Чужая жена, или Поцелуй Дракона (СИ)

- Возражаю! - поднялся мой адвокат. - Это к делу не относится. Леди Горлэй не успела приступить к управлению, а потому не могла повлиять на случившееся.
- Принято! - стукнул молотком судья, на что блондин скрипнул зубами.
Он подошел к Леону, что-то спросил у него и с широкой улыбкой выпрямился.
- Нам стало известно, что Амалия Горлэй недолюбливает леди Викторию Горлэй и прилюдно называла ее лгуньей. Наверное, тому есть веские основания. Предлагаю расспросить девочку.
  
Мне стало не по себе. А это здесь при чем? Что они задумали?
Малышка испуганно посмотрела на меня, затем на мужчину, застывшего неподалеку в приглашающем жесте следовать за ним. Мистер Лоранд напрягся всем телом. На наши плечи опустилась звенящая тишина, нарушаемая робким стуком каблучков.
- Положи руку на записывающий шар, вот так, - добродушно помог сориентироваться адвокат Леона. - А теперь назови свое имя и клятву.
- Какую клятву? - дрожал голос малышки.
- Что не соврешь ни словом, ни мыслью. Не бойся.
- А если я не хочу вам ничего рассказывать?
- Ты уже заняла место ответчика, придется, - вкрадчиво произнес мужчина.
Девочка перевела на меня взгляд, получила одобрительный кивок и сделала все, что от нее просили.
- Итак, Амалия, по какой причине ты называла леди Викторию Горлэй лгуньей?
Она поджала губы, снова посмотрела в мою сторону в поиске поддержки.
- Ты злилась, что эта женщина назвалась чужим именем?
- Да, - неуверенно ответила девочка. - Когда она свалилась перед нашими воротами с коня, то дедушка назвал ее иначе.
- Как?
- Каталиной. Он… он пообещал мне найти маму и даже разрешил выбрать ту, которая понравится. Я и выбрала. Но он вернулся с церемонии без жены, а потом назвал незнакомую миледи этим именем…
- Леди Виктория Горлэй сбежала во время обряда от твоего дедушки.
- Да, но…
- В храме Основателей она присвоила чужое имя, но побоялась, что ее обман раскроется, так как там вовремя появился кровный брат Каталины, Барион Фолис, а потому сбежала через окно.
Амалия растерялась.
- Я… я не знаю, как все было.
- Это лишь небольшое уточнение, продолжай рассказ.
И как здесь промолчать? Как остаться хладнокровной, когда правду коверкают, как им заблагорассудится?
- Она долго болела…
- Точнее. Как долго и чем?
- М-м-м… Каким-то истощением. Мистер Орт проверил леди Викторию и попросил меня присмотреть за ней. Я и присматривала. Носила ей лекарства, не разрешала покидать комнату.
- Она из дома выходила?
- Да, дедушка потом разозлился и вернул ее.
- Протестую, болезнь не относится к рассматриваемому вопросу.
- Принято!
- Господин судья, мы выясняем, почему…
Первый постучать молоточком, одарил мистера Георда грозным взглядом.
- Хорошо. Получается, леди Виктория обманула всех, попыталась сбежать от Вемунда Горлэя, но милорд пожалел ее из-за болезни и вернул. Амалия, а сейчас ты не считаешь своего опекуна лгуньей?
- Нет.
- Почему?
- Потому что она смелая и сильная! Она не побоялась бандитов, прыгнула в воду за лекарством, пообещала стать мне другом, разрешила заниматься шляпками, нашла «крысу» и…
- Как интересно, - заулыбался адвокат, а у меня засосало под ложечкой.
Происходящее не укладывалось в голове. Меня будто живую закапывали в могилу, сковав не только тело, но и способность кричать. А потому я лежала, глядя в холодное небо, где иногда появлялось довольное лицо мистера Георда, и наблюдала, как сверху горсть за горстью сыпется влажная земля.
- Расскажи про бандитов. Леди Виктория Горлэй знакома с кем-то из них?
- Нет… наверное. Они отчего-то на нее разозлились и хотели поквитаться, схватили нас, отвезли на склад, а потом миледи расправилась с тремя из них и сказала мне бежать домой…
- Значит, леди Горлэй имеет связи с бандитами, - обернулся к судье мужчина, намекнув, чтобы о данном факте не забыли при выдвижении вердикта. - И она отправила тебя, маленькую девочку, через весь город одну.
