Недетские чувства (СИ)

И чем ближе был конец рабочего дня, тем сильнее сжималось сердце. Позовет или не позовет. Нужна я ему сегодня или уже нет. И было страшно от того, что может быть нет. Что может быть, мне придется провести этот вечер, а может быть даже все остальные, без него. В одиночестве.
Когда сотрудники потянулись из офиса непривычно дружелюбно прощаясь со мной, страх достиг апогея. Я ходила по офису, выполняя свои обычные обязанности и чувствовала, как в висках все громче и быстрее, стучит пульс, колени слабеют, я пару раз чуть не упала, как снова начинается тошнота и становится душно.
Позовет — не позовет… Нужна — не нужна… я гадала на плитках пола, на лампах в коридорах офиса, на фикусах, на столах… глаза сами цеплялись за предметы, а сердце выстукивало как заведенное: «Позовет — не позовет. Нужна — не нужна.»
Я уже все закончила и вернулась за свой стол. Уже надо бы идти домой, но я тянула. Дима все еще был здесь, а значит все еще оставалась надежда. Я медленно перебрала письма, складывая их в аккуратную стопочку. Завтра утром нужно будет зарегистрировать в журнале, сделать реестры и вызвать почтальона. Я хотела заполнить журнал сегодня, чтобы не терять время просто так, раз уж не могу уйти, но буквы прыгали, не давая прочитать слова, а смысл прочитанных слов оставался непонятным.
Позовет — не позовет…. Нужна — не нужна… шелестели письма, решая мою судьбу.
Хлопнула дверь. Я замерла, конверт в руке мелко дрожал, и захотелось плакать.
— Ты еще здесь? — Дима подошел и остановился возле стойки ресепшен.
— Да, — ответила я, прикусывая губу изнутри, чтобы не разрыдаться и не спросить у него, а что же дальше. Позовет — не позовет… Нужна — не нужна…
Он помолчал. А потом хлопнул ладонью по стойке и велел:
— Хватит работать. — Только тогда я решилась поднять на него взгляд. С отчаянной надеждой и мольбой. Пожалуйста. Позови. Скажи, что нужна. Сегодня. Сейчас. А на большее я и не претендую. — Кхм, — кашлянул он, — собирайся. Поехали.
Я все таки не сдержала слезы. Но быстро отвернулась и спрятала лицо, чтобы он не увидел. Незачем ему знать, что я плачу от радости, от того, что нечеловеческое напряжение последних часов схлынуло, оставляя после себя ватную слабость в коленях, влагу на ладонях и эти дурацкие слезы. Пока одевалась, незаметно вытерла глаза и нос, потому что из носа текло гораздо сильнее. Совру, что у меня насморк, решила я, спрятав платочек в кулаке.
— Я готова, — повернулась я к Диме. Он все так же стоял возле стойки и неотрывно смотрел на меня. И было в этом взгляде что-то такое… от чего я покраснела до кончиков ушей. Ну почему он так на меня действует?
Он молча пошел к выходу. А я за ним. Как хвостик. И мне нестерпимо захотелось взять его а руку. Как раньше. И посмотреть снизу вверх на его улыбку. Я сама не заметила, как моя рука толкнулась в его ладонь. Он будто бы машинально обхватил ее. И теперь мы шли рядом, держась за руки. Все так же молча.
Я осторожно, краем глаза посмотрела на Диму. Он не улыбался. И, вообще, все было не так, как тогда, давным-давно. Потому что было лучше. Ведь сейчас пусть только на вечер, но он только мой. Весь. Целиком и полностью. Именно так, как я когда-то мечтала. Мой принц везет меня на белом коне в свой замок. Осталось только получить «поцелуй любви» и жить долго и счастливо, усмехнулась я про себя. Но эта половина мечты так и останется мечтой. Но ведь половина лучше, чем ничего. И потом… а вдруг? Может быть у меня есть маленький, крошечный шанс, что даже потом, когда все закончится, мы сможем остаться если не друзьями, то хотя бы хорошими знакомыми.
— Голодная?
Его вопрос застал меня врасплох.
— Немного, — постаралась улыбнуться я. Надеюсь, это не было похоже на оскал. У меня, вообще, было странное ощущение. Я вроде бы радовалась, сердце трепыхалось от счастья, я улыбалась, смеялась и даже прыгала. Но в то же время все это оставалось внутри меня. А внешне… я просто шла. Обычно. Без тени улыбки. Холодная белая звезда, разгоревшаяся из-за переживаний, спрятала все мои чувства.
 
