«С.Л.К.-10» Иллюзия победы. Часть вторая (СИ)
Мощный импульс буквально подбросил «Шерхана» с земли, заставив «Шиву» отшатнуться в сторону. Всего на мгновение, но он потерял равновесие и промахнулся. Вместо того, чтобы пройти через грудь и добраться до кабины пилота, лезвие виброклинка врезалось левее, лишь краем зацепив её.
Правая часть обзорных экранов разлетелась осколками по всей кабине. Острые кусочки впились в её тело, но Лата не обратила на них внимание, с криком бросив свой доспех вперёд.
Ускорители даже не думали отключаться, Всё сильнее насаживая «Шерхана» на то, что осталось от клинка. Обезглавленный, лишённый руки и обгоревший мех столкнулся с «Шивой».
А левая рука прижала последний оставшийся у неё «пробойник» к тому месту на спине, за которым скрывалась кабина пилота.
Взрыв кумулятивного заряда оторвал «Шерхану» кисть, но это уже не имело значение. Это всё равно было в стократ лучшего того, что случилось с Абалом.
Кумулятивный импульс прошёл через точно такую же усиленную броню. И, как и в прошлый раз, он рассеялся значительно раньше, чем успел бы выжечь всё внутренне пространства коксита «Шивы».
Но это не означало, что он не достиг цели.
* * *Прошло почти два года. Но никто так и не подумал о том, чтобы исправить этот небольшой конструктивный недостаток, допущенный ещё при постройке первого прототипа.
Пятидесятимиллиметровая прослойка из вспененного теплоотводящего материала, которая прикрывала кабину пилота от избыточного тепла в случае перегрева реактора.
Когда кумулятивная струя «пробойника» добралась до этой прослойки, то её пористая структура привела к преждевременному рассеиванию кумулятивной струи. Сработала, как защита. Да, она не могла погасить её полностью, но смогла частично ослабить её эффект.
Вместо того, чтобы пробить броню, внутренний корпус кабины и изжарить всё внутри, мгновенно убив пилота, она лишь разошлась в пространстве, создав зону избыточного высокого давления. Вся левая внутренняя часть кабины лопнула с такой силой, словно по ней ударили огромным плоским молотом.
Осколки дисплеев и фрагменты корпуса взорвались прямо внутри. Точно так же, как это произошло с этим самым доспехом два года назад во время сражения за базу «Багран».
Тогда эта машина была там. И сидящий внутри неё человек тоже, пусть в тот день они так и не встретились.
Словно сама судьба свела их, повторяя случившееся в тот день события.
Абал закричал, когда кости левой руки и ноги сломались, словно сухие ветки. Как и несколько ребер с левой стороны. Вся левая сторона кабины разлетелась шрапнелью, раня его тело, под шум аварийных систем доспеха.
В ушах стояли надрывающиеся вопли бьющейся в агонии электроники, сигнализирующих о критическом сбое работы реактора. Ядро постепенно выходило из-под контроля и начинало перегреваться. Хашмитские инженеры так и не смогли довести эту технологию до ума. Проклятый перегрев реактора не давал ему возможности нормально маневрировать в последние пять минут боя.
Едва соображая из-за боли от переломов, Абал ударил правой ладонью по кнопке аварийной остановки ядра. Долгую секунду он был уверен, что опоздал и приготовился встретить ослепительную, обжигающую смерть. Но этого так и не случилось. «Шива» лишь замер на месте неподвижной статуей вместе с обхватившим его «Шерханом», когда питание ядра отключилось.
Лишённые питания системы стабилизации более не могли поддерживать искалеченную машину на ногах. Оба огромных доспеха рухнули на землю и очередной удар встряхнул израненное тело Абала так, что тот заорал от боли.
Первая же попытка выбраться наружу закончилась неудачей.
Левая рука и нога не слушались, отказываясь двигаться и вспыхивали болью при каждой попытке пошевелиться. Абал кое как смог расстегнуть ремни и комбинезон. Достать из кобуры на правом бедре пистолет.
Снятый шлем упал на пол кабины. Упавший на землю неподвижный доспех лежал сейчас на правом боку. Шипя от боли, он вывернулся из кресла и кое-как, достал до кнопки аварийного открытия кабины.
