Добро пожаловать в ад

— Ладно, тогда жду двадцать и еду, — кивнул Тор. — А когда я уже буду в кампусе, где мне его искать?
— На том месте, где раньше было озеро, осталось несколько старых кабинок. Там увидите. Гальончи в третьей из них по правой стороне. И девушка Перри тоже там. Уж будьте уверены.
Мы отъехали немного назад, до того места, где старые железнодорожные пути пересекали дорогу, до него было рукой подать, может, четверть километра, не больше. Тор свернул и поставил «мазду» на обочину, укрыв машину среди нескольких давно засохших деревьев, я, последовав его примеру, припарковался позади него. Потом мы с Дорэном выбрались из «тауруса», я повернулся к Джо и отдал ему ключи от машины.
— Ладно. Скоро увидимся.
— Угу, — буркнул он. — Ты там поосторожнее, Линкольн. Не доверяю я этому Дорэну. Так что гляди в оба, понял?
— Обязательно, — пообещал я.
Тор покосился на меня.
— Значит, через двадцать минут, — напомнил он.
— Договорились.
Мы с Дорэном двинулись вверх вдоль старой железнодорожной ветки, по усыпанной белым гравием тропинке, петлявшей между древних шпал и исчезавшей далеко впереди, где нас ждала полная темнота. Не прошло и нескольких минут, как мы добрались до первого поворота и окончательно потеряли из виду Джо с Тором.
Судя по всему, этой железнодорожной веткой не пользовались уже многие годы, потому что рельсов тут не было, наверное, их сняли, оставив только деревянные шпалы. Впрочем, насыпь из гравия сохранилась. Время от времени мы спотыкались о валявшиеся под ногами ржавые «костыли», однако, если не считать этого, тропинка была в хорошем состоянии, и двигаться вперед было достаточно легко. Шли мы быстро, Дорэн, обогнав меня, шагал впереди. Признаться, я даже позавидовал ему немного — он шел без малейших усилий, даже не глядя себе под ноги. Дождь уже перестал, но под ногами хлюпали лужи, а в воздухе чувствовалась промозглая сырость. Первые несколько минут ходьбы мое дыхание висело передо мной облачком пара, потом оно исчезло — либо я остыл до такой степени, что оно уже мало чем отличалось от воздуха вокруг нас, либо просто стемнело настолько, что я перестал его замечать.
В воздухе пахло влажной землей, прелыми листьями и водой, этот запах напомнил мне тот день, когда мы Джо приехали поговорить с Полом Бруксом. Мы сидели на винокурне, слушая, как он гладко и без запинки излагает нам свою версию событий. Теперь-то я знал, что в его истории не было ни грана правды. А тогда мы доверчиво проглотили эту ложь и двинулись дальше, впустую тратя драгоценное время. И вот чем это закончилось: меня разыскивает полиция, а Эми оказалась в руках наемного убийцы, который прячется здесь, нетерпеливо поглядывая на часы. Как долго мы с Джо блуждали в потемках, а в итоге… Никто не знает, какую цену придется за это заплатить. Я помотал головой, отгоняя возникшую перед моими глазами картину, и ускорил шаги. Сейчас было не время думать о том, чего нам может стоить потеря драгоценного времени.
Минут через пятнадцать, после того как мы двинулись в путь, Дорэн, притормозив, повернулся ко мне.
— Уже недалеко, — шепнул он.
— Откуда ты знаешь? — пропыхтел я.
— Вон там, впереди, изгородь, о которой я говорил. Видишь, левее?
Прищурившись, я стал вглядываться вдаль, но, сказать по правде, ничего не увидел. Помнится, в последний раз, когда я решил проверить зрение, мне сказали, что оно у меня едва ли не стопроцентное, однако сейчас я не видел абсолютно ничего, кроме темноты вокруг, и только диву давался, что там может разглядеть Дорэн. Только метров через двадцать я смог наконец рассмотреть то, о чем он говорил: провисшая под собственной тяжестью ржавая проволочная изгородь с видневшимися тут и там прорехами тянулась вдоль ряда шпал, отделяя их от купы деревьев на другой стороне.
