Добро пожаловать в ад

— Мы должны создать у них впечатление, что все идет так, как они задумали, — упрямо повторил я. — Это поможет нам выиграть время.
— Время для чего? Мы понятия не имеем даже о том, где искать этих типов.
— Я хочу поговорить с ней, Джо. Они будут ей звонить, а когда они это сделают, она должна хотя бы знать, что происходит.
— Но если мы поедем к ней и вдруг окажется, что возле ее дома околачиваются копы, тебе конец! — закричал Джо. — Тебя тут же арестуют за нарушение запретительного ордера. А если ты захочешь объяснить, как это произошло, тебе придется давать объяснения в тюрьме.
— Я все-таки собираюсь попытаться, — возразил я. — А теперь скажи, ты меня отвезешь или мне вызвать такси?
Лицо Джо исказилось — было заметно, что его раздирают сомнения. Конечно, он предпочел бы, чтобы все делалось обычным путем, то есть по официальным каналам, иначе говоря, ему мучительно хотелось привлечь к этому делу не только копов, но и ФБР. И он сделал бы это, если бы речь в данном случае шла о ком-то другом, совершенно незнакомом ему человеке, а не об Эми, которую он хорошо знал и которую нежно любил. Естественно, то, что он выбрал бы этот путь, вовсе не означало, что он готов отмахнуться от моих соображений. Уж он-то хорошо знал, чем мы рискуем.
— Я тебя отвезу, Линкольн. Но ты должен мне пообещать, что не станешь отказываться от помощи, если такая возможность появится. Это же классическая ситуация с заложником, ну как ты не понимаешь? Вряд ли мы сможем с ней справиться, тем более в одиночку. Если ты надеешься, что Карен согласится заплатить, и мы просто выполним все их требования, то это одно. А если она откажется? Об этом ты подумал? Так вот, если такое случится, заранее тебя предупреждаю — я у тебя на поводу не пойду. Потому что тогда нам понадобится помощь, Линкольн, нам понадобится лучшая команда из всех, кто этим занимается. И тогда нам придется пойти в полицию, потому что такая команда есть только у них.
— Давай подумаем об этом после того, как станет ясно, что решила Карен.
По лицу Джо было ясно, что ему это не слишком понравилось, однако он благоразумно не стал мне возражать, догадываясь, что это все равно бесполезно. И тут мой телефон вдруг снова зазвонил. Думаю, что не ошибусь, если скажу, что и Джо — как и я сам — нисколько не сомневался, что это звонит либо Дорэн, либо его сообщник. Однако на этот раз на дисплее был уже хорошо знакомый мне номер.
— Тарджент, — коротко проворчал я.
— Ответь! Расскажи ему, что случилось, — прошипел Джо.
— Не сейчас. Пока рано.
— Он может что-то знать. Для чего ему звонить в такую рань, если не…
— Не сейчас, Джо, — отрезал я. — Сначала я должен поговорить с Карен.
Длинная подъездная дорожка, ведущая к дому Карен, стала для нас проблемой. Мы дважды проехали по улице, сначала вниз, потом в обратном направлении, внимательно глядя по сторонам, но не заметили ничего подозрительного. Копов не было видно, и ничто не говорило о том, что за домом Карен следят. Однако саму дорожку было видно плохо, ее со всех сторон обступали деревья. И, если копы засели в доме, мы вряд ли заметим их машину, пока не подъедем вплотную к дому.
— Не думаю, что копы толкутся в доме двадцать четыре часа в сутки, — предположил я. — В конце концов, запретительный ордер очень редко подразумевает круглосуточную охрану. А уж после того, как она сама согласилась отказаться от моей помощи, у них тем более нет оснований все время держать дом под наблюдением.
— Будем надеяться, что ты не ошибся, — Джо развернулся и сейчас еле-еле полз вдоль кромки тротуара, снова приближаясь к дорожке.
— Сверни, — попросил я.
Джо послушно свернул на дорожку, потом еще раз, там где дорожка описывала широкую дугу, после этого мы немного попетляли между деревьев, и перед нашими глазами появился дом. Мы, как по команде, уставились на него — ни одной машины, ни малейшего признака того, что где-то поблизости ошиваются копы. Конечно, они вполне могли оставить в доме кого-то из своих и уехать, но внутренний голос уверял меня, что это не так, а я привык уже доверять своей интуиции. Учитывая, что ни о каком похищении или взятии заложников речь пока не шла — ведь о том, что Эми у них в руках, не знала ни одна живая душа, кроме нас, — ситуация с Карен не требовала полицейского прикрытия. Пока еще не требовала.
