Добро пожаловать в ад

Неужели дело в деньгах? Может, кто-то вымогает у нее деньги?
— Не стоит придавать этому слишком большое значение, — остановил меня Джо. — Это ведь всего лишь гипотеза, мое предположение, не более того. Единственная важная деталь, которую я узнал от Ричардса.
Я стряхнул ошметки мульчи с перчаток, снял их и сунул в карман. Джо встал и, воспользовавшись здоровой рукой, кое-как сложил стул, на котором сидел.
— Я думаю, неплохо бы тебе с этого дня держаться подальше от всего, что связано с этим делом, Перри.
— Слишком поздно, Джо. Но все равно, спасибо за совет.
Он еще раз напоследок скривился, глядя на цветочную грядку, и в очередной раз недовольно покачал головой. Судя по выражению его лица, результаты моего каторжного труда не привели его в восторг, но, видимо, поразмыслив, Джо решил, что с этим можно подождать до весны.
— Тебе сегодня нужно на физиотерапию?
— Нет. Только завтра.
— Ладно. Что ж, поеду-ка я, пожалуй, в офис. Нужно позвонить кое-кому из наших любимых адвокатов, поинтересоваться, нет ли у них что-нибудь новенького для нас с тобой. Иной раз этим ребятам стоит напомнить о своем существовании, иначе они и не почешутся, чтобы послать нам клиентов.
Это было как раз то, с чем Джо вполне мог бы мне помочь, поскольку это было ему по силам. Поэтому я просто стоял и ждал, проглотит ли он наживку.
— Надеюсь, ты не собираешься спрашивать их о Джефферсоне? — насупился Джо.
— Нет-нет, ничего такого, — заверил я его.
Он кивнул и побрел к дому.
— Спасибо, что помог привести в порядок двор. Удачи, Линкольн.
Я распрощался. Потом вышел на улицу, отпер дверь пикапа, вскарабкался в кабину и повернул ключ в замке зажигания.
Удачи. То же самое я сказал Карен вчера вечером. До того как уехал, оставив ее один на один с ее проблемами. Что это, неужели совпадение? Конечно, совпадение, а что же еще?
  
Глава 10
 
День тянулся медленно. Нет, работа у нас была, но ничего такого, что бы требовало каких-то особенных усилий, — словом, обычная рутина. В основном работа за компьютером, розыск скрывающихся от кредиторов, поиск нужных документов… Уже около пяти я покончил с делами, вернулся домой, переоделся и спустился в тренажерный зал.
Поработав часок с гантелями и штангой, я отправился на пробежку. Октябрь — один из моих любимых месяцев в году, может, потому, что бегать трусцой в октябре приятнее, чем в другие месяцы: воздух уже достаточно прохладный, чтобы бодрить, но еще не настолько холодный, чтобы обжигать легкие. Я бегал около получаса, пробежал через Роки-Ривер-Драйв, потом спустился вниз по склону холма, в парк, снова поднялся на мост. Там легко коснулся рукой кованой железной опоры моста, как делал всякий раз, когда пробегал по нему, в память о том дне, когда мой партнер едва не погиб в реке прямо под этим местом; своего рода «спасибо» за то, что он этого не сделал. Назад в тренажерный зал я прибежал в мокром от пота свитере и, уже почти задохнувшись, завернул за угол здания и увидел на парковке машину Эми.
Я перешел на шаг, сердце колотилось чуть ли не в горле, грудь тяжело вздымалась. Поначалу я просто обрадовался, но потом поймал себя на том, что злюсь. Последний раз, когда мы виделись, Эми тоже сердилась — ну, скажем, была слегка раздражена, — и с тех пор мы еще не разговаривали.
Должно быть, она поглядывала в зеркальце, потому что открыла дверцу машины и выпрыгнула из своей «акуры» еще до того, как я успел подойти. На ней были джинсы и длинный жилет на пуговицах поверх белого топика, как всегда, микроскопического размера и туго облегающего ее формы. Выглядела она прекрасно — впрочем, тоже как всегда.
— Привет, — бросил я. Я уже давно и с привычной ловкостью пользовался этой уловкой — произносить ничего не значащие фразы.
— Привет, — ответила она. В руке у Эми был листок бумаги. Я заметил, что она хмурится. — Похоже, я не прогадала, отказавшись съездить с тобой в Индиану, верно?
— Ты разговаривала с Джо?
— Нет.
— Тогда откуда эти сведения?
 
