Тренировочный день 2 (СИ)
— Эх ты, Ксюша. Все у тебя вот так, если обняла, то сразу укусил. Настроение у меня хорошее, вот и все. — Лиза чувствует, как ее лицо — расплывается в улыбке. Сегодня такой замечательный день!
— Определенно что-то случилось… — в глазах у Оксаны загорается огонек любопытства, она прячет книгу в свой портфель и делает стойку, словно добрый охотничий пес, почуявший перепела в траве: — погоди… твой папа из командировки вернулся? Или новые журналы по почте пришли? Видеомагнитофон тебе купили? Туфли? Сумочку?
— Ксюша… — Лиза складывает руки на груди и качает головой: — это все мещанство. Вещи, сумочки, туфли, журналы… это все — суета сует и всяческая суета. Я — девушка нового поколения, для меня важны духовные ценности. Мне даже жаль вас, простых смертных, ходящих по земле и…
— Инна! — машет рукой Оксана Терехова: — иди сюда! Ты вовремя! Иди сюда, дело срочное!
— Что у вас тут? Всем привет! — говорит запыхавшаяся Инн Коломиец, подходя к ним и ставя свой портфель на скамейку запасных. В ответ на вопросительные взгляды поясняет: — думала что опаздываю, часы в зале спешат.
— Она говорит, что туфли и сумочка — это мещанство и все такое. А у нее духовные ценности. — тут же наябедничала Оксана, тыча пальцем в Лизу: — у нас тут кризис. Самый настоящий кризис и я не знаю что делать. Если человеку не нужны туфли и сумочки… может она решила монахиней стать? Может уверовала за ночь? Ты же без пяти минут комсомолка, Лиза…
— Чего? — Инна поворачивает голову: — ты так и сказала? Что-то случилось? Папа из командировки вернулся? Он же в Болгарии у тебя, ты же сама говорила что не раньше следующего месяца приедет.
— Ничего не случилось. — качает головой Лиза, не понимая, как эти девочки не видят, какой сегодня прекрасный день! Летнее утро, легкая прохлада, яркое солнце на небе, они все вместе стоят на стадионе и ждут пока появился Он! При мысли о Нем — она немного покраснела. Какой все-таки он мужественный! И правильный! А еще… ее правая руку до сих пор помнила теплоту его тела через рубашку! Правда ей нельзя про это рассказывать, это будет ее секрет, ее Большая Тайна, сокровище, которым не стоит делится даже с самыми близкими подругами, хотя так хочется! Хочется рассказать о том, что она вчера поздним вечером шла с Ним под ручку, вдвоем, совсем как влюбленная парочка! И если со стороны смотреть, то они ну никак не напоминали пару «учитель-ученица», потому что она — оделась совсем как в французских или итальянских фильмах про высокую любовь и трудные чувства. Летний плащ и даже шляпка… никто в Колокамске так не ходил. Ну, почти никто. Разве что эта несносная Альбина Николаевна, по которой все старшеклассники с ума сходят… и чего они в ней нашли? Она уже старая! Ну уж нет, женщина в паре всегда должна быть моложе… и намного моложе, вот как у них с Витей…
— Ничего не случилось! — вслух отрицает она, чувствуя, как у нее начинают горечь кончики ушей: — просто день сегодня хороший, вот и все! Солнышко же, поглядите! И… погода какая! Загляденье!
— Что-то точно случилось. — делает правильный вывод Инна: — но что?
— Я уже спрашивала. — говорит Оксана: — насчет папы и журналов. Но журналы обычно в середине месяца приходят.
— Не, она слишком счастливая для журналов. Таак… погоди-ка… — Инна прищуривается: — неужто влюбилась?
— Что⁈ Нет! Да как у тебя язык… — Лиза аж поперхнулась от неожиданности.
— Смотри-ка, в точку попала, — Оксана удовлетворенно кивает головой, глядя на покрасневшую Лизу: — и впрямь влюбилась.
— Серьезно⁈ А в кого? Блин, я так за тебя рада! — говорит Инна: — а то ты бегала повсюду с… ну ты знаешь с кем. А вам вместе никак не быть. Но если ты в ровесника влюбилась, тогда… а ну рассказывай!
— Да не влюбилась я ни в кого! — отвечает Лиза, невольно повысив голос. На них оборачиваются и она тут же понижает его, не желая, чтобы их разговор подслушали: — с чего вы взяли вообще⁈
— Доброе утро. А чего вы кричите на весь стадион? — к ним подходит эта новенькая, Яна Баринова. Лиза облегченно вздыхает. Уж Яна ее поддержит. Сперва она даже немного к этой Яне ревновала, но узнав, что та не испытывает никаких таких чувств к Виктору Борисовичу… она расслабилась и приняла ее в ближний круг. Ведь Виктор Борисович (она все еще не могла называть его Витей, даже мысленно!) — просто хотел, чтобы новенькая вошла в коллектив без трений и проблем. Вот и все. И не нужно ничего придумывать. Хорошая девочка эта Яна Баринова. Умная и порядочная, не в свои дела не лезет, не то что эта Терехова, которая везде без мыла…
— У нас кризис, — оповещает Яну Оксана: — наша Лиза пришла подозрительно довольная и вон — краснеет от счастья. Мы думаем, что она влюбилась.