 
Джо припарковался, я поспешно выбрался из машины и взбежал по ступенькам. Конечно, этот чертов запретительный ордер целиком и полностью был идеей Тарджента, однако это вовсе не означало, что Карен не отнеслась к этому серьезно и, увидев меня на пороге, не кинется звонить в полицию. Я уже поднял руку, чтобы постучать в дверь, когда Джо вслед за мной тоже выбрался из машины. Узорчатая стеклянная дверь была не настолько прозрачной, чтобы разглядеть прихожую, однако я заметил мелькнувший силуэт и догадался, что Карен идет к двери. Насколько я мог рассмотреть, в руке у нее был телефон.
— Проклятье, — прошипел я сквозь зубы. А потом уже громче добавил: — Карен, это я, Линкольн. Мне нужно поговорить с тобой, всего пару минут. Но это срочно.
Она резко остановилась, словно налетев на невидимый барьер, не дойдя до двери каких-нибудь полметра. Но я заметил, что она не пыталась поднести к уху телефон.
— Нет, Линкольн. Ты не должен был приезжать сюда. Мне велели звонить в полицию, если ты появишься. Так что уезжай. Пожалуйста, Линкольн.
— Карен, похитили другую женщину, — хрипло сказал я. — Так что теперь это уже не только наше дело, понимаешь? Тебе придется пустить нас в дом. Мы должны это обсудить.
Я заметил, что после этих слов она сделала осторожный шажок назад, отступая в прихожую.
— Я не могу этого сделать. Тебе лучше поговорить с полицией, а не со мной.
— Карен!
— А теперь уезжай, Линкольн! Или я позвоню в полицию.
Она подняла руку с телефоном, повернув ее так, чтобы видеть кнопки. И, как только она это сделала, я, не раздумывая, принял решение. Отступив на шаг, я поднял ногу и со всей силой ударил каблуком в самую середину двери — наверное, я был очень зол, потому что деревянная рама разлетелась в щепки, пружинный замок просто выскочил, а вот дверной засов, к сожалению, выдержал. Я услышал грохот, а вслед за ним испуганный крик Карен, и тогда ударил снова. На этот раз дверной засов уступил — я вырвал его, что называется, с мясом. А в следующее мгновение одним прыжком перескочил через порог и ворвался в дом. В тот же миг над ухом у меня отчаянно взвыла сигнализация. Карен повернулась, чтобы убежать, но я ринулся за ней.
Я нагнал ее только в самом конце коридора, вырвал из руки телефон и, не глядя, зашвырнул его куда-то в угол, после чего обхватил ее руками и крепко прижал к себе, чтобы не дать ей удрать. Именно в этот момент на пороге появился Джо — когда я обернулся на звук его шагов и мельком скользнул взглядом по его лицу, я вдруг на мгновение почувствовал, что как будто перестал быть самим собой. Его лицо, словно зеркало, отразило те чувства, что он испытывал при виде зрелища, которое в данный момент было у него перед глазами. Наверное, именно такая картина не раз являлась ему в кошмарах, когда он расследовал дела, связанные с домашним насилием, — и именно это прямо у него на глазах проделал сейчас его напарник.
— Они похитили Эми Эмброуз, — прорычал я, крепко прижимая к себе Карен, которая дергалась, пытаясь высвободиться. Она оказалась ко мне лицом, и подозрительность, которую я заметил еще в тот день, когда мы были тут вместе с Тарджентом, сменилась паническим страхом. И боялась она явно меня. Это выражение ужаса, застывшее в ее глазах, причинило мне больше боли, чем любой из ее ударов и тычков. Руки у меня разжались. Карен, моментально воспользовавшись этим, высвободилась и помчалась в гостиную. Я проводил ее взглядом, потом посмотрел на Джо, все еще маячившего возле выбитой мною двери, и застонал сквозь стиснутые зубы, невольно гадая, во что превратилась моя жизнь.
— Выключи эту штуку, — попросил я. Сирена все еще завывала, как кошка, которой прищемили хвост, и я почти не сомневался, что очень скоро сюда слетятся копы со всей округи. Карен застыла посреди гостиной, исподлобья наблюдая за мной, видимо, ждала моего первого движения, чтобы снова кинуться бежать. — Да выключи ты ее наконец, Карен. И послушай меня. А уже потом, если хочешь, можешь звонить в полицию. Только дай мне пять минут, хорошо? Те же люди, что убили твоего мужа, похитили одну женщину, которая не имеет ко всему этому никакого отношения. Ты должна меня выслушать, слышишь?