Император Пограничья 8 (СИ)

Нельзя дать ему спровоцировать насилие. Это именно то, чего он добивается — мученичество укрепит его позиции.
Варфоломей воспользовался паузой:
— Я говорю вам истину! Вспомните прошлый Гон! Какие города пострадали больше всего? Те, где были академии магов! А простые деревни, где люди жили в вере и смирении, твари обходили стороной! И здесь то же самое — чернокнижники навлекли на нас проклятие! Тьма идёт на тьму!
  
И снова доля правды. Академии действительно привлекают больше внимания во время Гона. Но не из-за проклятий, а из-за концентрации магической энергии. Как объяснить это перепуганным людям, которые хотят простых ответов?
Толпа зашумела. В глазах некоторых я видел сомнение, но у других уже разгоралась ненависть.
— Изгоните магов! — продолжал проповедник. — Выкиньте их за стены, и Бездушные уйдут сами! Это единственный способ спастись! Господь ждёт от нас этого знака покаяния!
  
Глава 17
 
— Изгоните магов! — продолжал проповедник. — Выкиньте их за стены, и Бездушные уйдут сами! Это единственный способ спастись! Господь ждёт от нас этого знака покаяния!
Толпа зашумела, готовая сорваться с места, и я понял, что пора действовать решительно.
— СИДЕТЬ! — рявкнул я своим командирским голосом, вложив в него весь опыт прошлой жизни.
Эффект превзошёл ожидания. Все — от самых рьяных сторонников Варфоломея до случайных зевак — замерли на месте, словно обгадившиеся котята. Кто-то непроизвольно присел на корточки, другие застыли с открытыми ртами. В наступившей тишине было слышно, как где-то вдалеке каркнул ворон.
Усилием воли я подавил в себе растущий гнев. Тот самый, что подсказывал мне выхватить меч и показательно отсечь голову. В условиях осады подталкивая людей на прямое неподчинение, этот сектант наговорил себе на казнь не просто легко но даже с изрядным запасом.
Но разве не этого сейчас хочет он сам? Разве не желает мученической смерти от рук злодея-воеводы? Стоит сорваться сейчас, и ростки потом придется выкорчёвывать долго и мучительно.
Я внимательно изучал Варфоломея, активировав магическое зрение до предела. История о падении Руана не выходила у меня из головы — там Кощей месяцами притворялся знахарем, завоёвывая доверие горожан. Что если передо мной стоит не фанатичный проповедник, а сам Лорд Бездушных под иллюзией?
Аура Варфоломея пульсировала тусклым жёлто-коричневым светом — типичная для обычного человека с налётом нездорового фанатизма. Никаких следов магической маскировки, никаких искажений, указывающих на иллюзию. Передо мной действительно стоял обычный человек. И всё же что-то в его ауре казалось неправильным, словно по краям мерцали чужеродные нити.
— Варфоломей, — обратился я к нему, понимая, что нужно действовать тоньше. — Идем за мной.
— Куда⁈ — смутился проповедник, настолько что даже дал «петуха» голосом.
— На площадь, — вроде бы даже удивился я. — Что нам по углам прятаться? Пускай все услышат наш разговор.
Шум привлёк внимание других жителей острога. Из соседних бараков начали выглядывать любопытные, к месту событий потянулись люди с ближайших улиц. Через минуту вокруг нас собралась уже добрая сотня человек.
Люди бросали работу, отвлекались от всех своих дел, видя странную процессию со мной во главе. Сторонники Варфоломея чуть опасливо оглядывались, понимая, что остаются в меньшинстве.
Нужно полностью разгромить его аргументы на глазах у всех', — мысленно спланировал я тактику. — 'Если просто арестовать или казнить его, не развенчав сначала его учение, это только придаст сил его последователям.
Те просто воспримут ликвидацию своего лидера, как подтверждение его правоты, после чего могут перейти к активным действиям. Нет, сначала нужно показать всем, что король-то голый. Следует целиком и полностью разгромить его аргументы, чтобы паства увидела, что их пастырь ничего не стоит.
Глаза проповедника загорелись ещё ярче. Он выпрямился, расправил плечи — явно предвкушал возможность публично унизить «гордеца-воеводу».
