Игрушка для Бурого (СИ)

Естественно, спиздел он. Никто в Тео не стрелял. Друг проявил благородство и спас прекрасную принцессу. Не надолго.
Глаза Алёны (я, наконец-то, узнал её имя) лихорадочно блестят. Верит, что я её трахну? Наивная. Я же вижу, как её трясет от холода.
Её сейчас нужно согреть. Лучший способ — лечь с ней под плед и обнять. Я готов послужить для неё печкой. Потом благодарность потребую.
Понимаю, что разговор может затянуться. Алёна любит спорить. Быстро стаскиваю с ней рабочую форму. Девчонка недовольно пищит, брыкается, пытается вырваться, но куда ей против моей силы.
Я ложусь, на диван и тяну её спиной к своей груди. Алёна какое-то время сопротивляется, но чувствует, что я больше ничего не делаю и замирает. Слышу тихие всхлипы.
— Я не трону, Алён. Просто согрею, — шепчу ей на ухо, прижимаясь всем телом, и укрывая нас тёплым пледом.
Член со мной, на удивление солидарен. Лежит смирно, боится девочку мою испугать.
— Спасибо, — шепчет она.
Её дыхание выравнивается, она даже кладёт свои руки поверх моих. Согревается потихоньку. Ноги уже не такие ледяные. Моё тепло она быстро поглощает.
И тут меня словно по голове кувалдой бьёт. Я реально назвал её «Моя девочка»?..
  
Глава 12
 
Просыпаюсь от того, что мне очень жарко. Я будто у растопленной печи лежу. Хочу потянуться, чтобы размять косточки, но не получается. Не сразу понимаю, что происходит, и что именно не даёт мне пошевелиться.
Чувствую горячее дыхание на своей шее, и вздрагиваю. Воспоминания накатывают волной.
Сучка-Наташка заперла меня в холодильной камере, я там замёрзла, как собака, всё себе отморозила, пришёл Бурый, спас меня, словно рыцарь, принёс в свой кабинет, напоил какой-то гадостью, а потом сказал, что трахать будет, чтобы согреть.
Испугалась ли я? Конечно. Не такое у меня было представление о моём первом разе. Как любая девочка, я хотела романтики, а не быстрый трах на диване в кабинете владельца ночного клуба, с этим самым владельцем, который ещё и бандитом был.
Думала ли я, что Бурый говорит серьёзно? У меня сомнений даже не возникло. Что ему мешало воспользоваться ситуацией? Мы были одни в его кабинете. Он легко мог сломить моё сопротивление.
Когда Бурый начал стаскивать с меня одежду, я будто в ступор впала. Я до последнего надеялась, что он остановится, не станет переступать черту. Но он продолжал раздевать меня. Я тогда быстро пришла в себя, начала брыкаться, но ничего не помогало. Бурый был явно сильнее.
Я отчаялась тогда, приготовилась к самому худшему, а он просто притянул к своей горячей груди и сказал, что не тронет. Моя нервная система этого не выдержала. Слёзы потекли из глаз. Я выдавила слова благодарности и перестала шевелиться.
Наши тела плотно соприкасались. Исходящий от Бурого жар до самих косточек доставал. Я быстро согревалась. Даже не поняла, когда отключилась.
Удивительно, но в руках этого грубого, хищного, опасного мужчины мне было спокойно, комфортно и тепло.
Его рука крепко держит меня под грудью. Шевелить получается только головой, одной рукой и нижней частью тела. Я начинаю ёрзать попой, чтобы попытаться выползти из захвата Бурого и ойкаю, когда чувствую, как в попу мне упирается что-то твёрдое.
Щеки моментально алеют, когда я осознаю, что это. Сам Бурый тоже приходит в движение. Его рука ослабляет захват, и не успеваю я выдохнуть, как он накрывает ладонью мою грудь и мягко сжимает.
— Сожрать тебя хочу, — хриплым голосом говорит он, прикусывая кожу на шее.
— Н-не н-надо, — сдавленно шепчу я.
Он словно настоящий зверь проводит носом вдоль шеи, вдыхая мой запах.
— Согрелась? — спрашивает он.
— Да, — отвечаю я коротко. — Спасибо.
— Ты же помнишь наш первый разговор?
— Да.
— Что я говорил про твоё «спасибо»?
— Что оно вам не надо.
— Именно. Поблагодаришь меня другим способом. Позже.
— Надеюсь, это будет в рамках приличий?
Бурый хрипло смеётся, переворачивает меня на спину, сам нависает сверху, опираясь на локти.
— У всех свои рамки приличия, детка. Вот ты бы стала ласкать себя при мне?
 
