Всё будет по-моему! Арка 2 (СИ)
«Егорка, я сама всё соберу, налей мне лучше сока.»
«А… Да, конечно.»
Кён мысленно отдал Марине своё сердце в знак благодарности. Нет добрее человека на свете, чем она, это точно. А вот поведение Егорки ему показалось идеальным… Идеальным, чтобы занять почетное место «друга» для любой девушки. Его смело можно назвать «установщиком забора», сам вокруг себя и Юноны построил «френдзону», и сам же оттуда никак не выйдет. Ему нужно стать по крайней мере королём, чтобы Юнона посмотрела на него как на мужчину, и то с большой натяжкой. Так везде работает. Уж проще найти новую девушку, не забывая учиться на своих ошибках.
Егорка, недовольно отряхиваясь, поднялся с пола и потопал за соком на тумбочке. Юнона искренне наслаждалась надутой моськой парня — какое-то невероятное ощущение, как в те моменты, когда она причиняет кому-то боль. Только в данном случае на её лице не злобный оскал, а миловидная улыбочка, и доставляемая боль не физическая, а моральная.
Егорка, покосившись на предмет своих воздыханий, тут же растаял, аки пломбир на солнце. Сердце затрепетало, руки мелко задрожали — ему пришлось приложить немало усилий для того, чтобы разлить сок по стаканам, а не по тумбочке. Торжественно протянул Юноне напиток, но та лишь грубо отмахнулась. План проявить себя «джентльменом» с треском провалился. Впрочем, саму девушку поникший вид недоделанного рыцаря вполне себе порадовал.
Вскоре трио покинуло комнату.
День сменился поздним вечером.
Дверь тихонько скрипнула, и Кён со своего ракурса увидел все те же пресловутые тапочки с ушками а-ля «зайка», стройные голые ножки и, разумеется, саму обладательницу как ножек с тапками, так и самой комнаты.
Какое-то время мисс, мурлыча что-то себе под нос, читала книгу.
У Кёна уже начали слипаться глаза — сказались несколько бессонных дней и ночей, когда тишину разрезал пронзительный звон звукопередатчика. Судя по хрипению в «трубке», парню предстоит стать невольным (или, все же, вольным?) свидетелем разговора патриарха и его внучки.
Всего за пару приветственных фраз Кён уже сумел сделать некоторые выводы касательно их отношений. Интонация дедушки Бая, хотя и выдавала в нем человека с твердым характером, так и сквозила любовью, лаской, заботой о Юноне, складывалось ощущение, что он готов подарить ей полмира — стоит той только попросить. Удивляло лишь, что, с такой-то нежной привязанностью, он находится не рядом с ней, а в столице-Бостоне.
Глава 55
Впрочем, данный факт легко объяснился в течение разговора: патриарх сейчас сильно занят вопросами семьи, в особенности подготовкой бездарного молодняка. Довольно скоро в королевстве намечается турнир семей, и, в зависимости от того, как молодняк себя проявит, такой ранг семья и будет держать последующие 4 года, и, судя по всем прогнозам, они скатятся на 4-5-е место, а их шахты и плантации, дающие основной доход, очень вероятно могут выкупить вражеские семьи. Именно выкупить, а не захватить рейдом или как-то ещё. Установленная система позволяет сильным заполучать чужие владения законным путём, а именно специальной валютой, именуемой «Токены», которую можно заполучить, выполняя какие-то заслуги перед империей, побеждая на турнирах и соревнованиях…
Кён впервые слышал про эти самые «Токены», а потому несколько запутался в этом потоке информации, но «галочку» себе в памяти поставил — надо будет потом все выяснить.
Разговор плавно перетек к обсуждению житья-бытья Эльзы, сестры Юноны, в ордене, однако, стоило патриарху неосторожно сказать что-то хорошее о своей старшей внучке, как девушка тут же поспешила сменить тему:
«Кстати, дедушка, а когда там намечается вечеринка?»
«В день влюблённых, через три недели.» — вздохнул старик. Размолвка двух его любимых внучек серьезно его огорчала. — «Я разослал письма во все семьи королевства, так что можно ожидать самых талантливых и высокоранговых молодых людей. Уверен, каждый из них из кожи вон вылезет, лишь бы привлечь твое внимание. Хотел бы я посмотреть, как эти юные дарования будут хвост перед тобой распускать, наверняка чуть ли не шоу талантов устроят, хе-хе-хе.»
