После развода. Право на отцовство (СИ)

– Трогай, – скомандовал Александр Вячеславович, обращаясь к водителю. – Как дела, Ярина?
– Как обычно. Хорошо, – ответила с натянутой улыбкой.
Тревожное состояние нарастало. Но я до последнего старалась игнорировать нехорошие предчувствия. И не зря!
– Нагулялась? – холодным тоном спросил свёкр, а я сперва не поняла, что он имел в виду.
– Что простите?
Захлопав ресницами, я уставилась на мужчину, возраста моего покойного отца. Засомневалась в том, что только что услышала, но презрительный взгляд Александра Вячеславовича едва не обжёг.
  
– Я всё знаю, Ярина. Можешь не притворяться, – пояснил свёкр, подтвердив мои наихудшие опасения. – Уж не думала ли ты, девочка, что жена замдиректора государственного концерна военно-оборонной промышленности может легко разъезжать по стране без сопровождения?
– Вы следили за мной?
– Наблюдал, – кривовато ухмыльнулся Александр Вячеславович, а у меня сердце едва не наружу выпрыгнуло.
Отвернув голову в сторону окна, я поджала губы, чтоб не сболтнуть лишнего. Хотя, что там болтать, если отец Олега уже обо всём знал, иначе я бы сейчас не сидела в его машине.
Сердце застучало как бешеное.
– Расскажите Олегу? – на имени мужа мой голос предательски дрогнул, потому что воображение услужливо подкидывало варианты развития событий.
Александр Вячеславович пугающе усмехнулся, заставив мои внутренности похолодеть.
***
– Серёга, тормозни где-нибудь, – обратился свёкор к водителю, проигнорировав мой вопрос.
Машина начала сбавлять ход и вскоре остановилась недалеко от городского парка. Отец Олега предложил немного прогуляться по парку, дождь как раз закончился. Я согласилась. А разве у меня был выбор? Нет. Этот старый лис уже что-то задумал.
Я не знала насколько осведомлён Александр Вячеславович. Но про Эмина точно знал. Возможно, за квартирой, которую я снимала, велась слежка. Вряд ли там была прослушка или видеокамеры – я рандомно выбрала квартиру в день своего приезда.
Выйдя из машины на улицу, я обняла себя за плечи обеими руками. В сторону свёкра смотреть не старалась. Он меня пугал. Всегда пугал, просто с первого дня нашего знакомства. Мне казалось, он меня недолюбливает. Особенно остро я почувствовала его предвзятое отношение после рождения сына. Ведь Давид родился раньше, чем семья Олега того ждала. Никто, кроме мужа не знал, что я выходила замуж уже беременной. Для всех Давид был семимесячным – так захотел Олег.
– Я вот всё время думаю, Ярина, чего тебе не хватает? Живёшь в роскошном доме, замужем за влиятельным человеком. За ним ты как за каменной стеной. У тебя всё есть, девочка. Да тебе может позавидовать любая женщина. Чего ж тебе тогда не хватает? – спросил Александр Вячеславович, нарушив затянувшееся молчание.
– Я не понимаю, о чём вы. Извините.
– Да всё ты понимаешь. Дурой не прикидывайся. Значит, так. На самом деле мне насрать, чего тебе там не хватает. Я не для этого затеял весь этот разговор.
– А для чего же?
– Ты будешь молчать. Ничего не скажешь Олегу. Твоя встреча с бывшим мужем должна остаться втайне. Я тоже ничего не скажу, но должен тебя предупредить: больше никаких телодвижений в сторону Керимова. Этот человек для тебя умер. Даже не думай меня ослушаться – последствия будут печальными.
К горлу подкатил противный ком. Я оказалась в ступоре. Мысленно вела дебаты со свёкром, а пошевелить языком не могла. Разговор оказался не таким, каким я себе его представляла.
И всё же у меня возникло много вопросов. Но озвучить их вслух не получилось. Слишком боязно дёргать тигра за усы.
Повернувшись ко мне лицом, мужчина посмотрел на меня с неприязнью. От его взгляда на коже выступили мурашки, а по позвонкам пробежал холодок.
– Ты меня поняла, Ярина?
– Почему?
– Что почему? Почему я не вышвырнул тебя за шкирку вон из жизни Олега? Ты права, так стоило бы сделать. Но дело в том, что мой сын тебя любит и ваш развод может серьёзно сказаться на его психоэмоциональном состоянии. А у Олега впереди много планов, ничего не должно ему помешать реализовать их.
– Почему вы ко мне так относитесь, Александр Вячеславович? Я же не с улицы к вам пришла, это вы с моим отцом решили поженить своих детей.
– Не нравишься ты мне, Ярина. Никогда не нравилась, – ответил Александр Вячеславович, а я подавила в себе желание уколоть его словами, мол, деньги моего отца ему нравились куда больше. Иначе зачем мы поженились с Олегом?
  
