Потрясенный любовью (ЛП)

Но опять-таки…
Инстинкт всегда заводил Кайли дальше, чем что-либо другое, когда она сталкивалась с препятствием в программировании. Конечно, она училась и экспериментировала, посещала занятия, читала книги и училась у других гиков, но когда дело доходило до драки, Кайли всегда делала то, что подсказывало чутье. И чутье никогда ее не подводило.
Сейчас оно подсказывало ей, что нужно выделить именно этот набор деталей. Хорошо. Теперь переставить первый и последний вариант. Ладно. Перемещаем на три места влево. Иииии… разворот.
Шифр подобран.
Обычно, когда на компьютере происходили важные события, появлялся новый экран. Возможно, звуковой сигнал. В действительно серьезных случаях, возможно, мерцание экрана. Что бывает редко, так это вспышка красного света и медленно поднимающегося столба дыма, пахнущего гарью.
Нет, Кайли могла сказать честно, что для нее это было впервые. А вот Даг, похоже, был более знаком с этим зрелищем.
С боевым кличем, от которого задрожали гипсовые стены ее кабинета, Даг вскочил со своего места, рассыпав остатки своего сэндвича по паркетному полу. В мгновение ока он принял свою естественную форму, расправив крылья наполовину, насколько позволяло пространство, обнажил клыки в ярости. Его черный, сверкающий взгляд был прикован к…
Дыму?
Кайли покачала головой, гадая, что, черт возьми, происходит. Однако ее удивление длилось всего четыре секунды, потому что именно столько времени потребовалось дыму, чтобы сгуститься и принять форму.
Форму демона.
Во всяком случае, она назвала это демоном. Если Стражи не это имели в виду, когда говорили слово на букву «Д», она не хотела встретить настоящего демона. Никогда.
Кувыркнувшись назад, Кайли отползла от своего стола и огромной вредной штуки, которая в данный момент сидела на нем. Если ее первым впечатлением о Даге было то, что он похож на монстра из детского кошмара, то эта штука заставила ее пересмотреть это мнение. Оно явно относилось к царству ночных кошмаров, и, если хоть одному ребенку на земле приснится нечто подобное, будущее человеческой расы окажется под угрозой.
Оно и отдаленно не походило на человека. Если к лицу гаргульи внимательнее присмотреться, то можно различить человеческие черты Дага… но в этом существе не было ничего человеческого — казалось, будто оно выросло из совершенно другого эволюционного дерева. Возможно, на другой планете.
Там, где деревья были плотоядными.
Черное и громадное, оно блестело с ног до головы, а может быть, сверху донизу, тошнотворным блеском, как нефтяное пятно на черной воде. Из-за странной текстуры его шкуры Кайли не могла определить, был ли у него мех или какие-то замысловатые чешуйчатые узоры. Или и то, и другое. Или ни то, ни другое. Три светящихся красных глаза злобно смотрели на них, цвет напомнил ей лужу крови вокруг тела Денниса Отта, только освещенную изнутри злобным свечением.
Он сгорбился, что затрудняло определение размеров, но его масса была достаточно устрашающей, учитывая, что она не могла определить реальные части тела или конечности в бурлящем водовороте.
В один момент Кайли показалось, что это клубок щупалец, словно оживший рассказ Г.Ф. Лавкрафта; в другой — что это какое-то сатанинское отродье, с козлиными ногами и длинными руками с когтями, чередующимися с гигантскими когтистыми клешнями на туловище. Потом она моргнула и увидела лишь клубящийся дым — злой джинн неожиданно выскочил из непотертой лампы.
Может быть, ее человеческий разум просто не способен понять его истинную форму. Кайли поняла, что это было зло, и оно хотело ее смерти. После того, как насытится ее бессмертной душой.
Оно издало странный звук на нее. Кайли не могла определить что это. Отчасти чириканье, отчасти рычание, отчасти вой, могла только сказать, что от этого звука одновременно хотелось бежать далеко-далеко и закрыть уши, прибежать в какое-нибудь укромное место и блевать. Кайли решила, что именно этого и добивались изобретатели волынки.
