Всё будет по-моему! Арка 2 (СИ)

Неудивительно, что алхимики настолько востребованы и ценны. В алхимии можно развиваться всю жизнь, потому что рамки практически отсутствуют. Однако практика требует значительных затрат ресурсов, не каждый себе позволит.
Волосы юноши растрепались, глаза покраснели. Но он продолжал «колдовать» над алхимическим набором, совершая руками определённые жесты, посылая энергию стихий.
К вечеру этого дня девять ёмкостей излучали разноцветное сияние. Две тысячи сфер и пятнадцать ключей были превращены в туман энергии и помещены в соответствующую ёмкость.
Улучив идеальный момент, когда все процессы приготовления вошли в активную фазу, Кён задействовал чистую силу — вся жидкость из девяти ёмкостей молниеносно переместилась по трубкам в центральную. С энергией ключей и денег было аналогично.
— Вспышка~
Библиотека озарилась сияющей разноцветной радугой, а в ёмкости образовалась таблетка уникального тела, которому Кён дал название: «Мамин любимчик».
Судя по удачному финальному штриху, блестящий ароматный шарик синего цвета, как молния, будет работать правильно. Его свойства нецелесообразны, так как он был создан только для практики.
Вся суть этого тела в том, что после первого секса обладатель умрёт от удовольствия. Эпичный финал не менее эпичного тела. Но самое забавное, что при этом человек будет испытывать постоянную эрекцию и непреодолимое влечение к противоположному полу.
«Я сделал это!» — Кён не сдержал восторженный возглас. Его метод работает. Множество попыток и ему удалось понять тонкость каждого атрибута и найти тот самый ключ, создающий цепочку, превращающуюся в цикл. Он назвал метод «циклом мироздания». Название полностью себя оправдывает.
Метод отличается от остальных пятью огромными, как мир, преимуществами.
1 — идеально годится под многозадачность, процесс приготовления прост и относительно безопасен, с минимальными рисками быть убитым от собственной работы.
2 — многостихийность. Можно взять совершенно любое свойство из уникального тела и соединить его с тем, чем тебе хочется, невзирая на конфликтность. Никаких ограничений.
3 — «цикл мироздания» также является оболочкой, увеличивающей коэффициент склейки ингредиентов в десять раз. Это значит, что соединительные ингредиенты, необходимые только как «мосты», можно вычеркнуть.
4 — любое свойство усиливается примерно в 2 раза, а требования опускаются настолько же. Например, если он применит его к телу «божественного цветка развития», полученного из гробницы, то требование быть 12-тилетней девственницей расширится до быть 11-13-тилетней девственницей.
5 — с его помощью можно объединить несовместимые ингредиенты, что идёт вразрез с фундаментальными знаниями всех алхимиков, а за подобные попытки невежества алхимики бьют своих учеников по голове большой палкой, иногда до смерти.
Кён посмел бросить вызов основам алхимии, и он вышел победителем. Он доказал себе, что в этой науке нет ничего невозможного. Если остальные методы включают в себя максимум 4 стихии и сильно ограничены, то в его методе могут одновременно участвовать все девять стихий, при этом конструкцию медицины можно перестраивать как угодно! Это не даёт всевластие, но если постараться, то можно сделать то, о чём другие алхимики могут только мечтать.
Например, ингредиенты тьмы и света, и холода и жара отторгают друг друга и несовместимы. Однако, если между ними цепью расположить компоненты остальных семи элементов, то цикл замыкается, а свойства противоположностей складываются и приумножаются в два раза (написано выше), а требования соразмерно сокращаются. Именно так работает его непостижимый для остальных принцип «цикла мироздания».
Любой мастер алхимии встал бы на колени перед столь бесчестно-могущественным методом, который никому более не суждено использовать.
Что касается всех прочих навыков… Кён уже находится на другом, более эффективном уровне понимания алхимии. Всё, что ему для этого потребовалось — знание основ, пятидневная практика и девять стихий.
Любая сложная концепция является лишь множителем множества простых, которые он уже отточил до совершенства. С его-то вычислительными мощностями он может, импровизируя, создавать одну за другой сложные концепции на ходу.
 
