Всё будет по-моему! Арка 2 (СИ)
Кён прибыл в свою комнату, присел на ближайший стул и страдальчески размял плечи.
«Пока ты отжималась, я как-то устал на тебе сидеть. У меня затекли плечи. Сделай мне массаж.»
Скрепя сердцем, Дина, а точнее её тело, подчинилось, но юноша тут же добавил:
«Нет, через одежду не хочу. Раздень меня.»
Бормоча проклятия, Дина повиновалась, снимая с него верхнюю одежду.
Кён закрыл глаза и ощутил прохладные прикосновения нежных ручек на плечах. Тонкие пальцы аккуратно разминали мышцы, казалось, он взлетает к небесам. Он чувствовал к девушке неприязнь только моральную, но вовсе не физическую. Унижать её — благое дело, эксплуатировать — ещё лучше.
Парень тихо простонал от удовольствия. Из его паха выросла палатка.
Дина, непроизвольно усердно делая массаж, случайно заметила это. Глаза её округлились, а выражение лица застыло, дыхание чуть ли не прервалось.
Кён, который медленно и блаженно покачивал головой, получая вполне себе понятное удовольствие от массажа красотки, вдруг совершенно не стесняясь приспустил трусы и положил руку на своё достоинство. Вместе с повторяющимися движениями руки удовольствие разливалось по всему телу. Дыхание стоявшей рядом массажистки поневоле почти перестало чувствоваться. Девушка, видимо, всё осознала, но не могла вымолвить ни слова.
И вот он — пик блаженства… Парень сладко простонал, а затем расслабленно откинулся на спинку стула.
Вскоре он обернулся к девушке — на ней не было лица. Она побледнела, глаза полны шока и неверия, веки дрожат. Рот слегка приоткрыт.
«Диночка, ты выглядишь слишком нервной. Я слышал, что от излишнего стресса кожа стареет быстрее обычного. У меня как раз есть для тебя небольшой подарок. Постой-ка смирно.» — он протянул ладонь к лицу бледной девушки и старательно и равномерно обмазал её склизкой пахучей жидкостью. Не упустил ни единый сантиметр из виду, покрыл всё — нос, веки, лоб, нежные щёки, мочки ушей.
«Этот природный омолаживающий крем невероятно эффективен и ценен. Не умывайся до самой вечеринки, и ты почувствуешь весь его эффект. Кожа на твоём лице будет нежной и гладкой ещё многие годы!»
Губы девушки шевельнулись в попытке что-то сказать, но не вышло. Тело било мелкой дрожью. Лицо побелело, словно лист бумаги.
«Ладно, иди в комнату, отдохни, что ли. Видеть тебя не могу такой измученной, сердце болит. Совсем себя не бережёшь.» — заботливо заметил парень.
Дина послушно развернулась и покинула комнату.
Кён проводил её довольным взглядом, затем нахмурился, прислушиваясь к себе. Кажется, в его душе что-то происходит. Влив туда Синергию, он обнаружил, что ранее не подающее никаких признаков жизни ядро сейчас вращалось.
А в это время Дина по пути в свою комнату встретила Анну.
«Дина, что это было? Почему ты прыгала как… Как заяц?» — блондинка с тревогой посмотрела в полупустые глаза сестры, а затем с замешательством заметила на её лице что-то странное.
«Что-то случилось? И что это такое у тебя на лице..?»
Блондинка изучила взглядом глянцевую кожу на лице Дины. От неё исходил странный, привлекающий внимание запах. Любопытство взяло верх, Анна смахнула пальцем скопившуюся на подбородке каплю, растёрла между пальцами, удивлённо подняла брови, поднесла к носу, понюхала, немного поморщилась, но затем попыталась слизнуть, но Дина резко схватила её за руку.
«Этот крем для лица слишком горький.» — еле двигая губами, прошептала она.
«Крем для лица? Дашь мне его тоже?»
Дина лишь с отвращением поморщилась, а затем, ничего не ответив, ушла в свою комнату.
«Опять молчим, значит… Ну, как знаешь.» — Анна с недовольным видом вернулась к работе. Вечно её сестра холодна и неразговорчива, а сегодня прям как-то особенно. Она предположила, что у сестры был какой-то спор с тем влюблённым в неё лакеем. Мысль безумная, но ничего более разумного на ум не пришло.
