В следующей жизни…
— Уже наслушались сплетен, мисс? — прошипел Малфой.
— Я не слушаю сплетен, — ответила она. — И не читаю бульварной прессы. Извините, если задела. У нас принято проявлять сочувствие, но англичане такие замкнутые, что я все время боюсь кого-нибудь оскорбить!
— Да что уж теперь… — с досадой произнес он. — Знает вся Британия. Чуть больше года назад умерла моя супруга.
Вторая реперная точка. Если он раскроется, то полдела сделано…
— Мои соболезнования, — искренне произнесла Антар. — Вы, должно быть, очень ее любили, раз так горюете.
— Дело не в том… — начал Люциус и вдруг сообразил, что открывает душу совершенно незнакомой девице. С другой стороны, кто-то когда-то рассказывал ему о маггловском понятии, «синдроме попутчика»: о самом сокровенном можно рассказать чужому человеку в поезде, тогда как близкие ни о чем и не догадаются. Видимо, это оно и есть… — Дело в том, как именно она умерла.
Девушка молчала, ожидая продолжения.
— У меня есть сын, — помолчав, сказал Малфой. — Единственный наследник. Я полагаю, вы понимаете, что это означает?
— Это опасно. Не приведи господи, с мальчиком что-то случится, тогда род прервется, — кивнула Дьеллор.
— Вот именно. Поэтому на Драко мы надышаться не могли… И вдруг выяснилось, что Нарцисса снова беременна… Мы были сами не свои от счастья! А потом она умерла… — Люциус прикрыл глаза. — Неожиданно. Меня не было дома, дел ведь по горло, она осталась одна… и ей стало плохо. Она успела еще позвать домовика, но те без приказа не могут вызвать колдомедиков, а Нарцисса уже потеряла сознание. Тот бросился за Драко, но поместье большое, пока сын добежал… Сами понимаете, мальчику было десять, и увидеть, как мать истекает кровью… Нельзя винить его за то, что он сперва бросился не к камину, а к ней.
— Так часто бывает, — вставила Антар. — Вместо того, чтобы срочно звать подмогу, пострадавшего начинают тормошить, пытаться привести в сознание и спрашивать, что с ним стряслось.
— Именно. А, как оказалось, минуты промедления оказались смерти… не просто подобны… — Малфой понял, что рука у него дрожит, и убрал ее подальше от чашки. — Спасти ее не успели.
— Внематочная беременность? — спросила Дьеллор.
— Все-таки почитываете прессу? — зло поинтересовался он.
— Нет, просто наслышана о таких случаях. Да и когда стажировалась в одной клинике, насмотрелась всякого. Бедная… неужели у вас не умеют диагностировать подобные вещи на ранних сроках?
Малфой бросил на нее такой взгляд, что девушка тут же добавила:
— Ну да, разумеется, традиции, семейный врач, который еще вас качал на коленях во младенчестве… Благородная дама, которая ни за что не даст осмотреть себя постороннему… А в результате страшная и нелепая смерть!
Первым побуждением Люциуса было запустить в нее непростительным или хотя бы сахарницей. Но ведь Дьеллор была права…
— Хуже всего пришлось Драко, — сказал он. — Я прибыл, когда все уже закончилось, а он… мать умерла буквально у него на руках, и я знаю, он винит себя в том, что промешкал. Одна надежда, ему в школу скоро, там он сумеет отвлечься…
— Не сможет, — ответила девушка и, поставив локти на столик, положила подбородок на сцепленные пальцы. Золотистые глаза пристально уставились на Малфоя. — Ему станет еще хуже. Там ему придется утверждаться. Искать свое место. Учиться. Заводить знакомства. А у него занозой сидит где-то в сердце чувство вины. Боюсь даже представить, что станет с его характером и с ним самим.
— Вы подозрительно много знаете о телесных и душевных недугах, мисс Дьеллор, — произнес Малфой. — Откуда?
— Я ведь сказала, что стажировалась в клинике. А там кого только не встречалось… Отделение для психических тоже имелось, — усмехнулась она и добавила: — Это была маггловская клиника для бедных.
Люциус поперхнулся остатками кофе.
— Однако интересную жизнь вы ведете, мисс Дьеллор, — выговорил он.
