«С.Л.К.-10» Иллюзия победы. Часть вторая (СИ)
— Рост доходности ваших систем — это, конечно же, очень хорошо, мистер Вилм. Но я не совсем понимаю к чему именно вы ведёте, — тем временем продолжил сидящий напротив него мужчина, не заметив короткой заминки своего гостя.
— Это, как раз таки и является главной целью моего визита, — Хавьер решил перейти прямо к сути. — Пока об этом ещё не объявлено и мой отец всё ещё прощупывает почву на предмет подобного решения, но, скажем так, у нас есть определённые основания полагать, что в скором времени несколько систем Союза, возможно, захотят выйти из него и подать прошение о вступление в Верден. Четыре системы, если быть точным.
Дежурная улыбка на лице Шарпа застыла восковой маской. От услышанного мужчина даже замер на несколько секунд.
— Мистер Вилм, — наконец произнёс он, когда смог справится с шоком. — Поправьте меня, если я ошибаюсь. Вы сказали, что некоторые системы подумывают о выходе из Союза?
Хавьер кивнул.
— Верно. Мой отец считает, что в условиях дальнейших событий это может стать наилучшим выходом из ситуации, в которой мы сейчас оказались.
— Какой ситуации? — не понял Шарп. — Я не совсем понимаю…
Его личный комм издал мелодичную трель, привлекая внимание своего хозяина. Помощник госсекретаря практически сразу же отменил вызов, но устройство зазвенело вновь.
— Я прошу меня простить, — смущаясь извинился он, на что Хавьер усмехнулся.
— Ничего страшного. У вас, вероятно, полно дел и без нас.
— Вряд ли что-то может произвести на меня более сильное впечатление, нежели ваши слова, — рассмеялся тот и ответил на вызов. — У меня сейчас встреча, что случил…
Сидящие в креслах напротив него мужчины одновременно отметили, как побледнело лицо верденца.
— Что⁈ — воскликнул Шарп. — Когда⁈ А что рейнский посол… я понял. Да, господин госсекретарь. Да, конечно. Я всё подготовлю!
Хавьер переглянулся с Риком, пытаясь понять, что только что произошло.
— Я искренне прошу прощения, — произнёс Энтони. — Не могли бы мы перенести нашу встречу?
Одного его тона хватило для того, чтобы Хавьер встревожился.
— Что-то произошло?
— На границе системы из прыжка вышли корабли Протектората.
Сидящий рядом с Хавьером Энтони едва не вскочил с места.
— Их флот…
— Нет, нет! — сразу же попытался успокоить его Шарп. — Это дипломатическая миссия. Три курьера, гражданское судно и пара крейсеров в качестве эскорта. По крайней мере мне так сказали. Несколько минут назад посол Рейна запросил официальной встречи с президентом и главой нашего МИДа. Поэтому мне сейчас придётся прервать наш разговор. Мне искренне жаль, но надеюсь вы понимаете?
Шарп поднялся на ноги. Хавьер отстал от него всего на мгновение.
— Мистер Шарп, послушайте, сейчас вы должны выслушать меня…
— Я обязательно это сделаю, но происходящие сейчас события требуют моего присутствия. Политические отношения с Союзом чрезвычайно важны для нас, но… — попытался заверить его верденец, но Хавьер грубо его перебил.
— Вы не понимаете, — едва не воскликнул он. — Шарп, послушайте меня! Через несколько недель Союз Независимых Планет перестанет существовать! Если вообще всё ещё существует!
Шарп так и замер, обходя свой стол.
— Что?
Сын Хьюго Вилма даже не знал, насколько пророческими могут оказаться его слова. В этом и заключалась проблема большинства людей.
Они всегда считают, что у них достаточно времени.
Даже тогда, когда это время уже истекло.
* * *Система Союза Независимых Планет — Люцерн
Флагман Первого флот
Дредноут РВКФ «Ёрмунганд»
— Перевести огонь на орбитальные крепости, — холодно приказала Вирена Айна Бейншталь, стоял на флагманском мостике «Ёрмунганда».
