Маленькая ложь (СИ)

— Нет, спасибо, но от кофе не откажусь. К предыдущему я так и не притронулся…
Зато притронулся ко мне и вызвал тем самым внутри меня новый шквал чувственных волн! Страшно представить чем бы все закончилось, если бы сын вовремя не проснулся.
Ничего не ответив, я вышла из комнаты и отправилась на кухню. Няня должна была прийти через час, за это время я планировала успеть сварить Дане кашку на завтрак и суп на обед.
Спустя полтора часа мы с Олегом вышли из квартиры. Роман ждал нас внизу. Дождь прекратился, но кажется, не надолго. Небо снова было затянуто серыми тучами.
— Разве у тебя сегодня нет дел и встреч? — я провернула голову в сторону Олега, когда он расположился со мной на заднем сидении.
— Полно. Но я решил их отложить и побыть немного с тобой. К тому же вы завтра улетите. Я успею совершить трудовой подвиг в ваше отсутствие, не переживай, — усмехнулся он.
— Так и не расскажешь, где провел ночь? — мне было очень любопытно это узнать.
— Было одно дело. И потом я сразу приехал к вам. Ты же успела заметить мою машину у дома, когда мы выходили?
— Нет, — я покачала головой. — Не обратила внимания. Но заметила другое: ты почти не ездишь сам, но раньше никогда не пользовался услугами водителя, — Олег снова усмехнулся.
— Действительно, мало езжу сам, — согласился он. — Это последствия аварии. Если такая наблюдательная, может и еще на что-то обратила внимание?
— Правая кисть. Она не всегда у тебя в движении. И доставляет тебе иногда дискомфорт и боль, — я опустила глаза к его руке, а Олег кивнул.
— Да, верно. Через два месяца у меня назначена повторная операция, чтобы я мог ей и дальше полноценно работать.
Я полагала, что красные шрамы на его правой руке — это от аварии, а оказывается, Олегу оперировали руку?
— Маму привезут завтра в аэропорт. А после того как вы вернетесь с отдыха, врач будет приходит к вам домой несколько раз в неделю. Если ее состояние станет быстро ухудшаться, то она настояла на том, чтобы ее вернули обратно в клинику. Мы поговорили с ней и оба пришли к заключению, что хватит с тебя ударов. Она не хочет умереть на твоих руках.
— Давай, не будем об этом… — сдавленным голосом попросила я, чувствуя как к горлу подступает огромный ком, а глаза становятся влажными.
Я понимала, что смерть мамы неизбежность и она здоровой больше никогда не будет, но мне проще было блокировать эти мысли и не думать об этом.
— Хорошо, вернетесь и там видно будет. Надеюсь, домик, который я вам снял всем понравится. И что самое главное на острове почти постоянно светит солнце. Тебе оно необходимо. Отдохни и ни о чем не думай.
Сегодня все утро я смотрела на Олега другими глазами и даже вдруг поймала себя на том, что за эти две недели успею по нему соскучиться. Эта мысль ошеломила меня.
— Расслабься, Лера. Ты очень скована со мной. Мы с тобой поговорили, ты частично знаешь о моих намерениях. Может быть у тебя остались какие-то вопросы ко мне?
— Да, — кивнула я. — Как ты узнал про ребенка?
— От Муратова. Незадолго до своей смерти он сказал мне, что ты родила сына. Я резко высказался о вашей с ним связи, на что он ответил, что ребенок, которого ты недавно родила на него мало похож и потому ты в отставке. Позднее я действительно выяснил, что ты родила, а по срокам ребенок мог быть моим. Собирался поехать к тебе в Иваново и все выяснить, но попал в аварию. Муратов скончался примерно в эти же дни.
— Какой же он все таки негодяй! — в сердцах проговорила я и прикрыла ладонью рот.
 
Какой бы ни была силы его ненависть к Олегу и его отцу, но как он мог желать смерти человеку, который даже не знал за что его так презирают?
— Да, он мерзавец. Я не оправдываю его дочь, которая мало в чем уступает своему отцу, не хочу ее защищать, но тотальная опека Муратова отложила сильный отпечаток на ее мировоззрении, а в частности на том, что она выросла такой неприспособленной и зависимой от других людей и их денег. Коновалов попросту взял ее под свое крыло, он старше ее в два раза, и он планировал впоследствии занять место Муратова. А тот в свою очередь всех ее ухажеров, которые были далеки от дел в его бизнесе или сильно молоды, забраковывал. Отчасти Милана такая же жертва своего отца.
— Она никогда не рассказывала о проблемах во взаимоотношениях с отцом и его тотальной опеке над ней…
— А кто о таком расскажет? Представь: есть деньги, богатство, но ты связан по рукам и ногам, и ничего кроме трат на шмотки и тусовок не можешь. Милана ухватилась за возможность все изменить, только вот для нас это желание вылезло боком.
— Ты поэтому горишь идеей перевести все на меня и на сына? Потому что Коновалов теперь хочет быть в доле? — догадалась я.
— Фактически ничего они не могут сделать, а вот теоретически… Этот бизнес я получил сильно рискуя своей жизнью, но получил его законным способом, и отдавать никому не намерен. Я предполагаю, какие Коновалов предпримет шаги, поэтому хочу закрепить ваши права с сыном на свою часть денег и бизнеса. Как-никак, но мы все трое пострадавшая сторона.
— Ты говорил, что тебе ничего не угрожает…
— Ни моей жизни, ни вашей ничего не угрожает. Но проблем никто не отменял. Поэтому кое-какие бумаги тебе все же подписать придется. После поездки во Владимир, мы поедем к нотариусу.
— Ты мне что-то снова недоговариваешь. Ты специально устроил эту поездку на остров? Чтобы порешать свои дела в наше отсутствие?
— Не бери ничего в голову, Лера. Я же сказал все решу. Занимайся сыном, проводи время с мамой. Тебе и в самом деле нужно отдохнуть и позагорать, — он положил свою руку на мою ладонь. Они так констатировали по цвету. Последние три года я не была на море и совсем не загорала. И наверное со стороны походила оттенком кожи на мумию.
— Ты же прилетишь? Тебе самому было бы неплохо выделить время на отдых, — прикосновение его руки вызвало внутри трепетную волну, прокатившуюся по всему телу.
— Обязательно выделю, — он усмехнулся и его глаза опустились на мои губы. — Нам теперь нужно многое наверстать, не так ли?
Я ничего не ответила. Скорее всего за время моего пребывания на острове все внутри меня устаканится, а я окончательно определюсь со своими дальнейшими целями и мыслями на счет бывшего мужа. И наконец перестану изводить себя напрасными сомнениями, в которых теперь не было смысла.
Машина притормозила у маминого дома во Владимире. Олег поднялся со мной в квартиру. Я собрала две большие сумки вещей, немного убралась, и мы отправились обратно в Москву. Вроде бы ничего такого за день я не сделала, но вдруг ощутила сильную слабость. Возможно так сказывались беспокойные ночи и все тревоги? Олег заснул в дороге, положил голову мне на плечо. И в какой-то момент меня тоже сморил сон.
 
Я проснулась от резкого и неожиданного удара и толчка вперед и сразу же ощутила, как из носа потекла кровь. Схватившись руками за лицо, я повернула голову в сторону Олега.
— Что случилось, Роман? — услышала его голос, словно через вату.
Уши заложило и сильно закружилась голова. Все случилось так быстро, что я только и успела зажать пальцами нос, чтобы кровь не капала мне на одежду.