Потрясенный любовью (ЛП)
Он с отвращением отшвырнул мужчину и поспешил к Кайли. Где его, конечно же, встретили не благодарностью и даже не понятным обвинением, основанным на его неспособности предотвратить такое нападение, а спокойно заданными вопросами и нахальством, к которому он быстро привык.
Это не означало, что он это одобрял. Ему не нравилось ощущение, что в ее присутствии он всегда был как-то выведен из равновесия.
Новый опыт заставил его усомниться в своей способности предвидеть опасность… разве он не упустил опасность, исходящую от друда, а затем и со стороны проклятого работника, пока каждому из них не удалось причинить вред его женщине? Как он мог гарантировать ее безопасность, если близость к ней отвлекала его?
Сильно отвлекала. Помимо прочего.
Он боролся с наплывом незнакомых эмоций каждый раз, когда приближался к маленькому человеку, а незнакомы они по нескольким причинам. На протяжении многих веков он считал, что его род не способен на те чувства, которым, казалось, был охвачен мир смертных.
Он испытывал только те эмоции, которые соответствовали его цели… ярость на врага, решимость одержать победу, ненависть к Тьме, верность своему делу. Его ничто не должно было отвлекать, но Даг не мог припомнить, когда хоть что-то пыталось это сделать. Однако теперь присутствие одной крошечной смертной женщины поколебало самые основы его личности. Как он мог оставаться Стражем, если единственное, что его действительно волновало, — это Кайли?
Даг размышлял над этим вопросом весь день и всю ночь. Он искал смысл в произошедших переменах и обнаружил, что его мысли снова и снова возвращаются к одному и тому же вопросу, к выводу, которого он избегал с того первого разговора с Ноксом и Уинн.
Возможно, Кайли была его парой.
На протяжении веков легенда насмехалась над ним. За многие тысячелетия он не знал ни одного Стража, который был бы освобожден в соответствии с рассказами первого из его рода. Среди братьев это стало сказкой, и Даг отмахнулся от нее так же легко, как от любой другой истории, предназначенной для детей и глупцов.
Он будет вечно служить Свету, если только врагу не удастся уничтожить его первым, и в этом случае призовут нового Стража. Другого варианта не существовало, как и того, что перед ним явится женщина, обладающая силой, и навсегда освободит от волшебного сна. Это казалось не просто невероятным, а совершенно невозможным.
До Кайли.
Мысль о том, что он мог так ошибиться, тревожила его. Указывала на такую ошибку, которая может привести к гибели человека или Стража, а разве это не случилось дважды? Возможно, единственным способом борьбы с этой проблемой было поддаться ей.
Эта мысль заставила его инстинкты издавать довольный звук, который тревожно напомнил ему громкое урчание Царя Давида. Как только он подумал об этом, что-то внутри него успокоилось, и он ощутил такое чувство удовлетворения, какого никогда не испытывал. Как будто в нем самом что-то щелкнуло, какая-то деталь, о которой он не знал, но отсутствие которой не позволяло всей машине работать с максимальной эффективностью.
Свежая волна энергии захлестнула его, сила оживила тело, а разум прояснился. Казалось, что судьба просто ждала, когда Даг увидит правду, и теперь, когда он признал ее, снова мог стать тем, кем ему всегда было суждено быть.
Стражем, защитником, воином.
Парой.
Улыбка удовлетворения промелькнула на его лице, но затем так же быстро исчезла. Он только что принял фундаментальную истину, что Кайли Крамер должна стать его, но оставался еще один вопрос.
Как он собирался сообщить ей эту новость?
Глава 9
Az men est khazer, zol khotsh rinen iber der bord.
Рабочим потребовалось добрых полчаса, чтобы прийти в себя, и еще несколько минут, чтобы их разум заработал, так что никто из них не тратил слишком много времени, гадая, куда делся последний час. Кроме того, Кайли нужно было время, чтобы придумать объяснение царапинам и следам от укусов на лице того, кто на нее напал.
