Блудные братья
– В таком случае, остров с тремя сотнями детей должен был бы стать последним местом, куда вам следовало бы направиться на этой планете, – сказал учитель Тонг слегка напряженным голосом.
– Вы снова путаете, – возразил Кратов. – Я не приношу несчастья. Я следую за ними. Я на них указываю. Я не мина замедленного действия, а компас и лекарство в одном флаконе.
– Здесь только дети и животные, – сказал Тонг. – Да еще мы, десяток умных, осторожных и предусмотрительных взрослых. Никаких несчастий здесь и быть не может.
– Удивительно, – рассмеялся Кратов. – Как порой трудно поменять местами причину и следствие… Ничего еще не случилось, учитель. Может быть, и вовсе не случится. Ведь я уже здесь, и, вполне возможно, этого достаточно… В конце концов, мне нужно было попасть на остров, где скрывается от мира, от меня и от себя мой старинный друг, которого я не видел двадцать лет. Вы говорите, что никогда не видели здесь ни одного отшельника и вообще хотя бы кого-то, отдаленно с моим другом схожего. Но все же я здесь, а не там, где мне следовало быть. Что это значит?
– И что же все это значит? – терпеливо спросил Тонг.
– Дети, животные и горстка умных взрослых… И еще кто-то в лесу. Кто торит звериные тропы, не желает показываться, но по ночам из хулиганских побуждений стучит в окна и стращает малолеток. А также способен генерировать эмо-фон и воспринимать оный.
Тонг коротко улыбнулся.
– Вам доводилось бывать в диком, первозданном лесу?
– И многажды, – сказал Кратов выжидательно.
– Я имею в виду: в настоящих, лишь слегка и с краешку тронутых цивилизацией джунглях Индокитая? Вы как опытный исследователь космоса и просто разносторонне образованный человек должны помнить, что биосфера Земли почти не имеет аналогов в экзобиологии по своему разнообразию. Земля – один из немногих уголков мироздания, где до сих пор сохранились и благополучно сосуществуют одна разумная раса и три биологических царства эукариот, и почти четыре десятка биологических типов, отдельные из которых дошли до нас в неизменном виде от начала времен! Вас удивляет, что в этих джунглях могут обитать существа – безусловно, не являющие собой никакой угрозы детям! – которых вы никогда прежде не видели даже на картинках, и которые могут вести себя так, как вы себе и вообразить не в состоянии?
– Не удивляет. Я давеча уже имел удовольствие послушать птичку, которая ревет, как голодный ишак…
– А вы знаете, что некоторые животные, на первый взгляд весьма примитивно организованные, могут генерировать сложный, многослойный спектр эмоций?
– Дьявол! – Кратов хлопнул себя по лбу. – Ну конечно же! Звериный эмо-фон! Понимаете, я нормально воспринимаю эмо-фон некоторых китов, слонов и горилл…
– На этом острове нет ни одного слона и гориллы, – сказал учитель Тонг. – И никто еще не сообщал мне, что в лесу могут водиться киты. Самое крупное дикое животное – пожалуй, бинтуронг. Бионты, разумеется, намного крупнее.
– Конечно, это были не киты, – рассеянно промолвил Кратов. – Хотя от этого вашего Майрона можно ждать чего угодно…
Он уже несколько минут наблюдал за беспорядочными перемещениями Грегора от одной компании к другой. «Губернатор» выглядел чрезвычайно озабоченным – намного сильнее обычного. И его беспокойство мгновенно передавалось каждому из учителей, к кому бы он ни обращался.
– Перед тем, как была основана Ферма, – говорил Тонг, – остров подвергся тщательным исследованиям. Здесь практически не сохранилось ядовитых насекомых. Ядовитые пресмыкающиеся оттеснены в самую глушь, ибо истребить их начисто означает разрушить сложившийся биоценоз: тотчас же расплодились бы какие-нибудь крысы…
Грегор уже стоял возле них, набычившись и комкая бейсболку в руках. Похоже, он колебался, говорить ли при посторонних.
«Началось», – подумал Кратов.
– Что случилось? – спросил он, вскакивая на ноги. – Выкладывай, не чинясь.
– Может быть, ничего страшного, – торопливо сказал Грегор. – Может быть, я чего-то не знаю… Рисса исчезла, – закончил он с отчаянием в голосе. – Никто не видел ее после захода солнца.
Часть первая
Блудные братья I
1
Первый раунд – короткие пять минут – как и положено, был разведкой сил и способностей противников. В зрелищном смысле ничего особенного он не представлял, более напоминая собой замысловатый танец с редкими, в одно легкое касание, ударами, и не ударами даже, а намеками на удары, обозначенными угрозами без сколько-нибудь зримого воплощения. Публика скучала. Кое-кто бесцельно бродил между кресел, кое-кто начинал посвистывать. Потом начался спектакль – два договорных круга по два раунда каждый, единственная цель которых – доставить удовольствие тем, кто означенного удовольствия жаждет.
