Забрать ее душу (ЛП)
Он не ошибся. Реальный мир был скучным и включал в себя офисную работу, блузки с натянутым воротничками и слишком много неудобной обуви. А также переезд на пенсию в Испанию — вот почему я возвращаюсь в дом своего детства, в то время как мои родители завершают процесс продажи дома в Южной Калифорнии, чтобы роскошно уединиться на испанском побережье.
Конечно, я могла бы поехать с ними. Но решение остаться и закончить свой последний год в колледже было ответственным и очень зрелым, как сказал бы мой папа, и мне нужно было начать вести себя зрелой, учитывая, что я была на грани того, чтобы остаться без диплома.
Это была долгая поездка на север. У меня болела задница и спина, а мой пухлый котенок Чизкейк был в ярости оттого, что второй день подряд возвращался в машину. Даже картошка фри, которую я постоянно бросала ему из своего пакета для фастфуда, больше не успокаивала его. Я ехала по миру, утопающему во влажных серых тонах и промокшей темной зелени, пока, наконец, не проехала мимо приветственного знака города Абелаум с населением 6.223 человек — или 6.224 теперь, когда я здесь. Ливень превратился в морось, и акварельный мир углубил свои тона, пока не обрел очертания леса: высокие сосны, окруженные густым подлеском из папоротников и молодых деревьев, с бледными и призрачными шляпками грибов, прорастающих среди их корней.
Мне следовало остаться дома, чтобы распаковать вещи. Вместо этого, поспешно перетащив свои коробки в гостиную и убедившись, что Чизкейк получил свою еду и воду, я вернулась в свою машину и поехала в центр город. Прямо в магазине на углу трехэтажного кирпичного здания я встретила свою лучшую подругу почти пятнадцати лет, Инайю, в «Книги Золотого Часа». В её магазине.
Моя лучшая подруга воплотила свою мечту в реальность и стала гордой владелицей самого симпатичного книжного магазина, который я когда-либо видела.
— Почти закончила, — сказала она, её пальцы порхали по клавишам ноутбука. Ее руки были украшены изящными золотыми кольцами, которые ярко сияли на фоне её темно-коричневой кожи, кольца были украшены маленькими пчелками и цветами, которые соответствовали милым цветочным нашивкам на её розовом жакете. Она была самым ярким лучом солнца, который я видела с тех пор, как покинула Сан-Франциско, и мне стало теплее просто в ее присутствии.
— Не спеши, девочка, не торопись.
Изначально мы договорились встретиться позже тем же вечером, но мне слишком не терпелось увидеть ее, и я слишком стремилась уклониться от утомительной задачи распаковки всей моей жизни из картонных коробок, чтобы ждать. Теперь я чувствовала себя виноватой за то, что заскочила к ней, когда она была в разгаре внесения в каталог такой большой новой партии книг.
Я подняла одну из стопок, которые она закончила вводить, и осторожно прижала их к груди.
— Мне отнести это в подсобку?
— Эта стопка размером с тебя!
Она рассмеялась.
— Тебе не нужно ничего делать.
Я не могла точно разглядеть её из-за стопки книг, а мои очки сползли с носа. Но я настояла.
— В подсобку?
— Да, там сзади стоит желтая тележка, — сказала она. — Спасибо!
К сожалению, у нас с гравитацией всегда были натянутые отношения — на самом деле довольно токсичные. Из-за развязавшихся шнурков на ботинках, сползающих очков и слишком большой стопки книг я споткнулась о собственные ноги на полпути к задней части и отправила книги в полет.
— Всё в порядке! — крикнула я, когда Инайя громко расхохоталась. Я ползла на четвереньках, чтобы собрать книги, пока мои пальцы не наткнулись на потрескавшуюся кожаную обложку небольшого тома, и я в шоке отпрянула назад. Книга была холодной.
Я с любопытством перевернула её. Надпись и филигранный узор на лицевой стороне выглядели так, словно были выжжены на коже, а слова были мне незнакомы: латынь, если предположить. Я достала свой телефон и посмотрела перевод.
Надпись была на латыни и гласила: «Магическая работа и колдовство».
— Нашла что-то интересное? — Голос Инайи заставил меня подпрыгнуть. В ушах у меня стоял звук, похожий на отдаленный рокот волн в длинном туннеле, а в животе было пусто, как при падении.
