Страшные сказки на ночь (СИ)

Какое-то время я стояла и смотрела вокруг. Куда? Какое направление выбрать? И тут я довольно ощутимо почувствовала, что меня тянет в левую сторону.
— Я, конечно, могу ошибаться. Но меня тянет налево — сообщаю я напарнице.
— Уууую, в твоем-то возрасте, Цветочек? Пора уже о душе подумать, а она налево собралась — отсыпала колкостей эта ехидна.
— Ой, молчи уже, праведница. Налево вместе пойдем.
— Матерь Божья! Сама развратничает и меня на это подбивает! Срамота! — продолжала паясничать Vetkа.
— Пошли уже, актриса погорелого театра — бросила ей через плечо, поворачивая в левую сторону.
Какое-то время шли в тишине, прислушиваясь к звукам леса. И вот показалась опушка, а на ней старый заброшенный дом.
— Похоже, это он — сообщаю Vetkе.
— Спасибо, капитан Очевидность.
И тут мы видим, как с другой стороны выходят две девушки и тоже смотрят сначала на дом, потом на нас.
— Спорим, это те самые злые волшебницы? — говорит напарница.
И тут, без объявления войны, эти две мымры, укравшие нашу молодость, с низкого старта ломонулись в сторону домика.
— Бегом, Цветочек! Надо первыми добраться до часов! — заорала Vetkа.
И я еще стояла и переваривала услышанное, а она уже бежала в сторону дома. Блиииин!! Побежала за ней, стараясь не отставать. Бег на грани сердечного приступа — это еще тот экстремальный спорт.
И вот мы все четверо на финишной прямой. Бежим по узкой дорожке, что ведет к крыльцу. Впереди деваха, потом Vetkа, третья — напарница девахи, а замыкаю — я, вся красная и похоже, щаз помру.
Моя подруга делает какой-то неимоверный рывок, подсечку и красиво уронив номер один мордой в пыль, вырывается в лидеры забега. Трибуны рукоплещут, зрители кричат в эйфории, а у меня, похоже, глюки от резкого падения сахара в крови.
Я пробегаю, не снижая скорости, мимо поверженной противницы, случайно (сделайте вид, что поверили) наступаю ей пяточной шпорой на опрометчиво расставленные пальцы рук. Позади меня раздается вопль, похоже, противница деморализована и повержена.
— Бабульки, вперед!! — ору я сама не своя, стремясь догнать лидирующую двойку.
Вижу, как деваха номер два подло замахивается, целясь в затылок моей напарнице. Ах, ты ж, жертва булимии! Я тебя щаз! Делаю рывок из последних сил, запутываюсь в ногах, совершаю какое-то странное фуэте с тройным тупупом вместе и невменяемой юлой налетаю на деваху, сбиваю ее с ног сумкой, бью чем-то тяжелым в мягкие ее места. Раздается бух! И она лежит на земле, а я, по какой-то нелепой случайности, все еще на ногах. Из дверного проема мне активно машет Vetkа. Из последних сил добегаю до нее, она рывком закидывает мое желейное тело в дом и закрывается на засов.
— Фуууух — произносим мы одновременно, глядя друг на друга офигевшими и по-молодому озорными глазами.
— Вот это мы тряхнули… стариной — высказалась Vetkа, и я начинаю хихикать, плотно сжав губы, чтобы избежать потерь.
К моему хихиканью присоединяется такое же сдержанное хехеканье подруги. Когда волна веселья схлынула, мы стали искать глазами нужные нам часы.
Когда проигравшие в забеге молодухи принялись лупить в дверь, мы уже вовсю крутили стрелки часов назад.
Сначала раздался хлопок, потом пошел едкий дым. А затем печальный голос Vetki:
— Цветочек, я же говорила, хорош жрать горох!
— Это не Я!!!
  
Глава 20
 
«Вот и сказочке конец, а кто слушал — молодец».
Сначала прекратился грохот в дверь, а потом и вонючий дым рассеялся. И тут мы увидели друг друга в своих обычных личинах молодых девушек. На радостях даже обнялись… недолго.
— Надо осмотреть домик, может что ценное найдем — предложила Vetkа.
Так и сделали. Домик хоть и маленький, а барахла в нем — немерено оказалось. Пока перебирали всякую мелочь, вечер наступил.
— Давай, наверное, сегодня тут заночуем? Все-таки крыша над головой. Все лучше, чем на голой земле — надеясь на согласие, попросила я.
— Уговорила, — ответила Vetkа — тем более, мы еще не все осмотрели.
 