— Отсюда. — Она сунула мне листок. Это была распечатка с надписью вверху «Ассошиэйтед Пресс». [15] В выходных данных значилось «Моргантаун Инд.». Заголовка не было, однако уже из первой фразы было ясно, чему посвящена статья.
 
«Единственным свидетелем самоубийства, которое произошло в Моргантауне во вторник вечером, стал частный сыщик из Огайо, который, по слухам, как-то связан с недавно убитым отцом нынешней жертвы».
 
Я вскинул на нее глаза, заметил хмурое выражение ее лица.
— Где ты это взяла?
— В редакции. Статья об этом уже готовится, выйдет завтра утром.
— Что?!
Эми кивнула.
— Знаю, что ты расстроишься, но нет ни малейшего шанса, что я смогу отговорить нашего редактора опубликовать это. Особенно сейчас, когда убийство Джефферсона занимает первые полосы всех газет. Эта репортерша из Индианы, должно быть, на дружеской ноге с большинством местных копов, судя по тому количеству информации, которую ей удалось раздобыть. Проклятье! Самоубийства обычно мало кого интересуют — ну, если, конечно, самоубийца не знаменитость, не известный государственный деятель и не какая-нибудь важная шишка. Кстати, это одна из немногих тем, где мы, газетчики, стараемся проявить максимум уважения к частной жизни.
Я застонал. А потом прямо там, на парковке, поспешно пробежал глазами статью. Да, похоже, эта журналистка из Индианы действительно водит дружбу с местными копами. Там было не так уж много цитат, просто обычная в таких случаях оговорка «по словам представителей полиции», но я хорошо понимал, что источником всех этих сведений был не кто иной, как Брюер. В статье упоминалось мое имя, а также то, что меня продержали до утра в тюрьме, обвинив в том, что вел в Индиане расследование, не имея соответствующей лицензии, — но это мог сообщить любой полицейский. Зато детали, я имею в виду мои прежние отношения с Карен, история о том, как я зверски избил ее мужа и кое-что еще — все это явно было делом рук Брюера.
— Вполне возможно, он сам обратился к ней за помощью, хотел, чтобы агентство протрубило об этом на весь мир. — Я со злостью скомкал листок. — Хочет, чтобы мне стало жарковато. Проклятый сукин сын и впрямь уверен, что я замешан в этом деле.
— Какой сукин сын?
Я вздохнул и устало потер глаза.
— Да, ты же ведь ничего не знаешь обо всей этой истории. Думаю, пора тебе рассказать. Ладно, пошли.
Мы поднялись ко мне в квартиру, Эми присела на диван, а я, взяв бутылку с водой, принялся жадно пить, привалившись к стене, а попутно рассказал ей о своих приключениях. Эми слушала с неподдельным интересом, однако слишком уж спокойно, что было совсем на нее не похоже: сидела тихо, как мышка, не задала ни единого вопроса, при том, что обычно мне приходилось то и дело шикать на нее, чтобы не перебивала и дала мне договорить.
— Ты не будешь возражать, если я быстренько приму душ? — спросил я, почувствовав, что совершенно выдохся. Пот, которым пропиталась вся моя одежда, пока я качался в тренажерном зале и пока бегал, начал подсыхать, кожу неприятно пощипывало, и я просто умирал от желания помыться и переодеться.
— Давай.
Я ушел. Когда вернулся, Эми по-прежнему сидела на кушетке. Телевизор работал, но звук она приглушила, правда, на экран Эми не смотрела, предпочитая разглядывать стену.
Я двинулся было к кушетке, собираясь присесть рядом, однако даже на расстоянии почувствовал что-то вроде пульсирующего и потрескивающего защитного поля вокруг нее, и это подсказало мне, что было бы благоразумнее держаться от нее подальше. В результате я устроился на полу, подняв голову, чтобы видеть ее лицо.
— С тобой все в порядке?
Эми кивнула.
— Да. Правда, мне, наверное, следует попросить у тебя прощения, Линкольн. Тогда, во время нашего разговора, я, кажется, наговорила тебе лишнего… в общем, погорячилась. Зря я так напустилась на тебя.