— Да, зацени. Эта выглядит очень древней.
Я передала ей книгу, и когда она покинула мои пальцы, я почувствовала дрожь: крошечный прилив страха, который заставил меня захотеть выхватить ее обратно. Инайя открыла её, нахмурившись.
— Ого.
Её глаза расширились, когда её пальцы благоговейно прошлись по странице.
— Это не печатная книга. Она написана от руки.
Я поднялась на ноги и прислонилась к ее плечу, чтобы лучше видеть. Она открыла книгу в центре. На одной странице был набросок странной мутировавшей собаки-зомби, разодранной и похожей на скелет. Другая страница была покрыта рядами аккуратного латинского текста. Это напомнило мне дневник исследователя, что-то вроде того, что Чарльз Дарвин носил бы с собой, когда исследовал Галапагосские острова — если бы Галапагосские острова были полны монстров и магии.
— Думаю, это гримуар, — тихо сказала я. Она посмотрела на меня в замешательстве, и я объяснила: — Книга заклинаний и ритуалов, вроде Ключа Соломона. Такой оригинал встречается редко. Очень, очень редко.
Инайя покачала головой, осторожно закрывая книгу, с кривой усмешкой на лице.
— Похоже, тебе она подходит. Хочешь её?
— Инайя, эта вещь, должно быть, бесценна! Я должна тебе заплатить…
Она проигнорировала меня, когда поднесла книгу к стойке.
— Считай это частью подарка твоей подружки невесты, — сказала она. Двигаясь с предельной осторожностью, она вытащила из-под прилавка рулон коричневой бумаги и завернула книгу, закрепив ее кусочком скотча и бантиком из ленточки.
— Все эти книги были пожертвованы Историческим обществом Абелаума, так что не беспокойся о деньгах. Эти тома просто лежали на складе.
Она протянула её мне, и я осторожно взяла её в руки, как будто она подарила мне святую реликвию.
— Жуткая книга для моей любимой жуткой девочки. А теперь, я думаю, нам обеим не помешал бы перерыв. Что скажешь насчет чашечки кофе?
— Она просто бросила тебя? За неделю до твоего переезда, она типа: «Всего доброго, удачи, пока»? — Инайя покачала головой, раздраженно постукивая розовыми ногтями по кофейной кружке. — У тебя действительно есть склонность встречаться с идиотами, Рэй.
Я кивнула с тяжелым вздохом. Боль от того, что Рейчел бросила меня из-за того, что я решила уехать из штата, всё ещё была сильной, вонзаясь в мой бок, как шип. Я точно не думала, что мы будем вместе вечно, но наш общий интерес к паранормальным явлениям и исследованию городов сумел замаскировать наши более глубокие проблемы за те шесть месяцев, что мы встречались.
Инайя быстро добавила:
— Хотя мне нравится прическа после расставания! Так модно. Типа 60-е годы. Тебе идёт.
Я провела рукой по волосам, широко улыбаясь в ответ на комплимент. Они были намного короче и темнее, чем в последний раз, когда она видела меня — я покрасила свои естественные рыжевато-каштановые волосы в чёрный цвет и подстригла их в блант боб в ту же ночь, когда рассталась с Рейчел. Это было приятно. Освежающе. С чистого листа.
— Я чувствую, что теперь могу называть себя Библиотечным готом, — пошутила я, надвигая очки в черной оправе чуть выше на нос. Инайя скептически подняла бровь. — Может быть, ботаник-гот?
— Ты всегда будешь моя Девочка-Призрак-Гот, милая, что бы ты ни делала со своими волосами, — сказала она со смешком, и мы несколько мгновений сидели в тишине, потягивая кофе. Лавка, в которой мы сидели, La Petite Baie, находилась по соседству с «Книгами Золотого Часа». Обстановка представляла собой приятную атмосферу смешанных стилей работ местных художников, причудливых бронзовых скульптур, множества мягких стульев и столов на колесиках. Мы с Инайей заняли два места у окна, откуда могли смотреть на лес, вплотную подступающий к противоположной стороне улицы.
— Как тебе снова вернуться в хижину? — спросила Инайя, делая глоток своего латте. — Ты уже видела своего старого призрака? Как мы его раньше называли? — она на мгновение задумалась. — О точно, Ночной Ковбой!