Сойдя с тропинки, которая вилась вдоль насыпи, мы оказались по колено в высокой, пожухлой траве. Несмотря на то что все последние дни шел дождь, она сухо хрустела и шуршала под ногами, лес, окруживший нас со всех сторон, казалось, затаился, настороженно разглядывая чужаков, — такая тут стояла тишина. Было тихо, и каждый шаг, каждый треск сучка под ногами казались преувеличенно громкими. Я представил себе, как Гальончи сидит, притаившись в одной из пустых кабинок, ловит каждый звук, говорящий о нашем приближении, сжимая в руке пистолет.
 
Теперь уже почти половина секций проволочной изгороди валялась на земле, часть проволоки была порвана, часть осела почти до земли, а та, что осталась, возвышалась над ней на какие-нибудь жалкие полметра. Дорэн просто перешагнул через нее, я последовал его примеру. Справа от нас из темноты проступила котловина бывшего здесь некогда озера, там, где раньше стояла вода, теперь виднелись сплошные заросли сорняков. На противоположном берегу появились какие-то темные контуры, и я догадался, что это, скорее всего, и есть те брошенные прицепы, о которых говорил Дорэн. Мы крались по берегу озера, подбираясь к ним все ближе и ближе, и по мере нашего приближения все четче становилась видна шедшая через стоянку посыпанная гравием дорожка — единственная светлая полоса, рассекавшая темную траву.
Обогнув стоянку вдоль берега озера и зайдя с тыла, мы оказались позади жилых кабинок. Дорэн говорил, что Гальончи устроился в третьей из них, а пока что мне удалось насчитать целых шесть таких прицепов, возле каждого виднелось нечто вроде небольшой пристани, некогда спускавшейся к самой воде. Раз я обернулся, прошел несколько шагов назад и внимательно оглядел шедшую через стоянку гравийную дорожку. С этого места были видны очертания стоявшего у самого входа старого трейлера, где когда-то был офис, о котором упоминал Дорэн, но дальше все было погружено в темноту. Я не заметил ни малейших признаков того, что Тор уже здесь.
Первая из кабин-прицепов была как раз перед нами, пустая и темная, словно заброшенная собачья конура, у ее входа громоздились кучи старого мусора, густо поросшие сорняками. Держась вдоль узенькой полоски травы, росшей между кабинкой и пристанью, я пробирался вперед, на ходу перешагнув через валявшуюся пустую канистру из-под бензина. И хотя я опередил Дорэна всего на несколько шагов, темнота вокруг стояла такая, что я его не видел и даже не слышал его шагов. А ведь тут было так тихо, что любой мой вдох, казалось, разносился далеко вокруг. Если бы я точно не знал, что он где-то рядом, ни за что бы не догадался, что я тут не один. Между первой и второй кабинками густо росли сосны. Я осторожно раздвинул ветки, собираясь протиснуться между ними; в отличие от меня Дорэн просто наклонил голову и просочился через них, как тень. Острые иголки оцарапали мне ладонь. Мы были уже в двух шагах от второй кабинки-прицепа, когда я заметил свет, слабо пробивающийся из окна той, что виднелась за ней.
— Это там?
Дорэн не ответил. Вместо того чтобы что-то сказать, он застыл на месте, насторожившись и подозрительно оглядывая прицеп, словно почуяв неведомую опасность.
— Что? — хриплым шепотом спросил я.
— Он все знает.
— Гальончи?
Дорэн, кивнув, поспешно нагнулся, всем телом распластавшись по земле, и принялся внимательно вглядываться в темноту. Мне показалось, его внимание привлекла ведущая к трейлеру дорога. Потом, повернув голову, он принялся разглядывать длинный ряд кабинок. Я бесшумно присел на корточки рядом с ним.
— Эй, ты о чем?
— Свет в окне, видишь? Он бы ни за что не включил свет в прицепе, — шепнул он. — Раньше, перед тем как зажечь лампу, мы всегда завешивали окна одеялами. Так вот, Гальончи никогда бы не оставил свет гореть, если бы не хотел, чтобы кто-то думал, что он там, внутри. Готов поспорить, что это ловушка. Наверняка он решил подстраховаться на тот случай, если я вернусь не один.
Полоска света легла на дорогу возле нас. Похоже, это приехал Тор. Впрочем, я почти не сомневался в этом — его выдали фары, вернее, то, как низко они были, почти вровень с землей. Дорэн явно погорячился, считая, что пешком до стоянки можно было добраться за четверть часа. Мы с ним спешили изо всех сил и все равно прибыли к месту, опередив Тора всего на несколько минут.