— Закажем еду на дом, — кивнул он. И мы снова замолчали. Просто шли рядом, просто сели в машину. Но несмотря ни на что тишина не давила. Мне было хорошо даже просто молчать рядом с ним. И ему, кажется, тоже.
  
Глава 24
 
Этот вечер я навсегда запомню за его тишину и спокойствие. Мы почти не разговаривали. И это молчание было уютным. Страстным. Обжигающим и бесконечно нежным.
И когда я уже собралась, чтобы уехать на такси домой, Дима вдруг остановил меня, прижал к себе и замер. Мне даже на секунду показалось, что он сейчас предложит остаться. Но нет. Нежный, теплый поцелуй, который я все еще чувствовала на губах, и он мягко и осторожно подтолкнул меня к выходу. В его глазах не было ярости или злости, к которым я уже привыкла. Он смотрел на меня почти так же, как раньше. И я с трудом удержала рвущееся из сердца «я люблю тебя».
А дома заснула сразу, как только голова коснулась подушки. Впервые за много дней я была спокойна. Потому что знала, завтра он все еще будет мой.
Утром я летела на работу как на крыльях. А он так и не появился. До обеда я была спокойна, а вот после все мои страхи, которые вчера слегка присмирели, подняли голову. И я опять стала переживать, нервничать, а временами даже паниковать. А вдруг он опять не придет?
Нет, умом-то я понимала, что ситуация совсем другая, что это его компания, и он обязательно должен прийти. Но сердце стучала с перебоями от страха, что он снова просто исчезнет.
— Даш, что с тобой? — Светлана стояла у стойки ресепшен. Я даже не заметила, как она подошла, так глубоко ушла в свои мысли, — что случилось?
— Ничего, — машинально ответила я и улыбнулась, вот уж широко улыбаться не смотря ни на что на этой работе я научилась мастерски. За очень короткий срок.
— Я уже полчаса прошу у тебя вызвать мастера. У нас из кондиционера вода капает.
— Прости, задумалась, повинилась я, — сейчас вызову.
— У тебя точно все нормально? Даш, ты, конечно, снова можешь соврать, что все хорошо, но может я смогу тебе помочь?
— Нет, — мотнула я головой и опустила глаза. Мне было неудобно. Не привыкла я жаловаться на свои проблемы, — правда, все хорошо. Просто Он почему-то не пришел на работу.
— Дима? — Я кивнула. — Так он сегодня и не придет. У него переговоры с китайцами, оборудование для цеха закупить хочет. Это все знают. Ты же сама несколько дней назад из типографии распечатки получала. Не помнишь?
Я еще раз мотнула головой. Нет, распечатки я помнила. Но я даже не читала, что именно там написано. Тогда мне было не до этого.
— Ну ты даешь, — рассмеялась Светлана, — не жди его сегодня.
— Спасибо, — улыбнулась я искренне. Мне и правда стало легче. Сердце поверило и успокоилось. И хотя я все так же безумно скучала и тосковала без него, паника прошла, страх быть брошенной стал гораздо меньше. Один день без него это так мало, когда у тебя впереди целая жизнь в одиночестве. И я увижу его завтра. Он пока еще мой.
Все ушли, я закончила все свои дела и вышла на улицу. Тихая меланхоличная грусть — тень той, которая скоро составит мне компанию вместе с кучей кошек, окутала мир темной дымкой. Казалось, что все вокруг грустят. И охранник Андрей, который сегодня дежурил на входе. И печальный ветер, от безысходности сдувающий ледяным дыханием мусор с тротуара. Даже автомобили, проезжающие мимо, казалось, грустно моргали фарами и виновато гудели клаксоном.
— Даша! — тихий крик, пробившийся через ватный воздух, заставил споткнуться. Я думала мне показалось, но услышала еще раз — Даша!
Я поворачивалась медленно. Потому что не верила, что все это происходит на самом деле, что я не заснула в офисе в своем шикарном кожаном кресле, что я не сошла с ума и этот зов не галлюцинация.
Но это было на самом деле. Димина машина стояла у тротуара прямо напротив входа в офис. Не понимаю, как я могла ее не заметить? А может быть он приехал, когда я уже прошла мимо? Но все теперь было неважно. Главное, сегодня я увижу его. И вся грусть мгновенно исчезла, оставляя после себя чистую, незамутненную радость.