Глава 5
 
Я только успела войти в дом, снять туфли и повесить куртку в шкаф, как из коридора донёсся топот маленьких ножек. На горизонте появился мой пухлый мальчишка: метр ростом, с тёмными, волнистыми волосами и смуглой кожей.
Глядя на малыша, моё сердце сразу же наполнилось теплом, а из головы выветрились все страшилки, которыми меня недавно пугал свёкор.
– Мамочка! – выкрикнул Давид и, приблизившись ко мне, поспешил запрыгнуть на руки.
– Сладкий мой. Зайчонок, – оторвав сына от пола, я прижала малыша к своей груди. Целовала его в макушку и в щёчки, а Давид звонко хохотал.
Боковым зрением уловила мужской силуэт. И сразу же напряглась, встретившись взглядом с Олегом. Олег стоял немного поодаль, скрестив на груди руки и одним плечом прижавшись к стене. Одетый в домашние спортивные штаны и хлопковую футболку, Майорский всё равно выглядел на все сто баллов. Ещё бы! У этого мужчины была идеальная фигура, каждая мышца крепкая как камень, на теле ни грамма лишнего жира.
Я целовала сына, а глаз не сводила с мужа. Странный он какой-то. Смотрел на меня, нахмурившись и поджав губы. Неужели тоже знал про Эмина?
Я только вспомнила о Керимове, как кровь прилила к моим щекам. Жарко стало. На лбу появилось несколько капель пота.
– Мамочка, идём. Я тебе что-то покажу, – Давид потянул меня за руку, уводя из коридора.
Проходя мимо Олега, ещё раз встретилась взглядом с мужем. Но на этот раз заметила в уголках его глаз образовавшиеся мелкие морщинки – он едва заметно улыбался. Отчего я выдохнула с облегчением и пообещала себе обязательно сходить в церковь исповедаться.
Давид привёл меня в большой, просторный зал на первом этаже. Огромная клетка с попугаями сразу же бросилась в глаза. Малыш подошёл к клетке и с гордостью представил меня своим новым питомцам:
– Гоша и Груша, это мама.
Широкая улыбка расползлась на моих губах. Карелы. Один серый, другой белого цвета. Оба с жёлтыми хохолками на голове и красными щёчками. Забавные. Помню, я о таких в детстве мечтала, а у мамы была аллергия на перо птицы. Поэтому детство моё прошло без попугаев.
– Красивые, правда? – спросил малыш, обернувшись через плечо и посмотрев на меня.
– Очень красивые. Папа подарил?
– Да. Папа! – с гордостью подтвердил сын, а у меня ком подкатил к горлу. Дышать стало трудно.
Господи… Это слово “папа”. Ещё никак не привыкну, что теперь это слово у меня будет в первую очередь ассоциироваться с Эмином. До нашей с ним встречи всё было более-менее понятно. Я думала, он женился на Оксане, у них родились двойняшки, Арине сделали операцию, в общем, все счастливы. Каждый живёт своей жизнью, получив то, за что боролся.
Но узнав правду, моё сердце разбилось пополам. Мне безумно горько оттого, что Эмин не смог спасти свою дочь. Ради неё мы прошли весь этот ад, а она умерла, так и не дождавшись доноров для пересадки костного мозга. А ещё мне горько оттого, что у Давида есть полноценная семья, где папа и мама вместе, где малыш счастлив. Олег любит моего сына, как своего. Да нет же. Он и есть его сын, ведь не зря говорят, что родитель – не тот, кто дал жизнь, а кто воспитал. А Олег Давида называет “сыночек”. Балует его, катает на своих плечах, тайком от меня покупает ему бургер и картошку фри. И хоть муж очень занятой человек, он всегда старается найти свободную минутку поиграть с Давидом.
  
Вот как я могу забрать их друг у друга? Не могу. Как и не могу запретить Эмину быть отцом. Ситуация настолько тупиковая, что любое решение, какое я бы не приняла, будет неправильным.