Клановый (СИ)

— Вы вступали в симбиоз сразу с двумя?
Сиер вар Торон кивнул.
— Разумеется. Сперва, конечно, с каждым по отдельности.
Затянулся дымом, усмехнулся.
— С духом магии было особенно трудно, — сказал он. — В первый раз я носил его в ауре четыре месяца. Чувствовал себя отвратительно. Словно после тяжёлых физических нагрузок. Но не переживай, Линур, на способность здраво мыслить присутствие олмера не влияло — твоя учёба не пострадает. Потерпишь.
— А это обязательно? — спросил я.
— Это очень желательно. Чтобы стать магом я прошёл через семнадцать таких симбиозов. Тяжело было только в первые разы. Как и с саламандром. Те клочки маны, что всякий раз оставлял в моём организме олмер, в итоге стали магическим резервом. Пусть куцым и слаборастущим. Именно так я стал магом. И мой отец, и другие представители нашей семьи. Но не все — некоторые не смогли. А кто-то и умер, как… твоя мама.
Сиер Нилран задумчиво посмотрел на курительницу.
— Дух магии превращает изначально полностью лишённое маны существо в одарённого. Пусть в слабого и по сути бесперспективного. Ведь ни я, ни отец скорее всего никогда не дорастём даже до тройки.
Поднял на меня глаза.
— Не подумай: я не жалуюсь — рад, что сумел получить хотя бы такие возможности, — сказал он. — Но твой резерв после третьего симбиоза с огнедухом наверняка вплотную подойдёт к десятке — уверен в этом. А что же сможет дать тебе олмер? Во что преобразуются в твоей ауре его остаточные следы? Сделают ли они тебя сильнее? Если да, то насколько? На две-три цифры? Или позволят стать подобным тем древним магикам, чьего резерва маны хватало на сотни, если не на тысячи заклинаний? Вот что я хочу проверить, Линур. Так что настраивайся. Свой выходной ты проведёшь в Валесских горах.
  
Глава 40
 
С самого утра я не видел на небе ни облачка. Едва показавшись над горизонтом, солнце тут же принялось прожаривать город, угрожая испепелить всё живое, расплавить каменные стены домов. Пока ехал в экипаже, мечтал о дожде или снеге — говорят, он пусть и не часто, но бывает в столице Империи зимой.
Мороз и метель мне привычней, чем этот невыносимый зной. Я подставлял лицо потоку тёплого воздуха, что проникал в салон кареты через распахнутое окно, представлял, как однажды увижу улицы Селены покрытыми белым покрывалом из снежинок. Но стоило экипажу остановиться, как мои грёзы развеялись, а по лбу заскользили солёные капли пота.
Протёр лицо рукавом, нацепил привычную маску высокомерия. Распахнул раскалённую дверцу, выбрался из экипажа и поспешил к воротам Академии. Туда, откуда едва ощутимый ветерок приносил запах цветов шиповника.
Едва ступил за калитку, как навстречу мне рванули две знакомые, укутанные в халаты фигуры.
Первым подошёл Тень. Отвесил четко выверенный поклон — «раб перед знатным сиером». Я кивнул ему в ответ. И тут же поморщился, почувствовав запах духов Белины: женщина подхватила меня под руку, прижала мой локоть к своим рёбрам. Улыбнулась, блеснув зубами.
— Ну ты даёшь, красавчик! — сказала она. — Мужчина! Не ожидала от тебя подобного. В городе только о тебе и судачат. И о твоей дуэли. Рассказывают, как ты отрубил Карцу голову! Это правда? Говорят, вчера ты так накачался зельями, что прикончил вар Амона одним ударом! Вжжжик. И всё.
Сиера вар Вега махнула рукой — показала, как по её мнению я наносил удар.
— Хотела бы я на это посмотреть! Было много крови? Я слышала, что отрубленные головы какое-то время живут отдельно от тела. Это правда? Она смотрела на тебя? Пыталась что-нибудь сказать?
— Что тебе нужно? — спросил я.
Попытался высвободиться. Не сумел — Белина крепко стиснула мою руку, едва ли не повисла на ней. Я невольно подумал, что сказала бы Норма, увидев нас сейчас. Она вспоминала о сиере кит Марен всякий раз, как заходил разговор о моей учёбе. Захотел оглянуться — убедиться, что рыжая не притаилась где-нибудь у забора Академии; едва сдержался.
— То же, что и всем женщинам — внимание героя, — сказала сиера вар Вега. — Вон, смотри, как девицы на нас поглядывают.
 
