорно пила противозачаточные таблетки.
СЕРГЕЙ:
И как тебе кажется сейчас – вы были правы, что откладывали?
АНЯ:
Чего скрывать, восемь лет семейной жизни без хлопот, бессонных ночей и ползунков я чувствовала себя счастливой. Но потом – когда перевалило за тридцатник, и я поняла, что тоже не против ребёнка – пришлось пожалеть. Зря я не слушала бабушку-врача. Не читала медицинскую литературу. А там чётко написано: у каждой женщины в организме генетически заложен определённый запас яйцеклеток. Они созревают по одной-две раз в месяц. И чем ты моложе, тем яйцеклетки лучше качеством. Но после тридцати лет их количество начинает стремительно падать, а качество ухудшаться.
СЕРГЕЙ:
У мужчин, кстати, подобная ситуация! Чем ты старше, тем меньше «живчиков» и медленнее они бегают. Количество и качество спермы в твои двадцать пять лет несравнимо лучше, чем в тридцать пять.
☐ Когда хочешь (детей), но не можешь
АНЯ:
Ну, сильный пол и в сорок, и в пятьдесят способен делать отличных детей. А у десяти процентов женщин, например, уже к тридцати пяти годам резерв яйцеклеток исчерпан. Всё. Ранний климакс. Родного по крови ребёнка просто не получится. Бывают и другие обстоятельства. Гинекологические операции. Не дай Бог, онкология, очень нынче помолодевшая. Да, тебя вылечат – но родить ты не сможешь.
Когда мы с мужем – в мои тридцать лет – бросили предохраняться, я самонадеянно думала: пара месяцев, и всё будет. Однако беременности не случилось. Я начала высчитывать опасные дни, делать после секса «берёзку», пить витамины, есть правильную еду – результат нулевой. Пришлось отправиться по врачам. А надо сказать, что бесплодные пары, особенно когда обоим за тридцать, доктора очень любят: биологические часы у людей вовсю тикают, деньги, как правило, есть. Нам назначили огромное количество анализов. Консультаций. Пищевых добавок. И в итоге поставили диагноз: «идиопатическое бесплодие». То бишь нет никаких причин, чтобы ребёнку не появиться. И почему его нет – неведомо.
  
Врачи предлагали нам ЭКО, причём никаких бесплатных квот в то время не было. Выложить из собственного кармана требовалось как минимум две тысячи долларов. Да и процедура не самая приятная: две недели делать уколы, потом пусть небольшая, но операция под общим наркозом, дальше груда таблеток, полный покой и тревожное ожидание – получилось или нет?
Мы на этот подвиг не решились. С горя поехали в отпуск. Выбросили все пищевые добавки. Забыли про «берёзку». Ели шашлык с корейской морковкой, пили много вина, ходили в ночные клубы. И вернулись – в положении. Но хотя зачали ребёнка абсолютно бесплатно, несколько предыдущих лет лечения обошлись нам в огромное количество денег и нервов.
СЕРГЕЙ:
Значит, всё-таки надо было рожать сразу?
АНЯ:
Не знаю… Всё-таки к середине двухтысячных и ситуация в стране стала стабильнее, и муж уже проверенный. Материнский капитал, опять же, придумали – очень пригодился на ре-монт.
☐ ЭКО и заморозка
СЕРГЕЙ:
Может, стоило – пока вы были совсем молоды – заморозить яйцеклетки на будущее?
АНЯ:
В девяностых годах подобную технологию ещё не придумали. Но сейчас, насколько я знаю, многие дальновидные звёзды спорта, балета, эстрады к ней прибегают. Мужчине сдать сперматозоиды – дело совсем нехитрое. Женщине чуть сложнее. Ей приходится пройти ЭКО – только не до конца. В течение нескольких недель стимулируют суперовуляцию – то есть созревание не одной-двух, а пятнадцати-двадцати яйцеклеток. Ложиться в больницу для этого не надо – просто ежедневно делать уколы. Потом следует операция, когда под лёгким наркозом яйцеклетки извлекают. А дальше генетический материал замораживают – и всё, можно больше не волноваться, наследник у тебя однозначно появится. Когда ты этого захочешь.
☐ Беременность vs. карьера
СЕРГЕЙ:
Но это не больно? Не дорого? Не страшно?
АНЯ:
Не больно и не страшно. Но недёшево. Несколько сотен тысяч рублей. Впрочем, можно и вообще всё сделать бесплатно. Если половину выращенных яйцеклеток – а их, напоминаю, будет в районе двадцати – отдать на донорство.
СЕРГЕЙ:
А потом где-то твои детки будут бегать…
АНЯ:
Но это разве плохо?
СЕРГЕЙ:
Ты никогда их не увидишь…
АНЯ:
Зато будешь знать, что для кого-то они очень желанные.
☐ Дождётся ли тебя работа?
СЕРГЕЙ:
А не опасно ли это – хранить в морозильнике, шутка ли, «основу» будущего ребёнка? А что будет с детьми?
АНЯ:
Говорят, врачи всё контролируют. Недавно медицинские журналы ликовали: из яйцеклетки, замороженной одиннадцать лет назад, родился абсолютно здоровый ребёнок. Но в принципе доктора уже сейчас утверждают: хранить биоматериал можно сколь угодно долго. Поэтому я советую всем девушкам, нацеленным на карьеру: лучше пожертвуйте отпуском на Мальдивах, купите автомобиль попроще, но заморозьте свои яйцеклетки. Потом, когда лет в тридцать пять надумаете рожать, всё равно в итоге получится гораздо дешевле. И надёжнее. Забеременеете – сразу. И подсадят вам – молодые яйцеклетки. Здоровые, сильные, без генетических отклонений. Не будете нервничать, как те мамы, что после долгих мучений залетели ближе к полтиннику и всю беременность трясутся, что у них родится ребёнок с синдромом Дауна. Ведь в двадцать пять лет вероятность появления малыша с подобным отклонением – один случай на 1400 родов, в тридцать пять – один к 350, а в сорок девять уже – один к двенадцати.
СЕРГЕЙ:
Нет, Анна Витальевна, я считаю, ваше предложение слишком сложное. Деньги тратить, операцию делать. Не проще ли сразу, как поженились, раз – и отстреляться? Сами молоды, здоровы, бессонная ночь – не проблема. Бабушки-дедушки тоже пока полны сил и всегда помогут. Будет кролик – будет и лужайка. И карьере ребёнок не помеха. Посмотри хотя бы на Тутту Ларсен. Трое детей – а у неё куча проектов, постоянно везде мелькает.