— Нет! — выкрикиваю я. — Это же…
— Неприлично? А я бы кайфанул. Правда, сорвался бы и трахнул тебя. Но я привык слово держать. Раз сказал, что не трону, пока не восстановишься, значит — не трону.
Он говорит, а я на его губы залипаю.
— Я не целуюсь в губы, — говорит Бурый.
— Почему? — любопытствую я.
Но я не успеваю получить ответ на свой вопрос. В двери кабинета раздаётся стук.
— Кого там, блять, принесло? — недовольно бурчит Бурый.
Он быстро встаёт и идёт к двери. Я же сажусь и укутываюсь в плед. Без мужчины рядом снова становится прохладно.
— Я же сказал… — начинает Бурый, открывая дверь.
— Босс, — прерывает его молодой парень, — там какой-то пацан обещает полицию, МЧС и скорую сюда вызвать, если мы не скажем, где сестра. Донская Алёна, кажется.
— Алёна, что за пацан?
— Мишка.
— Кто?
— Младший брат мой. Сколько время?
Я подскакиваю с дивана и бегу к столу Бурого. Помнится, там часы небольшие стоят. Стрелки показывают пять вечера. Вот это мы поспали! Уже скоро новая смена начнётся, а я во вчерашней одежде, не умытая. Кошмар!
Представляю, как Миша испугался, когда я не пришла домой. И сумочка моя заперта в другом помещении. Страшно подумать, сколько там пропущенных звонков и сообщений. Только делаю шаг в сторону выхода, как Бурый меня перехватывает и ставит себе за спину.
— Проведи пацана на бар, чай, кофе организуй. Скажи, сейчас выйдет сестра, — быстро говорит охраннику и поворачивается ко мне. — Ты чё творишь?
— Что? — не понимаю.
— В таком виде решила перед персоналом засветиться?
— А что, только вам на меня обнажённую смотреть? — дерзко спрашиваю я.
— Да.
— Не жирно ли будет?
— Ты нарываешься?
Бурый кладёт ладонь мне на затылок и резко тянет на себя. Я врезаюсь в его мощную грудь, плед слетает.
— Ой, как страшно! — продолжаю нарываться я. — Отшлёпаете?
Прикусываю язык, но поздно. По потемневшему взгляду Бурого понимаю, что ему моя идея очень даже нравится…
  
Глава 13
 
Шансов сбежать у меня нет, естественно. Бурый крепко держит меня за затылок, а вторую ладонь сжимает на ягодице.
— Сама напросилась, — рычит он.
В следующую секунду он разворачивает меня и укладывает грудью на стол. Я пищу от возмущения и тут же взвизгиваю, получая первый шлепок. Место удара огнём горит. Бурый бьёт не сильно, но и приятным я это назвать не могу. Сама ситуация для меня дикая. Я не помню, когда последний раз по заднице получала.
Следующий шлепок приходится по второй половинке. Тут же прилетает третий, но после него я чувствую ласковые поглаживания и, самой признаться стыдно, но это вызывает приятную дрожь в теле. Нежные прикосновения сменяются быстрыми шлепками. На седьмом шлепке я издаю что-то очень похожее на стон, и Бурый останавливается.
Он становится позади меня, мягко обхватывает шею пальцами и тянет на себя. Я поднимаюсь. Ягодицы плотно прижаты к его паху, лопатки касаются твёрдой груди. Я тяжело дышу, даже голова немного кружится. Я снова в водовороте новых эмоций. Между ног немного пульсирует, и от этого я снова испытываю стыд. Не должно мне это всё нравится, но…
— Понравилось? — тихо спрашивает Бурый, накрывая мой живот горячей ладонью.
— Нет, — вру я.
Он хмыкает и начинает медленно водить пальцами по резинке трусиков, разгоняя стаи мурашек по коже.
— Проверить? Знаешь, что последует за ложь?
— Сунете туда палец, я вам его откушу! — дерзко заявляю я.
— Суну туда палец, ты кончишь, — урчит он мне на ухо.
Щёки заливает румянцем. Своими смелыми заявлениями я всего лишь сотрясаю воздух. Против Бурого у меня нет никаких шансов.
— Поверю на слово, — шепчу я, надеясь, что он не выполнит свою угрозу и отпустит меня к брату.