— Я согласен! Пусть все услышат правду!
Толпа расступилась, образуя широкий круг. Я заметил, как в первых рядах встали мои дружинники — Борис кивнул мне, показывая, что держит ситуацию под контролем.
Я сделал шаг вперёд, переходя в наступление:
— Варфоломей, вы утверждаете, что говорите от имени Бога. Докажите это. Где ваши чудеса? Где исцеления? Где пророчества, которые сбылись?
Проповедник замялся, явно не ожидая такого напора.
— Господь действует через смиренных… — начал он.
— Значит, никаких чудес, — жёстко перебил я. — Тогда давайте честно: вы обычный человек, высказывающий своё мнение. И будем обсуждать именно мнения, а не божественные откровения. Согласны?
Собеседник поджал губы, но я, не дожидаясь ответа, уже продолжил натиск:
— Отлично. Тогда разберём факты, — продолжил я, начиная методично крушить его аргументы. — Вы говорите, маги привлекают Бездушных? Прекрасно. Объясните тогда, почему деревня Березники, где не было ни единого мага, была уничтожена первой во время прошлого Гона? Там жили простые крестьяне, никакой магии. И что — Бездушные их пощадили?
Глава новоявленного культа растерянно захлопал глазами. Будучи не местным, он понятия не имел, что это вообще за Березники, и где такая деревня находится. А между прочим, это поселение находилось довольно близко от нас, и именно его когда-то зачистили мои дружинники в поисках Химеры.
История эта получила большую известность. В остроге о ней знали все, даже новички слышали её от старожилов. Вот только связать факты воедино никому не приходило в голову.
Толпа зашевелилась. Некоторые начали переглядываться — похоже, до них начало доходить, что их духовный лидер не такой уж и избранный.
— Вы ссылаетесь на прошлый Гон, говоря, что города с академиями привлекали Бездушных. Отлично. Я знаю факты. Больше всего пострадал Арзамас — город без академии. Их потери в результате пробитой крепостной стены исчислялись сотнями потерянных жизней. А Смоленск с академией отбился. Как это вписывается в вашу теорию?
— Это… это исключения! — попытался возразить проповедник, но голос его уже не звучал так уверенно.
Он привык воздействовать на умы необразованных людей эмоциями, а не фактами.
Я перешёл к следующей фазе:
— Давайте поговорим о личной ответственности. Сколько Бездушных вы убили с начала осады? — Я выдержал паузу. — Ноль. Сколько раненых вылечили? Ноль. Сколько беженцев накормили из личных запасов? Опять ноль. Вы только говорите, Варфоломей. Красиво говорите, это правда. Но где дела?
Проповедник покраснел, его кулаки сжались. В толпе послышался одобрительный ропот. Люди начинали видеть нестыковки. Развернувшись к окружающим, я продолжил:
— Вот Георгий Светов — маг. За последний месяц спас полсотни жизней смертельно раненым бойцам. Вот отец Макарий — он не только молился с людьми в цитадели, помогая им справиться со страхом, но и не раз стоял на стенах. Лично убил больше дюжины тварей. А каков ваш вклад в оборону, Честнов?
Лицо проповедника стало пунцовым. Он что-то пробормотал о духовной поддержке.
— Вы призываете изгнать магов, — продолжал я неумолимо. — Хорошо. Кто займёт их место на стенах? Вы? Ваши последователи? Вы готовы умереть первыми, прикрывая брешь в обороне?
— Это угроза⁈ — взвизгнул чужак.
Я усмехнулся:
— Нет, что вы. Угрозу вы бы не перепутали. — Мой голос стал ледяным. — Если вы продолжите сеять смуту в моём остроге во время осады, я вздёрну вас на ближайшем суку как предателя, провокатора и диверсанта.
  
Проповедник побледнел, отшатнувшись.
— Вот это угроза, — спокойно пояснил я. — Видите, как сильно они отличаются?
В толпе раздались нервные смешки. Напряжение начало спадать — люди видели, что их «пророк» обычный трус.
— Предлагаю проверить вашу веру, — я сделал последний шаг. — Через десять минут вы возглавите вылазку против Бездушных. Без магического оружия, без защитных амулетов. Только крест и молитва. Покажите чудо — и я первый признаю вашу правоту.