— Да? — Яна остановилась и взглянула на Лизу с любопытством: — а… в кого?
— Вот это Уважаемый Ареопаг Мудриц из восьмого класса и собирается установить! — поднимает палец Оксана: — а то я умру от любопытства! Лиза, давай, выкладывай! Мы же твои подруги!
— В самом деле, Лиза. Так не делают. Ты же сама лопнешь, если не поделишься. — рассудительно замечает Инна: — какой смысл ходить влюбленной, если ты никому рассказать не можешь? А кому кроме нас ты расскажешь? Мы тебя поддержим! Если он… кто бы он ни был — тебя обидит, то мы его сами обидим потом! Как твои подруги!
— Да не обижает меня никто!
— А ежели одна из многоуважаемых Мудриц Ареопага во лжи погрязла и своих коллег в заблуждение вводит, то постигнет ее кара! — грозится Оксана: — я в твоей анкете напишу, что ты в Митхуна Чакраборти влюблена и у тебя его портрет под подушкой!
— Ордалии. — говорит Яна и все поворачивают головы к ней: — то есть Божий Суд. Правда для этого раскаленная монетка нужна. Ну или судебный поединок как в «Русской Правде», испытание водой и железом. Или как средневековая инквизиция — «Молот Ведьм». Давайте ее свяжем и будем пытать. Тогда она точно скажет в кого она влюбилась.
— «Молот Ведьм» это ж для того, чтобы выяснить ведьма она или нет. — с сомнением качает головой Оксана: — а мы и так знаем, что она ведьма. Вопрос в том, в кого эта ведьма влюбилась…
— Вы же не отстанете, да? — вздыхает Лиза и все три девочки в унисон мотают головами. Дескать, жги нас, ешь нас, но не отстанем. Лиза еще раз вздохнула и шагнула вперед, в общий круг, оглянулась вокруг — не подслушивают ли их. Чуть опустила голову.
— Только никому. — сказала она, понизив голос до шепота: — хорошо? И на этот раз — я это имею в виду, Ксюша! Никому! Вот чтобы до смерти хранили секрет! Клянитесь страшной клятвой!
— Да клянемся, клянемся! — ерзает на месте от нетерпения Оксана: — клянемся, же, девочки? Вот видишь — все поклялись… давай не тяни уже. Будем молчать, а иначе пусть мне пусто будет!
— Нет. — настаивает Лиза: — вот самой страшной клятвой!
— Клянусь сердцем матери и кровью отца! — тут же отбарабанивает формулу Оксана: — никому не расскажу! И девчонки тоже клянутся. Правда же?
— Клянусь сердцем матери. — кивает Инна и Яна — вторит ей, для большей уверенности — показывая растопыренные пальцы на руках. Ведь все знают, что если скрестить пальцы на руке за спиной, то клятва не сработает.
— В общем… — Лиза еще колеблется. Она знает, что лучше бы молчать, но желание поделиться радостью, счастьем и теплым чувством внутри — сильнее ее. Что за радость, если ее не разделить с лучшими подругами? И потом — они же обещали ей! Поклялись самой страшной клятвой! И… так хочется поделится!
— Вчера… помните, что эта «мисс Альбина» позвала Виктора Борисовича в ресторан? Прямо в столовой! — говорит она понижая голос до шепота.
— Помню, было такое. — кивает Оксана: — сама не слышала, но те кто рядом с учительским столом — говорят так и было.
— Ну вот… — Лиза колеблется еще чуть-чуть, самую малость, а потом — все же не выдерживает и выкладывает все. Про то, что она стянула мамин летний венгерский плащ цвета «кофе с молоком» и прическу сделала, надела туфли на высоком каблуке, на которых так неудобно ходить и вообще «навела марафет». И что своими глазами видела, как Виктор Борисович — эту «мисс Альбину» отшил. Она хотела им покомандовать, как она всегда со своими воздыхателями поступает, а он ей от ворот поворот дал. И домой пошел, вот. Как так? Да потому что Виктор Борисович эту Альбину насквозь видит! Кокетка и вертихвостка, вот она кто! А у нее, у Нарышкиной Лизы — намерения самые высокие! Эта Альбина как ходила по рукам, так и будет, даром что учительница, а все равно шалашовка. Вон про нее какие слухи ходят! Кто только за ней в школу не заходил, вон тот же Негатив на своей черной «Волге»…