— Да, у нас считается, что нужно как следует повидать мир, — кивнула она серьезно. — И не с парадного входа, если можно так сказать, а с черного. Извините, я не всегда правильно строю метафоры на английском.
— Вы хотели сказать, с изнанки?
— Точно! И не только магический мир, но и маггловский. Очень, знаете ли, раскрепощает и расширяет мировоззрение, — улыбнулась Антар, и Люциусу вдруг показалось, что она старше, чем кажется.
— А ваши родные… тоже?
— Конечно. Одна бабушка была санитаркой, выносила раненых с поля боя во время Второй мировой… у вас это войной с Гриндевальдом называется, если не ошибаюсь, — задумчиво ответила девушка. — Вторая партизанила по лесам со снайперской винтовкой и, если не выдумывает, пару раз бросала гранаты под танки. Первый дед служил на подводной лодке, топил немецкие конвои, а другой сгинул в концлагере. Маме довелось поработать на заводе, отец был летчиком. Собственно, почему был? Он и теперь летчик, только уже в гражданской авиации, не военной…
Малфой потряс головой.
— И… вы хотите сказать, все они волшебники?
— Кроме той бабушки, которая снайпер, — спокойно сказала Дьеллор. — Та была обычным человеком. И насчет деда, который пропал, точно ничего сказать нельзя. А остальные — да, волшебники. — Она засмеялась. — Я понимаю, это у вас в голове не укладывается, но мы так живем который… год.
Отчего-то Люциусу показалось, что она хотела сказать «век».
Он задумался, и ему уже второй раз за сегодняшний день пришла странная мысль «А почему бы и нет?»
— Мисс Дьеллор, — произнес он, — вы крайне необычная особа.
— Я в курсе, — улыбнулась девушка. Она часто улыбалась, словно знала, насколько это ей идет. Впрочем, наверняка ведь знала!
— Уже вечереет, вы устали… Вы не согласитесь составить мне компанию завтра? Сыну нужно будет купить школьные принадлежности, а я заодно покажу вам все интересные и полезные лавки и объясню, как не заплутать здесь, — выдал он.
— Ну-у… Любите совмещать полезное с полезным? — сощурилась Антар.
— С приятным, вы хотели сказать?
— А что именно для вас приятно: собирать сына в школу или сопровождать иностранку?
— Тогда уж лучше сказать — приятное с приятным, — не остался в долгу Люциус.
— Сойдемся на этом, — кивнула Антар и встала, приняв протянутую руку. Официантку Малфой не ждал, тут просто запишут на его счет. — Только сегодня, уж пожалуйста, покажите, как дойти до этой проклятой гостиницы, как бишь ее?..
— «Дырявого котла»?
— Точно. А оттуда я уж отправлюсь в отель.
— Что вы имеете в виду?
— Я живу в обычном Лондоне, — пояснила она. — Не в этой же жуткой дыре ночевать! А там за те же деньги предлагают вполне приличные апартаменты.
— Вот как… — только и выговорил Малфой. — Что ж, идемте, я вас провожу… Кстати, а почему вы не аппарируете прямо отсюда?
— Потому что люди нервно относятся к возникающим из воздуха незнакомкам. А если аппарировать сразу в номер, портье непременно удивится, как это я попала туда, не взяв ключа, — терпеливо пояснила Дьеллор, беря его под руку.
— Ясно… Вот «Котел», мисс Дьеллор.
— Спасибо, сударь, вы меня несказанно выручили, — улыбнулась она. — Завтра?..
— Здесь же, чтобы вы не заплутали, в десять утра? Не слишком рано?
— Ну что вы.
— В таком случае, удачного пути и доброй ночи, — Малфой откланялся.
Девушка пристально посмотрела ему вслед. Показалось ей, или в тусклых серых глазах загорелась какая-то искра? Даже если так, с ним одним нет смысла возиться, его-то проще расшевелить. Нужно еще посмотреть на мальчика, а там, судя по всему, работа предстоит немалая… А до школы всего месяц.
«Успею», — сказала себе Антар Дьеллор, поправила прическу и, убедившись, что ее никто не видит, аппарировала невесть куда.
— Глава вторая
Новое знакомство
— Драко, ты готов? — спросил Люциус сына.
— Да, папа, — ответил тот бесцветным голосом. Он и сам сделался каким-то бесцветным за прошедший год, ничего не хотел, ничего не делал, ничем не интересовался…