Ее бешеные звери (ЛП)

— Ты переписывалась с ним? — спрашиваю я, хватая ее за руку. По телефону, который я выпросила для нее у Дикаря.
Она поворачивает ко мне лицо и виновато кивает.
— Титус увидел телефон, который ты мне дала, и я начала ему писать. У него есть ноутбук, который ему выдала Академия, и он пользуется им для переписки.
Чувство вины — это яд в моем желудке.
— Хорошо, и что?
— О, Минни, нет! — Стейси внезапно в ужасе прикрывает рот рукой.
  
— Да, Стейси. Я полная идиотка.
Коннор хлопает себя по лбу.
— Что я упускаю? — я бегаю взглядом между кошками.
Сабрина бросает на меня насмешливый взгляд.
— Минни слишком вежлива, чтобы сказать, что вела секс-переписку с Титусом.
— С обнаженкой, — добавляет Стейси.
— Да я бы ни за какие деньги не отправила бы обнаженку этому тигру, — ехидно говорит Сабрина.
— Я доверяла ему! — голос Минни срывается от напряжения. — Я должна была доверять ему! Он мой… — она обрывает себя и сердито вытирает щеки.
— Он собирается слить их, да? — Коннор каменеет, бледнея лицом.
Я в ужасе смотрю на свою подругу.
Минни качает головой.
— Пока нет. Но он это сделает, если я не сделаю то, о чем он просит.
— Вот же дермоед, — ругается Сабрина. — Чего он хочет?
Наша подруга заламывает руки, пока Герти что-то тихо щебечет ей на ухо. Остальные нимпины кудахчут, понимая, что она на грани.
— Минни, — мягко говорю я, — я думаю, пришло время рассказать нам, как ты сюда попала. Это из-за Титуса, не так ли?
Она кивает и делает глубокий вдох.
— Да. Хорошо. Ну, все началось на моем первом университетском балу. Титус пришел с другой девушкой и привел нескольких своих друзей. Он привлек мое внимание, и, полагаю, я привлекла его. Мои родители были очень строгими и не разрешали мне заниматься ничем, кроме учебы, поэтому, когда он приехал на своей крутой тачке и был очень мил со мной, я подумала, что это мой рыцарь на белом коне.
— Да, — мрачно говорит Сабрина. — Мы все это слишком хорошо понимаем.
То же самое было со мной и Тео Крайтом. Он появился в нужном месте, в нужное время, и я влюбилась в него. За исключением того, что Минни не была ответственна за смерть Титуса.
— Итак, когда он попросил меня «перевезти немного денег», — Минни изображает воздушные кавычки, — я действительно захотела помочь, понимаете? Я хотела быть полезной, а не просто ходить в университет и изучать скучное банковское дело и финансы. Я хотела заниматься чем-то значимым. И я действительно хотела показать ему, что предана ему и что я ответственный… взрослый человек. Так что я взяла деньги, которые он мне дал, и перевезла их через границу, но по дороге меня остановила полиция, и, ну… — щеки Минни краснеют. — Сумка была набита фальшивыми деньгами.
Сабрина испускает стон, в то время как Ракель и Стейси сокрушенно качают головами. Меня начинает тошнить.
— Поскольку это поставило под угрозу банковскую работу моего отца, — говорит Минни, — ему пришлось заплатить Совету, чтобы они держали это в секрете. Они просто сказали, что, если я поступлю в Академию Анимус, с меня снимут все обвинения.
— Ну и подонок, — вздыхает Коннор. — И почему все горячие парни такие злые?
— Да, вот почему никто не должен об этом знать. И послушайте, я знаю, как это звучит, но Титус чувствовал себя очень плохо после этого, вы же видели, в каком состоянии он был, когда попал сюда! Он впал в бешенство, и ему потребовалась реабилитация и все такое. Это действительно повлияло на него, понимаете? Произошло недоразумение с сумками. Он не хотел, чтобы все так вышло.
В моей голове звенят тревожные колокольчики. Я не могу сопоставить свою умную, начитанную подругу с этой девушкой, которая по уши влюбилась в человека, который манипулирует ею. Но у Титуса есть очарование. Он настолько притягателен для всех анима, что даже змеи трахаются с ним, а ведь они редко выходят за рамки своего ордена. Все это кричит о том, что здесь что-то не так.