Она указала на шагавших к главному зданию Академии учеников. Те действительно посматривали на нас. И мужчины и женщины. Даже рабы. Хотя восторга на лицах я не увидел — только любопытство.
— Они уже знают о твоём вчерашнем подвиге, — сказала Белина, — можешь в этом не сомневаться. Видишь, шепчутся? И косятся на меня. Завидуют: ведь я иду с тобой под руку. Каждая из них сейчас мечтает оказаться на моём месте. А кто-то в фантазиях видит себя и в твоей кровати. Ты снова взлетел на пик популярности, красавчик. Поздравляю. Как тебе это удаётся? Ежедневно! Ты скоро станешь здесь более узнаваем, чем наш директор.
— Ты ждала меня у ворот, чтобы сообщить всё это?
— Не совсем.
Сиера вар Вега взмахнула ресницами.
— Я тут подумала вдруг, Линур, — сказала она, — что осталась незамужней женщиной. По твоей, между прочим, милости. А спать на кровати одной — страшно и одиноко. К тому же, скучно и грустно. Ты понимаешь, о чем я говорю?
— Не совсем, — сказал я.
— Ты ведь скучаешь по моим ласкам, красавчик? Вижу по твоим глазам, что очень. Пойми, в силу сложившихся тогда обстоятельств, я была вынуждена прогнать тебя из своей постели. Несмотря на то, что мы неплохо проводили по ночам время. Помнишь?
Белина погладила меня по руке.
— Так вот, сообщаю, — сказала она, — я больше не злюсь на тебя, сиер Линур вар Астин кит Ятош. Слышишь? Хотя полностью и не простила. Я постараюсь не вспоминать о твоих прошлых поступках; не думать, как много я из-за твоей глупости потеряла.
Вздохнула.
— Я не злопамятна, красавчик. И согласна дать тебе шанс заслужить моё прощение. Представляешь, чего мне будет это стоить? Придётся попрать свою гордость, выслушать бурю нотаций от отца — ведь он наверняка о нас узнает. Но я пойду на эту жертву. Ради того, что между нами было. И будет.
— Что тебе нужно? — повторил я.
Мы остановились у ступеней Академии. В тени здания. Рабы — Тень и спутник сиеры вар Вега — замерли в десятке шагов от нас, всем своим видом показывали, что не прислушиваются к разговору.
— О! — сказала Белина. — В двух словах не объяснишь. Так, чтобы ты понял, красавчик. Но я попробую растолковать свои желания за ночь. За одну бурную и страстную ночь. Как тебе такая идея, сиер Линур вар Астин кит Ятош? Приходи вечером ко мне. Сегодня. Где я живу, ты помнишь.
Сиера кит Марен чуть отстранилась — заглянула мне в лицо. Ослабила хватку.
Чем я воспользовался — высвободил руку.
Сказал:
— Спасибо за предложение, сиера. И за то, что проводили. Подумаю над вашим предложением.
Зашагал по ступеням. Неторопливо. Не оглядываясь.
— Только думай недолго, красавчик, — сказала мне вслед Белина. — Не строй из себя недотрогу. Решайся сегодня. Другого шанса у тебя не будет. Можешь мне поверить. Не потому что я тебе его не предоставлю — не позволит клан Рилок. Вчерашней дуэли они тебе не простят. Жить тебе осталось день-два. Сомневаюсь, что дольше. Насладись последними деньками, сиер вар Астин. Не сегодня, так завтра Карцы доберутся до тебя. Будь уверен. Не спасут никакие покровители.
***
Вчера вечером научился плести третью букву. Быстро. Ещё до темноты. Окрылённый успехом двинулся дальше. Уже подсчитывал в уме количество дней, за которые изучу основной алфавит. Но случилась заминка — четвёртую букву освоить не сумел. Хотя долго бился над её созданием. Злился, ругал себя. Пил кофе. После полуночи Тилье удалось успокоить меня; подруга утешила, уложила спать.
 
Едва дождался окончания учебного дня. Уклонился от разговоров с Белиной, поспешил в аудиторию к колонне с нужной буквой. Весь день сегодня слышал шёпотки за спиной. Но не реагировал на них — отыгрывал слонизм. Уже привык служить центром притяжения взоров учеников — не обращал внимания и на назойливые взгляды.