Разбросанные рядом с ним осколки битого стекла и оголенный электрический провод, свисающий из его руки, оказались лучшим, что она смогла придумать.
Она объяснила, что он случайно ударил себя током, опрокинув вазу, которая упала ему на голову и послужила причиной его ран. Тот факт, что он принял это за чистую монету, заставил ее задуматься, не наложил ли на него ночной заклинание, оставив беднягу с необратимым повреждением мозга.
Даже с задержкой рабочим удалось закончить установку за один день, если не обращать внимания на то, что уже совсем стемнело, когда они убрали за собой, загрузили вещи в фургон и уехали в ночь. Каким бы ни оказался счет, Кайли решила, что все равно не заплатит им достаточно.
Был ли у них пунктик на случай пользующихся злой магией, поклоняющихся демонам? Если нет, то им стоит обратить на это внимание.
Первое, что сделал Даг, когда дом снова опустел — осмотрел каждый его дюйм… от чердака до подвала и между ними… проверяя замки там, откуда можно было выйти, будь то окно, дверь или (возможно) магический портал.
Честно говоря, она не удивилась бы, если бы он отреагировал на обнаружение мышиной норы, потребовав от грызуна внутри предоставить удостоверение личности и дать клятву, что он не является и никогда не являлся членом партии ночных.
Кайли оставила его наедине с собой и несколько часов играла с новой игрушкой, экспериментируя с камерами, настройками безопасности и сигналами тревоги, прежде чем окончательно успокоиться. Еще одно нападение заставляло ее раньше ложиться спать. Такими темпами кто-нибудь отберет у нее членский билет в «Обществе Полуночников».
Конечно же, она проснулась рано, и к одиннадцати начала перетаскивать коробки из второй комнаты для гостей в самую маленькую. Было не культурно заставлять незваного гостя спать в окружении мусора, оставшегося после ее давнего переезда, и тем более она не могла жить с тем, чтобы люди, которых она технически пригласила… и один из которых ей действительно нравился… делали то же самое.
Даг нашел ее в комнате, когда она запихивала стопку коробок в угол, где они не будут мешать, пока она не захочет с ними разобраться. Что при таких темпах должно произойти сразу после ее выхода на пенсию.
— Что ты делаешь? — спросил Страж. — Обычно в это время ты спишь или работаешь в своем кабинете.
— Рано легла, рано встала. — Она пожала плечами. — Я убираю коробки и вещи из комнаты Уинн и Нокса, чтобы им не было тесно. Когда я положила матрас, стало тесновато.
Это была правда. К счастью, она предусмотрительно заказала кровать для пары, как только они подтвердили, что приедут в гости. Ее доставили на днях, еще до того, как произошла неприятность с установкой системы безопасности.
В то время она была занята изучением флешки Денниса Отта, так что заставила их приставить матрас и пружинный блок к стене и поспешила вывести наружу, просто чтобы заглушить ворчание Дага. В основном это сработало, но это означало, что ей придется заняться установкой всего этого сегодня, поскольку Уинн и Нокс прибудут позже во второй половине дня.
Чтобы Даг не подумал, что она полная дура, она добавила:
— Я уже убрала некоторые вещи из твоей комнаты. Прости. Нужно былр сделать это раньше.
Он пожал плечами.
— Там было всего четыре коробки. Они занимали мало места. Во сколько прибудут остальные?
— Их самолет приземляется в два двадцать. Я договорилась со службой такси, поэтому их будет ждать Логан, так что к тому времени, как они заберут свои вещи и приедут сюда, будет около половины четвертого. Это означает, что мне нужно закончить перемещать коробки и все для них обустроить.
— Я помогу, — провозгласил Даг и повернулся, направляясь по коридору в заднюю спальню. Его собственная спальня находилась в передней части дома, но эта выходила окнами на небольшой задний дворик.