— И что он сейчас от тебя хочет? — спрашиваю я.
— Он хочет договориться о встрече с моим отцом, — признается она. — Поговорить о финансах или что-то в этом роде. Но я не могу допустить, чтобы они с отцом оказались в одной комнате. Он может захотеть шантажировать и его! Мне нужно защитить отца. Он уже и так стыдится меня.
— А если ты этого не сделаешь? — я с ужасом жду ответа. — Что он сделает?
Лицо Минни морщится.
— Он собирается выложить мои обнаженные фотографии.
Меня охватывает ярость, какой я никогда не испытывала. И отчасти я сама виновата, что дала ей этот телефон.
Минни дергает себя за волосы.
— Это убьет моих родителей! В буквальном смысле, это убьет их! И, вероятно, разрушит репутацию моего отца тоже. Они никогда мне этого не простят.
Некоторое время мы сидим в тишине, обдумывая все это. На кону честь Минни. Она заслуживает гораздо большего.
— Нам нужен компромат на него, — говорит Сабрина. — Это первое, что нам нужно сделать. Шантажировать его в ответ.
— Что? — Минни ахает. — Нет, это жестоко.
Опускается тишина, тяжелая и неумолимая.
Моя добрая, любящая, прекрасная тигрица опускает голову.
— О, точно.
Мы все смотрим на Коннора.
— Я знаю не намного больше вашего, — признается он. — Он не разговорчивый, понимаете?
Меня осеняет идея.
— Итак, нам нужна информация, верно? А где хранится вся информация о студентах? Например, файлы со всеми нашими данными?
Минни смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
— Лия, ты же не думаешь о том, о чем я думаю?
— Да, я на тропе войны и вооружения, — говорю я с ухмылкой. — Пришло время шпионить. Только Сабрине придется научить меня взламывать один конкретный замок.
Сабрина достает набор отмычек, которые носит в кармане как талисман.
— Сучки, мы справимся.
К тому моменту, как мы добираемся до столовой, там уже полно народу. Я чувствую на себе взгляды Косы, Ксандера и Дикаря, пока стою в очереди за круассанами с ветчиной и сыром. Я наполняю тарелку Минни, и она безучастно позволяет мне это сделать. Когда мы берем кофе и направляемся к нашему столику, я украдкой бросаю взгляд в «змеиный угол». Они сидят там без пяти человек и выглядят мрачными. Томас Крайт тоже сидит с чашкой кофе, демонстративно не обращая на меня внимания. И тут я замечаю, что у всех, кроме него, на лодыжках надеты обсидиановые кандалы. Я перевожу взгляд на Дикаря, и он подмигивает мне, хотя и не улыбается.
Сглотнув, я смотрю налево.
Титус сидит за одним из кошачьих столиков, и у него на коленях новая девчонка. Тот факт, что он открыто выставляет ее напоказ перед Минни, только заставляет меня ненавидеть его еще больше.
Минни обходит стол и садится напротив меня, чтобы ей не приходилось смотреть на Титуса и его дружков.
И тут происходит нечто такое, от чего каждая клеточка моего тела замирает.
Кто-то за столом гиен издает хрюкающий звук. Остальные подхватывают, и хор поросячьего визга заполняет заднюю часть зала.
Они тыкают пальцами в мою лучшую подругу, мерзко гогоча сквозь хрюканье.
Минни напрягается и быстро моргает, словно пытается взять себя в руки. Герти прижимается к ее уху, кудахча, чтобы помочь выровнять дыхание.
Сабрина, Стейси и Ракель тоже останавливаются перед нашим столиком.
Моя кровь кипит, огонь обжигает артерии, моя анима требует мести когтями.
Я с такой силой опускаю свой бамбуковый поднос на стол, что он трескается.
Я сканирую дальнюю часть зала в поисках виновных, и мой орлиный взор сужается, когда я их нахожу: сальные, мерзкие самцы, у всех одинаковые вьющиеся черные татуировки на бровях. Я помечаю свою добычу и иду дальше по залу, моя сила пульсирует вокруг меня жаром, льдом и электричеством. Моя анима умоляет меня трансформироваться и спикировать вниз, чтобы свернуть им шеи и выклевать глаза, но я пока держу ее на поводке.