Дредноут шёл во главе эскадры, прорываясь через жалкое подобие сил обороны Люцерна, спешно созданные новорождённым мятежным правительством системы.
Мертворожденным. Пожалуй, это слово подошло бы куда лучше, решила Вирена, бесстрастно наблюдая за тем, как находящиеся под её командованием корабли громили то жалкое подобие, которые местные военные гордо именовали «обороной».
Тяжёлые гразерные излучатели «Ёрмунганда» дали залп с левого борта, испарив сразу три корвета СНП.
Если кто-то когда-то и задумывался о визуальном определении выражения «чрезмерная сила», то случившееся подходило к нему как нельзя кстати.
От корветов не осталось даже обломков.
Операция «Возвышение» была в самом разгаре. Кодовое название наступления Первого и Третьего флотов на пространство Союза.
Первая дредноутная эскадра и силы прикрытия, а также контингент наземных войск. Все эти корабли вышли из гиперпространства на самом краю гиперграницы Люцерны больше восемнадцати часов назад. И сейчас подобное происходило в десятках систем СНП. Ударные группы РВКФ с небольшой разницей во времени покидали гиперпространство, сваливаясь на головы своим противникам, как гром посреди ясного неба.
Где-то это были столь же большие и хорошо вооружённые отряды.
Где-то силы атакующих имели меньшее количество. Впрочем, это не имело большого значения.
Вся операция планировалась более пяти лет. Пять лет работы разведки и военного планирования. Всё было просчитано заранее.
Первый флот Вирены получил свой список целей из девятнадцати систем. Третий обошёлся чуть меньшим количеством. Всего восемнадцать целей для удара.
Это был эндшпиль. Финал. Можно называть, как захочешь. Грандиозная военная операция, заключающаяся в ударе почти по сорока целям в один единый момент времени. Ещё никогда за современную историю человечества ни одно государство не действовало на столь большом театре военных действий и столь большими силами.
Даже Земная Федерация, обладающая самым огромным и многочисленным флотом, больше использовала его, как пугало или же огромную дубину, коей можно потрясти перед противником и одним лишь её наличием задушить любые попытки к сопротивлению.
Жалкая попытка в «проекцию силы». Подобное бряцанье оружием выглядело глупо. Зачем иметь при себе пистолет, если ты боишься или не хочешь использовать его по назначению?
Но, чему Вирена была рада ещё больше — так это грамотному действию собственного политического руководства.
Во всём Рейне нельзя было бы найти даже одного военного, который бы не доверял Карлу Адлеру. Репутация и вера в канцлера Протектората была непогрешима. Каждый из них знал, что может положиться на своего правителя, точно так же, как Канцлер мог доверить им воплощение собственных планов.
И сейчас их лидер не подвёл.
Проведённая более полугода назад встреча с губернаторами многих систем Союза стала истинным началом этой операции. На этой встрече Адлер выдвинул им свой ультиматум. Наступление Рейна неминуемо. Протекторат сделает свой ход в независимости от их желаний или амбиций. Всё, что они могут сделать — это принять одну из сторон в грядущем конфликте.
Первое. Каждая из систем, которая решится принять сторону Протектората будет интегрирована в состав нового государства.
Второе. Полное сохранение руководства на местах после интеграции.
Третье. Абсолютная и безоговорочная капитуляция всех местных вооружённых сил и силовых структур с последующим разоружением.
Четвёртое. Полный переход под правовую и законодательную структуру нового государства.
Четыре простых пункта, которые гарантировали местным губернаторам Союза, что при переделе власти они останутся у руля, продолжая править своими системами. Для них, должно быть, это просто выглядело очередной сменой вывески и некоторым изменением коррупционных схем.
Если раньше они платили людям в Верховном Собрании Союза, куда отбирались граждане отдельных систем для представления их интересов, то теперь им просто предстоит найти таких же людей в своём новом правительстве. Ничего не изменится.
По крайней мере они, должно быть, так думали.
И всё, что они должны были сделать — подготовить свои системы к приходу РВКФ.