Дина легла на кровать, вперившись немигающим взглядом в потолок. Ощущение на всём лице такое, будто на нём медленно засыхает воск. Ей до сих пор не верилось, что её обмазали семенем. Обмазал лакей… Тот, которого она презирает и ненавидит… Своим семенем… Её, высшую служанку…
Многие высокопоставленные мужчины Стоунов и даже один старейшина пытались приударить за ней — предоставляли дорогие подарки, цветы, уделяли всё внимание, звали на свидание в ресторан или более интересное место, в общем, пытались сделать своей женщиной. Но она никогда не отвечала взаимностью, вела себя холодно, лишая их всякой надежды, особенно настойчивых отшивала. Она не была готова распрощаться с должностью высшей служанки ради недостойных. Высшими служанками могут быть только девственницы. И тут на фоне этих героев, почти богов, появилось ничтожество, смеющее делать с ней такие вещи, от которых у них остановилось бы сердце…
Пережитый опыт с Жаном сейчас спас её психику от нервного срыва. В ней кипела жажда крови. Зубы скрипели, ногти вонзились в белоснежные ладони до крови. Её лицо опорочили, но она готова принять этот унизительный удар, потому как ответ не заставит себя долго ждать. И месть её будет страшна!
Глава 109
В два часа дня охрана начала пропускать молодых людей в парк строго по списку.
В актовом зале Кён заблаговременно занял непримечательное местечко, откуда открывался хороший вид на главный столик, за который должна будет сесть глава мероприятия Юнона. Его первостепенная цель — побыть наблюдателем.
Любезные официанты разносили вкусные угощения, а музыканты готовились начать играть. Охрана ждала гостей.
Первые зашедшие в зал люди с интересом рассматривали обстановку — не каждый день увидишь роскошь, достойную семьи первого ранга.
Кён заметил, что у всех гостей на груди крепился жетон, символизирующий принадлежность к определённой семье и ранг в ней. Удобно, когда с одного взгляда можно определить статус и принадлежность собеседника.
Парень вынул жетон Стоунов 3-го ранга, приобретённый от незадачливых убийц (Макара и Сицилии) и повесил себе на грудь.
Со временем народу в зале становилось всё больше.
Молодые люди пожимали друг другу руки и садились на заранее подготовленные места. Стоуны усаживались ближе к главному столику Юноны, Брауны чуть подальше, а Романовы ещё дальше. Всё согласно рангам в королевстве.
Простым визуальным анализом Кён выяснил, что на вечеринку приглашены только персоны 4-го и выше ранга из семей первой десятки. Однако ни одного человека из чужих семейств 2-го ранга юноша пока не заметил. Это подтверждало догадку о том, что в королевстве с презрением относятся к вечеринке. Из Грандов (0) вообще никто не прибыл. Зато, повинуясь патриарху, явились самые авторитетные молодые Стоуны, включая потомков прямой крови (детей старейшин). Их красно-рубиновый жетон завораживал ярким блеском. Вокруг сразу образовались кучки людей, желающие поприветствовать и задобрить льстивыми словечками столь высоких личностей.
Эти потомки прямой крови в глазах окружающих выглядели гордыми орлами с высокой моралью и манерами. Их отцы старейшины имеют огромную власть и влияние в семье, поэтому обидеть потомков прямой крови боятся все. Богатые, рождены в золотых пелёнках, воспитаны и обучены по лучшим традициям семьи.
В зал вошёл темноволосый юноша 19-ти лет с рубиновым жетоном на груди. Атлетично сложенный и симпатичный. Рядом с ним находился парень с аналогичным жетоном.
«Господин Ли, приветствуем Вас!» … «Как добрались?» … «Вы блистаете ярче всех! Рад Вас видеть!» … «Спасибо, что пришли! Без вас вечеринка не была бы ею!» … «Вне сомнений, сегодня Вы станете королём! Я готов поставить на вашу победу все свои деньги!» — радостно восклицала толпа, восславляя высокородного юношу.
Его спутник, которого звали Эрик, тоже не избежал внимания. Этот элегантно одетый молодой человек 18-ти лет с первого взгляда внушал уважение. Гости чувствовали его ауру благородства.
«Друзья, спасибо вам. Добрался замечательно, без происшествий. Не стоит беспокоиться… Вы очень добры.», — вежливо отвечал Ли.