И как раз в этот момент я заметила что-то блестящее в дальнем углу дома, под лавкой. Наклонилась, подобрала. Это оказалась малюсенькая бутылочка. Кинула в инвентарь, посмотрела в меню. Эта фитюлька обозначилась как «Малая бутыль солнечного света». В описании указано: наносит 30% повреждение здоровью в течение двадцати секунд, но только существам ночи, для дневных чудищ — не опасна.
Неплохо. Но увы, все остальные поиски ничего не дали, кроме этой одной бутылочки ничего интересного мы не нашли.
Когда совсем стемнело, зажгли огарки свечей, растопили очаг и решили сварить суп. Правда, Vetkа порывалась готовить борщ, но я от такого подвига отказалась. Все равно у нас половины продуктов нет, значит — это будет не борщ, а не пойми что.
Когда в окошко заглянула луна, мы уже вовсю трапезничали. В полной тишине, только ложки стучали по мискам. Перед сном подперли входную дверь разной мебелью, на всякий случай, и собрались спать. Я постелила себе на одной лавке, Vetkа — на другой. Мы, как и предыдущую ночь, собрались спать одновременно, и напарница не упустила возможности меня подначить:
— Ну что, Цветочек, готова и завтра бабулькой побыть?
— Да не вопрос. По-моему из меня очень даже крутая бабуля получилась.
— Это точно — расщедрилась на комплимент Vetkа.
Подруга умолкла и, скорее всего, заснула. Всегда поражалась с ее способности вот так вырубаться. А я по уже укоренившейся привычке, достала статуэтку черной кошки и, поглаживая ее, тоже планировала заснуть, когда услышала мурлыканье. Наверное, на какую-то секунду я заснула, потому что сейчас у меня на груди сидела живая кошка, а я даже не слышала, как она запрыгнула. От испуга я завизжала и попыталась спихнуть животное на пол.
— Ну что ты опять орешь? — полусонно спросила Vetkа, даже не открыв глаза.
— Тут кошка!
— Она тебя кусает, выцарапывает глаза?
— Нет! Сидит и смотрит.
— Тогда прекрати орать и ложись уже спать, паникерша — проговорила подруга и повернулась на другой бок.
Легко говорить, ведь не на нее сейчас изучающе смотрят желтые глаза. И тут кошка встает и выгибает спину, подняв хвост кверху, мгновенно напомнив мою статуэтку.
— Так ты из статуэтки? — спрашиваю у кошки, понимая, что выгляжу странно.
Она смотрит на меня, не мигая, своими желтыми глазами, а затем медленно их прикрывает на пару секунд, а потом опять смотрит, поняла я или нет?
— Ты же не просто так сейчас явилась?
Опять такое же медленное моргание.
— Ты для помощи?
И снова желтые глаза на несколько секунд закрываются.
— Ну тогда ладно. Ложись рядом, холодно ведь — предлагаю я и все-таки засыпаю, под убаюкивающее кошачье мурчание.
Утром никакой кошки возле меня нет, только статуэтка в руке. Нежно ее погладив, кладу в карман сумки.
Наскоро позавтракав, мы отправляемся в путь. Решено держаться северного направления.
Когда солнце перешло середину неба, мы вышли к скалам. Они обступают нас на много километров вокруг, и становится понятно, что обойти мы их не сможем, нужно искать проход или пещеру. Хотя даже сама мысль, что туда нужно будет заходить, наводит на меня тоску.
Идем вдоль скал и вот он — вход в темные подземные недра. Vetkа достает факел, поджигает его, и мы делаем первый шаг в темноту. Постепенно глаза привыкают к плохому освещению, и становится ясно, что тут кто-то живет. Кто-то, кто ест людей, потому что весь пол под нашими ногами усеян костями и, судя по черепу, в большинстве своем они человеческие.
Надо ли говорить, что эта мысль вызывает дрожь в моих коленках?
— Цветочек, я могу ошибаться, но весь этот антураж очень смахивает на логово Супер Босса — добавляет мне нервов Vetkа.
— И, что будем делать? — стуча зубами, спрашиваю у нее.
— То же, что и всегда — сражаться за своё право на жизнь!
Только она договорила, как впереди, недалеко от нас, раздалось грозное рычание, а потом леденящий кровь вой.