Сердце пацана (СИ)
— Вот вечно с тобой мне не продают, — проворчала. — Ты как ребенок рядом.
— Курить вредно!
— Ой, что ты понимаешь, — махнула рукой и, развернув пачку, достала тонкую сигарету, отчего я поморщилась. Мерзость!
— Так, о чем это мы? — затянувшись проговорила, возвращаясь к прежнему разговору. — А-а-а! — вспомнила, — Федя твой! Ну и имя! — ехидно хихикнула. — И где ты такого только подцепила?
— На студ осени, — ответила, — имя как имя.
— А чего накостылял-то?
— Не знаю, — пожала плечами. — Федя рядом сел со мной, а Белов сказал что это его место. Дурак! Он же там никогда не сидел! Ну, слово за слово и понеслось. Разняли только когда препод пришел.
— Разняли? — со скепсисом усмехнулась. — А я слышала другое. Что Белова еле оттащили от твоего сыкуна.
— Он не… — оборвалась на полуслове, — этот… Ты поняла, в общем. Федор ко мне теперь и на шаг не подойдет.
— Ой, а ты будто сильно расстроена?! Все равно ж по Белову сохнешь. Скоро прям высохнешь вся, — по-доброму хихикнула, а я печально вздохнула.
И то верно. Злилась на этого пройдоху жутко! Пора уже давно покончить со своей неадекватной любовью! Я для него пустое место! Он никогда не обратит на меня внимание!
— Эх, Дунька-Дунька, — потрепала меня по голове Улька. — Забила бы ты уже на своего Белова. Школа закончилась. Таких как Белов в универе видимо-невидимо! Бери и выбирай любого! — развязно подмигнула, остановилась, оглянулась и прощебетала, — все, я побежала!
— Куда? — удивилась.
— В гости, — показала язык эта Егоза.
Обнявшись на прощание, Улька пошла в свои гости, а я побрела дальше домой. Уже стемнело. Время к десяти шло. Что-то мы задержались у Соньки. Соскучились. Целое лето не виделись. Принцесса наша на острова летала.
Эх… Все-таки права Улька. Пора забывать Германа. Школа закончилась. Да, и я выросла. Сколько можно-то воздыхать? Все равно, что об стенку горох. Он только и может, что пакостничать. В уме принялась пересчитывать плюсы и минусы Белова.
Из минусов:
Жизни спокойной не давал, издевался!
Из плюсов:
Глаза красивые. Бездонные. И губы! А улыбка, что растаять можно. Еще защищал меня, иногда…
— Эй, красивая! — крикнули позади.
Это не мне! Это не мне!
Быстрее зашевелила ногами, посмотрела по сторонам.
Еще чуть-чуть и буду дома!
— Стой! — снова крикнули, но я еще быстрее зашагала, практически переходя на бег.
Позади меня послышался смешок, а затем топот ног. Испугавшись, ринулась рысью в соседний двор. От страха сжались кулаки, а сердце громко застучало, отдаваясь грохотом в голове.
— Ромчик, лови ее! — крикнули сзади, а спереди меня выбежал мужик, перегорождая дорогу и гадко ухмыляясь.
— Куда спешим, красивая? — обманчиво ласково проворковал.
— Я-я спешу, — попятилась назад, обернулась и хотела бежать, но сзади уже стоял тот парень, что кричал мне.
— Чего ж ты бегаешь? — стал он наступать на меня. — Познакомиться разве не хочешь? — сделал еще шаг.
— Я закричу, — предупредила, но они только рассмеялись.
— Кричи-кричи, так даже интересней, — склонил угрожающе голову набок и, схватив меня за талию, грубым рывком притянул к себе.
— Не трогайте меня!
— Заткнись, сука! — рявкнул.
Я и не заметила, как слезы градом покатились по лицу, но этим мерзавцем это только доставляло удовольствие.
— Не видно что ли? — гаркнули в стороне. — Девушка не хочет знакомиться.
Герман. Его голос я бы узнала из тысячи и не ошиблась.
— Слышь, пацан, вали отсюда!
— А если нет?
Отшвырнув меня, этот подонок двинулся на Германа, но тот стоял непоколебимой скалой. Его не так просто напугать.
— Смелый сильно? — выплюнул, подойдя впритык.
— Что просто так не дают? Что по подворотням приходится девок вылавливать? — не отступал Белов, явно нарываясь.
Что ж ты делаешь, глупенький? Беги отсюда!