Для аналогии: он полностью усвоил знание математики базовой школы, и немного старшей. Создать на их основе высшую математику дело лишь стараний.
Кён был уверен, что уже способен возвести любой рецепт медицины уникальных тел на новый уровень. То есть, совершить то, что другие никогда не смогут.
Однако юношу ещё рано называть мастером алхимии. Несмотря на то, что он детально изучил раздел создания уникальных тел, остальные виды медицины ему мало знакомы. Для новых творений требуется много практики и экспериментов. Много ресурсов и времени. А также исходники.
Бесценную и одновременно бесполезную таблетку «Мамин любимчик» Кён спрятал в кольцо. Хоть толку от неё никогда и не будет, но и выбрасывать свою первую удачно изготовленную медицину не хотелось.
А сейчас пора заняться анализом исходников, которые он собирается улучшить.
  
Глава 98
 
Проанализировав работы Стоунов и древних, Кён нахмурился. У него сложилось впечатление, что все алхимики, создающие что-то толковое — полнейшие бездари.
Очевидно, что в любой науке самым важным являются основы основ, и эти фундаментальные знания, понятия и правила, постоянно нарушаются. Стоит банально заменить всего один «установочный» ингредиент на другой, и медицина сможет значительно улучшить свои свойства. Но чтобы это заметить, требуется знать почти все основы и проверить их сотни раз.
Кён везде сталкивался с пренебрежением к основам. Всё наследие Стоунов полно несовершенства. Вне сомнений алхимики-созидатели талантливы, но до идеала им очень далеко. Они не обладают способностью «видеть» медицину, будто перед их глазами густая пелена. Повсюду недостатки…
Неужели только он видит всё насквозь?
У рецептов из наследия древних тоже хватает недостатков. Построение их уникальных тел основано на сложных концепциях алхимии, и порой оно требует четыре стихии для создания, отчего итоговые свойства могут быть впечатляющими (ранг «А»). Однако стоит немного поменять фундамент медицины — и она сразу приобретает дополнительные усиливающие свойства, а её характеристики становятся лучше.
Алхимики древности были зациклены на своих эффективных, но сложных теориях и доктринах. Это привело к тому, что много важных мелочей было упущено.
Для понимания алхимии (ветви создания медицины уникальных тел), Кён представил себе сотню пустых слотов, в каждый из которых можно поместить магическую руну (ингредиент).
Некоторые руны увеличивают свои свойства, другие в паре дают новый эффект, а некоторые, собрав полный набор («сэт»), дарят что-то уникальное и неповторимое. Иными словами, миллионы вариаций ингредиентов по определённым канонам взаимодействуют с остальными.
Обычное посредственное тело Стоунов заполняется на 50 слотов соединительными ингредиентами, ещё на 45 псевдо-полезными (якобы усиливающими и поддерживающими сердцевину). И только 5 влияют друг на друга и дают что-то полезное, по сути, являясь сердцем рецепта. И столь гнилая неполноценная пирамида наблюдается почти во всех рецептах семьи.
В паре исключений сердцевина составляет 10 и 15 слотов, отчего её свойства лучше выражены. Однако весь прочий мусор нужен для того, чтобы 15 важных слотов правильно взаимодействовали друг с другом — не разрушались, соединялись и давали больший эффект.
{То есть, эта низкокачественная постройка держится на ржавых гвоздях и скрипит на ветру. Бездарности, они смеют присваивать себе «B» ранг, позор… «С» максимум!} — с такой точки зрения Кён рассматривал уникальные тела Стоунов.
В рецептах древних существ сердцевина уникального тела построена гораздо искуснее, и составляет до 25-ти слотов (самого важного). Большая часть остальных прочно её держит, принуждает к бесконфликтному взаимодействию и усиливает свойства. Конечно, есть и заполненные слоты, которые выполняют посредственные функции склейки.