Прежде чем она успела что-либо предпринять, Даг нанес удар. Он повторил этот угрожающий целостности конструкции рев и бросился на демона, как волк на раненого оленя. Существо взвизгнуло в ответ и закрутилось, сосредоточив свой испепеляющий взгляд и ядовитый запах на Страже.
 
Упоминала ли она, что эта штука воняет, как свалка в адской яме в середине августа? Потому что так оно и было.
Кайли прижалась к стене, поскольку не могла придумать, что еще можно сделать. Часть ее приказывала бежать, бежать, как газель, и убираться отсюда на Додже, пока существа перед ней сражаются. Эта часть приводила весьма убедительные аргументы. Однако другая часть ее ненавидела мысль о том, чтобы забиться в угол, как глупая блондинка в пошлом фильме ужасов, и хотела, чтобы она бросилась на силы зла с распятием и бензопилой. Однако, не будучи ни христианкой, ни лесорубом, она не владела ни тем, ни другим.
Идея встать между двумя бойцами также не казалась ей особо привлекательной. Они вцепились в друг друга, как пара диких собак, щелкая зубами, царапая когтями, издавая звуки, которые, как она точно знала, никогда не могли бы вырваться из человеческого горла.
Получить ущерб от дикого взмаха когтя или случайного удара по позвоночнику казалось несколько нежелательным для женщины, желающей дожить до своего следующего дня рождения, до которого оставалась всего пара недель.
Если подумать, то, возможно, она даже задумывалась о своем восьмидесятом дне рождения. Ей бы хотелось дожить до этого дня.
Звуки битвы продолжались, пока два нечеловеческих существа боролись за превосходство. Пока она боялась, что ее стол станет первой жертвой войны, черное пятно поднялось высоко в воздух и пронеслось через всю комнату, оставив на стене вмятину размером с Детройт. Черт возьми, неужели нельзя быть более осторожными?
Не то чтобы она не радовалась, когда поняла, что именно Даг отправил демона в стену, но неужели он не представлял, как трудно найти мастера-штукатура в наше время? Она беспокоилась не о стоимости ремонта, а о логистических трудностях.
Страж быстро последовал за своей жертвой, спрыгнув со стола и приземлившись прямо на избитую темную сущность. С оглушительным ревом он высоко поднял одну руку, а затем ударил вниз, пробив дыру прямо в туловище демонической фигуры.
Или там, где у человека был бы живот. Когда Даг отдернул руку, на его ладони задрожала и задымилась сморщенная черная масса размером с грейпфрут.
Демон вскрикнул от боли и ярости, но Даг лишь зарычал. Затем взял мерзкий комок двумя мощными руками, впился когтями и разорвал его на части, как теплую булочку. В тот же миг сущность исчезла, а остатки черной массы вспыхнули и затем в виде кучки пепла упали на пол.
— A feier zol im trefen. Он должен предаться огню, — пробормотала Кайли, затем пожала плечами. — Полагаю, там, куда он отправился, это вполне вероятно. — Она поднялась на ноги и вытерла руки. Ей нужно договориться о том, чтобы уборщица стала приходить регулярно. — Должна сказать, что я впервые сталкиваюсь с такой мерой безопасности. Не думаю, что дело в вирусе.
Даг повернулся к ней, его руки все еще были покрыты пепельными останками демона, а разум оставался л в боевом режиме. Оскаленные клыки быстро выдали его.
— Ты ранена?
Он практически выплюнул этот вопрос и, казалось, секунды через три готов был раздеть ее, чтобы проверить лично, но она слышала, что адреналин может сделать с человеком странные вещи, поэтому не стала отступать. Тем не менее, Кайли сделала пару шагов назад, увеличив между ними расстояние.
Затем пренебрежительно махнула рукой.
— Я в порядке. Знаешь, настолько, насколько это может быть возможно после того, как обнаружила, что пароль, который я только что взломала, имеет резервную защиту в виде слюнявого демона.
— Это был не Демон. — Даг медленно выпрямился, принимая человеческую форму. Его глаза оглядели ее, словно пытаясь определить, не солгала ли она о какой-то травме, но на самом деле с ней все было в порядке. — Если бы Демон вошел в эту комнату, ты бы ее не покинула. Я тоже, если бы столкнулся с ним в одиночку.