— Ах ты, сукин сын! — зарычал и замахнулся, но Белов успел увернуться, а затем и ударить, отчего мужик согнулся пополам.
— Беги! — уже крикнул мне, но я стояла точно приросшая к месту.
Другой мужик тут же схватил меня за руку, сжимая до синяков, но Белов вырубил его одним махом.
— Беги! — заорал.
И я побежала, что есть мочи, краем глаза замечая, как на него снова напали. Я бежала через дворы в надежде наткнуться хоть на кого-то, чтобы попросить помощи. Как кстати, из-за угла вырулила патрульная машина, резко тормозя прямо передо мной.
— Девушка! — опустив окно, гаркнул милиционер. — Вы в своем уме?!
— Там… там, — глотала воздух, показывая рукой назад, — там драка. Быстрее, пожалуйста! — истерично заверещала.
Он выскочил из машины. Внимательно меня осмотрел, перед этим принюхавшись, и отченикал:
— Показывай.
Вместе мы поспешили обратно. Я бежала не смотря на дорогу, не смотря на то, что воздуха катастрофически не хватало. Однако, все даром. Когда я забежала во двор, там уже никого не было. Ни драки, ни Белого, ни признаков потасовки. Будто мне все причудилось. Мужик остановились позади рассеянной меня.
— Ну и где? — хмуро взглянул на меня.
— Тут была…
— Девушка, вам больше заняться нечем? — грозно свел брови к переносице. — Думаете, у меня больше дел нет, кроме как по дворам бегать?
— Но тут правда была…
— Идите домой! — страж порядка пошел обратно. — Наглотаются не пойми чего, галюники поймают, а потом бегай с ними по дворам, — бурчал он, уходя.
Глава 19
Герман
За окном еще не рассвело, когда я проснулся от всхлипов. Едва ли слышные, но такие горькие они исходили от нее. Наверняка, она думала, что я не слышу. Аккуратно стирала руками по лицу, будто и не плакала вовсе, будто и не дрожала в моих руках.
— Мышка, — шепнул, прижав ее крепче. — Ну, ты чего?
— Герман? — испуганно издала осипшим голосом. Откашлялась, но не помогло. — Я ничего… Все хорошо.
— Врунишка, — усмехнулся, приподнялся на локтях, заглядывая в ее опухшее личико. — Колись, — сжал ее бок, но упрямая девчонка покачала головой.
— Тогда, я не буду спать, — лег обратно, — и не буду принимать твои пилюли, — применил грязный шантаж.
Порезав, Дунька перевернулась ко мне лицом. Мне вдруг показалось, что она слишком далеко от меня и поспешил это недоразумение исправить.
— Белов, так не честно!
— Но действует безотказно, — рассказывай.
Повисло долгое молчание. Несколько раз она порывалась что-то сказать, но тут же запиналась.
— Ну? — поторопив ее, зевнул.
— Герман, — мягко протянула, — что случилось той ночью?
— Какой ночью?
— Когда на меня, — сорвался ее голос, — напали те два отморозка.
Язык мой — враг мой.
Женщины! Везде им нужно сунуть свой любопытный носик. Но раз уж сам настоял, раз хотела знать, то расскажу. Просто не все…
— Только все расскажи, — серьезно попросила, — и правду.
И кто ее только надоумил? Прибил бы заразу!
Но делать оставалось ничего… Я хотел быть с этой девчонкой. Знал про нее многое. Пришла пора и ей что-то обо мне узнать…
* * *Два года назад. Первый курс.
Удар. Удар. Удар.
Рука столкнулась с челюстью.
Кровь. Моя. Их. Все смешалось.
А в голове только мысль: «Главное, чтобы она была в безопасности».
Захват. Сжал горло.
Удар мне в спину, ноги подкосились и я, не устояв, грохнулся на колени. Воздух покинул мои легкие, когда шакал налетел сзади, но я, моментально среагировав, схватил его за горло и отшвырнул от себя. В следующее мгновение, нож мелькнул перед глазами. Следуя инстинктам, резко подался вперед, вставая с колен. Кулаком сбил с ног урода и тело, покачнувшись, упало назад. Тут же очнулся второй, налетая снова сзади и держа за горло. Крепко, падла! Покачиваясь, первый поднялся, держа руку у разбитой головы. Замахнулся, но, сжав зубы, опустил кулак.
— Валим, — рявкнул. — Сейчас эта маленькая сучка кого-то приведет!