- Но там было опасно…
- Вот именно! Бедняжка, ты столько натерпелась. А в воду зачем прыгнула?
- Я хотела нырнуть к дракону, чтобы достать лекарство.
- Так прыгнула ты?
- Нет, я хотела, но не успела.
- Ясно, - улыбка на лице адвоката становилась все более слащавой, а глаза едва не искрились. - Давай сейчас о шляпках.
- Вы не слушаете меня! - тонко возмутилась Амалия, и ее подбородок затрясся.
- Нет, что ты, мы тебя внимательно слушаем.
- Разве? - с глаз сорвались слезки. - Мама хорошая, а вы делаете из нее плохую. Так не честно.
- Она заставила называть ее мамой?
- Нет. Мы… Это все я!
- Послушай, - присел возле нее мужчина, а я вцепилась в стол, за которым сидела.
Как же сложно было следовать совету мистера Лоранда. Я чувствовала, как внутри просыпается дикая кошка, готовая сорваться на вонючую гиену, посмевшую крутиться возле моего котенка.
- Мы все здесь желаем тебе только лучшего. Твой дедушка ошибся, когда назначил твоим опекуном леди Викторию Горлэй, а мы сейчас просто пытаемся разрешить это недоразумение. И твои ответы нам очень помогли. Предлагаю устроить перерыв, - резко встал адвокат. - Появились новые сведения в деле, да и ребенок устал.
- Принято! Процесс продолжится завтра в два часа. Все свободны.
Я сорвалась со своего места и вскоре обняла Амалию. Зацеловала ее, вытерла слезы, заверила, что она большая молодец. А потом мой взгляд устремился на мистера Лоранда, который не выглядел воодушевленным.
Меня невольно охватило тревогой, ведь некогда обещанная Вемундом жизнь сейчас ускользал из рук. И как бы я ни хваталась за ниточки, они с треском рвались, одна за другой.
- Насколько все плохо? - спросила я у своего защитника у ступеней Дома Правосудия. - У нас есть шансы?
- Шансы есть, - почесал мужчина затылок, умалчивая, насколько они малы. - Езжайте, леди Горлэй, отдохните. Я загляну к вам вечером, чтобы уточнить некоторые детали.
- Амалию завтра снова вызовут?
- Да, как раз об этом мы поговорим. Вас будут упорно представлять в худшем свете и пытаться отобрать опеку. Георд неспроста предложил остановить процесс на середине допроса ребенка. Так укрепится негативное восприятие и защита уже не подействует в полную силу. Но мы справимся, не волнуйтесь.
Ему легко говорить, я же весь оставшийся день места себе не находила. Съездила домой, пообедала, оставила малышку заниматься историей, отправилась в Торговый Дом. Мысли настолько были заняты прошедшим заседанием, что я не сразу поняла, что меня насторожило в отчетах.
Почему выручка меньше? Откуда такой резкий спад? Что я упустила из внимания?
Голова не работала. Я смотрела на отчеты и заставляла себя проникнуться очередной проблемой, но никак не могла понять ее сути.
- Хэдрик, вчера не случилось никакой поломки?
- Да, непредвиденные неполадки на третьей платформе.
- Третьей?!
И почему я не удивлена?
- Двигательный механизм отказался работать в самый разгар дня. Мы понесли убытки. Я же говорил, что ресурсов этой платформы недостаточно, чтобы идти по пути первой.
Его настойчивость начала надоедать. Я ощущала себя упертым бараном, который не желал видеть очевидного. Но это очевидное меня категорически не устраивало. Казалось, мы пришли к консенсусу и выяснили, что убирать платформу не станем, но загрузим ее меньше. И вот тебе подарок. Поломка! Снова…
- Разберемся, - хмуро отозвалась я и, чувствуя некое упущение, поехала на поиски мистера Осайра.
Тот обнаружился на разборке. Выведенную из строя платформу не выбросили, а решили пустить на «обновление» остальных.
  
- Добрый день, миледи, - поклонился мне мужчина.
Я поздоровалась в ответ, окинула взглядом мастерскую, заметила заинтересованность на лицах работников.
- Отойдем?
- Отчего ж нет, когда начальница просит?
- Мистер Осайр, давайте поговорим на чистоту. Я поверила в вас, а вы меня так жестоко подставили.