Приводы люка питались от собственных аккумуляторов на тот случай, если ядро заглохнет и пилоту нужно будет выбраться наружу. Стоило ему открыться, как в лицо раненому хашмиту ударил свежий, божественно прохладный и пропахший дымом и гарью воздух с запахом раскалённого металла.
С трудом, стиснув зубы от боли, Абал прополз по стенке кабины и попытался осторожно выбраться наружу. Левая нога совершенно не держала вес тела и мгновенно подкосилась. Стоило ему только опереться на неё, как он тут же рухнул на землю, шипя от боли такой сильной, что у него потемнело в глазах. Пистолет выпал из его руки и ударившись о броню упал на землю в нескольких метрах от него.
Кое как, он перевернулся на спину, привалившись правым плечом к почерневшей броне «Шивы». Стальной гигант замер в неподвижности безжизненным изваянием. «Шерхан» лежал рядом, сжимая его в объятиях своей единственной руки. Две боевые машины замерли упав на землю, словно гротескная и уродливая пародия на влюблённых, не желающих расставаться друг с другом даже после смерти.
Откуда-то сбоку раздались тихие шаги. Шорох подошв по земле.
Абал попытался кинутся к оружию, но его пальцы так и не дотянулись до него. Сверху их придавил ботинок, не давая ему схватить последнее средство к спасению.
Подняв глаза, Абал увидел стоящую над ним худую девушку.
Растрепанные и мокрые от пота светлые волосы липли к лицу, а свисающие пряди колыхались на ветру, что нёс в себе запахи едкого дыма от полыхающих на базе пожаров.
Пальцы Латы сжали рукоять пистолета, направив ствол ему в лицо. Она смотрела на него, тяжело и глубоко дыша.
— Ну, что? Пришла поиздеваться? — хрипло спросил Абал и через боль выдавил из себя усмешку. — Порадоваться победе? Или хочешь рассказать мне, о том, что я убил кого-то дорого для тебя? Да?
У него всё ещё оставался нож, в ножнах на жилете. Если он успеет дотянутся до него, то…
Выстрел снёс ему голову.
Лата всё ещё стояла, глядя на лежащего у её ног мертвеца. Пальцы вцепились в пистолет так, словно это была единственная реальная вещь во всей этой проклятой вселенной.
Пустота.
Она ожидала, что в этот самый момент почувствует всё, что угодно. Свободу. Торжество от свершения мести! Радость! Всё, что угодно! Хотела, чтобы смерть этого ублюдка наконец освободила её…
А вместо этого у неё осталась лишь пустота. Холодная и лишённая всякого смысла.
Смерть ничего не изменила.
Жизнь, которую она забрала, ничего не изменила. Не принесла желанного спокойствия.
Лата упала на колени прямо в лужу растекающейся по земле крови, оставшись наедине со своей местью, от которой не было никакого толка. Только что, она своими собственными руками совершила то, к чему так стремилась…
…и в ужасе поняла, что больше ничего и не осталось. Совсем. Это осознание ударило по ней больнее, чем весь прошедший бой.
— Прости меня, Вим, — прошептала девушка, стоя на коленях рядом с трупом Абала. — Я была такой дурой. Мне так… так жаль.
Пистолет выпал из её пальцев и упал на землю.
Она знала, что должно вскоре произойти.
Ей сообщили по связи, что рейнцы отступают и хотят взорвать базу. Но она понятия не имела о том, сколько времени у неё осталось. Да и какой в этом толк. Она всё равно не успеет убраться отсюда.
Да и хочет ли она этого? Теперь, когда в её жизни действительно не осталось ни единой цели на горизонте.
Почему-то в этот момент она вспомнила последний их разговор. Лата улыбнулась. Что толку сокрушаться над этим сейчас. Она сможет извиниться и позже, когда они снова встретятся.
Поднявшись на ноги, девушка просто побрела по полю, шагая посреди разбитой техники.
Она не хотела находится рядом с «Шерханом» или трупом этого ублюдка. Хотелось просто пройтись, чтобы не сидеть и не ждать, когда всё закончится…
Резкий порыв ветра едва не сбил её с ног. Земля вздрогнула, когда алый мобильный доспех опустился на ускорителях в нескольких метрах прямо перед ней.