– …Значит, так, – деловито сказал Рыжий Черт. – Сначала ты, Зверь, гоняешь Серпа по рингу. Два раунда и ни секундой больше. И чтобы без глупостей. Серп, мать твою, не вздумай своевольничать, как в прошлый раз, ты меня понял?
– Понял, – пробурчал Серп Люцифера, без грима и боевого костюма выглядевший вполне миролюбиво и даже застенчиво. – Что уж я, по-твоему…
– Люди придут развлечься, – с нажимом сказал Рыжий Черт. – И десяток минут вы будете их развлекать. Как два коверных клоуна.
– Может, я какой-нибудь стишок забавный продекламирую? – фыркнул Зверь-Казак.
– Нет, в другой раз, – осадил его Рыжий Черт. – У нас там девочки будут в антрактах, они за тебя и споют, и спляшут. А твое дело – после того, как отровняешь Серпа, самому два раунда получать от него той же монетой.
– Вообще-то наш рейтинг вдвое выше, – с сомнением заметил Толстый Оскар, менеджер Серпа.
– Сказал тоже – вдвое! – захохотал Ахонга, менеджер Зверя. – У нас рейтинг попросту нулевой. Мы же, лунная холера, новички…
– Зато мы старше, – добавил Зверь-Казак.
– Плевать на рейтинг, – отмахнулся Рыжий Черт. – Все должно быть честно. Пришли двое мужиков подраться. Пришла толпа народу поглядеть, как они подерутся. Так не превращайте драку в грязную потасовку. Сделайте из нее зрелище. Доставьте людям радость, удовлетворите их тягу к прекрасному… Ты чего, Зверь, косоротишься?
– Так, ничего, – проворчал тот. – Просто у меня свои представления о прекрасном.
– Тогда какого хрена ты сюда явился? – рявкнул Рыжий.
– А и сам не знаю, – честно признал Зверь-Казак.
– Ладно, – буркнул Рыжий. – Придумаешь – расскажешь. Сценарий ясен?
– Вполне, – сказал Оскар, хотя и был явно недоволен.
– Чего яснее, лунная холера, – проговорил Ахонга.
– Тогда отметьтесь под контрактом.
Менеджеры, церемонно уступая один другому место у столика, приложили к листу пластиковой бумаги личные перстни.
– Вы двое, – продолжал Рыжий Черт. – Пожмите клешни и поклянитесь, что не держите зла, не имеете личных счетов и не исполняете тайных обязательств по отношению друг к другу.
– Клянусь, – сказал Серп Люцифера, стеснительно улыбнулся и протянул руку.
– Чтоб я сгорел, – сказал Зверь-Казак.
– Вот, хорошо, – промолвил Рыжий Черт. – А уж после пятого раунда я закрываю контракт, и делайте что хотите. Хотите – целуйтесь, хотите – кусайтесь. В общем, разбирайтесь между собой. И пусть победит этот самый… сильнейший. Только чтобы без смертоубийств мне!..
Зверь-Казак, коротко стриженый, голый по пояс, в широких синих шароварах, туго перетянутый в талии красным кушаком и размалеванный до полной неузнаваемости, в подобающей псевдониму зверовидной маске, с ходу подловил Серпа на прием, оторвал от помоста и, зарычав, с маху шваркнул оземь. Прием был красивый, из классического дзюдо, к тому же проведен был в хорошем темпе, да еще двухметровым верзилой с мускулами Кинг-Конга, и публика одобрительно загудела. Серп Люцифера, в черном трико, с двумя черными косичками и пышными черными бакенбардами, привольно выбивавшимися из-под красной полумаски, тотчас же поднялся, но невооруженным глазом видно было, что он поплыл. И Зверь снова завалил его старым славянским приемом «ножницы», напрыгнув сбоку изумительно высоко и легко для своего веса. Ясно было, что на этот огромный зал, специально построенный для гладиаторских ристалищ, наползает сенсация. Руки многих потянулись ко вделанным в подлокотники терминалам – изменить ставки. На ринг пулей выскочили девчушки в легких до чрезвычайности нарядах, состоящих лишь из разрозненных ленточек, и пустились исполнять эротический танец, но на них не обращали большого внимания… После того, как в начале третьего раунда Серп вывалился за канаты и смял судейскую бригаду, динамический рейтинг Зверя вырос втрое, хотя прежде мало кто слышал его имя на этой планете и в ее окрестностях.