«Ура!» — мрачно изрекла Юнона без особого энтузиазма касательно «петушиных боев».
Бай же, то ли не заметив, то ли намеренно проигнорировав издевку в голосе внучки, мечтательно продолжил:
«Уверен, все они готовы будут выложить все свое состояние за один лишь танец с тобой. Ведь ты, Юноночка, самый прелестный цветочек во всем мире. Нет такого мальчика, что не был бы заворожён твоей красотой, манерами и характером, поверь мне, дедушка знает, что говорит.»
В этот момент Кёну пришлось крепко зажать себе рот ладонью, дабы не заржать в голос, и язык прикусить, чтоб наверняка.
Юнона над его головой тронуто протянула:
«Деду-у-уль, не смущай меня!»
Из звукопередатчика раздался негромкий смешок:
«Если ты наденешь своё любимое чёрное платье, то все будут без ума от тебя. Ты будешь самой яркой звёздочкой на вечеринке, все ребята просто остолбенеют при виде тебя, а которые послабей — так и попадают и сами собой в штабеля поскладываются! Я уже говорил ранее, что хочу, чтобы ты нашла свою вторую половинку сама, брак по расчёту далеко не всегда бывает счастливым… А я не желаю видеть свою любимую внучку несчастной. И помни — выбирай сердцем, но и к уму прислушивайся. Как только найдёшь того, кто тебе нравится, шепни его имя своему брату, и СяоБай все организует — танцы-шманцы, что там вам, молодежи, ныне нужно для знакомства «поближе», хе-хе! Вы будете самой прекрасной парой на свете.»
Юнона стыдливо потёрла носик.
«Дедушка, ну хватит… Я уже от стыда сгораю. Еще ни с кем даже не познакомилась, а ты уже чуть ли не имена «наших» будущих детей выбираешь.»
«А что, по-моему, Алиса — прекрасное имя для дочки…»
«Хватит! Дедушка, не надо!»- воскликнула Юнона, а когда услышала сдавленное похрюкивание из трубки звукопередатчика, покраснела до кончиков ушей — старый хрыч просто издевался над ней! Ну, правду говорят, «что старый, что малый»! Устало потерев виски, девушка вздохнула: — «Помнишь Тимофея Брауна?» — и, не дожидаясь ответа, продолжила: — «Ты же знаешь, он давно уже облизывался на Эльзу. Жениться хотел, сделать своей… Вот только эта поганка сбежала, и теперь ходят слухи, что этот Тимофей не прочь переключиться на меня! Сомневаюсь, что найдутся смельчаки, готовые вырвать меня из его загребущих ручонок. Понимаешь?»
Тимофей Браун — по мнению многих, самый талантливый из всего молодняка этого поколения в целом королевстве, за исключением, разумеется, отпрысков самой августейшей семьи. Его семье, собственно, и прогнозируют первый ранг после турнира. Юнона прекрасно понимала, что никто не станет рисковать собственной жизнью, даже ради столь лакомого приза, как она — разве что полнейшие идиоты, на которых она сама и не взглянет дважды.
«Все эти слухи полная чушь. Не родился еще в этом мире человек, который будет решать твою судьбу! Брать тебя в жёны против воли, командовать, помыкать, делать то, что вздумается, не считаясь с твоими желаниями — этого я не позволю! И если этот зарвавшийся юнец посмеет хоть что-то вякнуть…» — брызжал слюной от негодования патриарх, заплевывая уже в конец ставший мокрым звукопередатчик. — «Юноночка, не беспокойся о пустяках, дедушка всё уладит. Если потребуется, я применю жесткие меры, ты меня знаешь. Ради семьи… в особенности ради тебя, я на всё готов.»
После этих слов Юнона лишь тяжко вздохнула. Спорить с дедушкой нет смысла, он очень упрямый. Он всегда старается держать всё под контролем, в особенности её жизнь. Ей и шагу ступить из особняка без его ведома не выйдет. Но при всей его патологической привязанности и заботе, видятся они совсем редко — оставить пост патриарха ему не позволяет чувство долга.
Вскоре разговор закончился на тёплой ноте. Девушка о чём-то долго думала, погасила свет и легла спать. Знала бы она про монстра под кроватью… Точно не уснула бы.