Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

Гермиона, ты уверена, что хочешь остановиться здесь – в одной комнате с мальчиками? – Молли решила хоть одну гостью поселить в доме.
Они мои друзья. Неужели вы думаете, что они могут меня обидеть? – щеки Гермионы снова порозовели, она-то поняла, что миссис Уизли намекает на то, что непристойно девушке спать в одной комнате с парнями, но идти в дом она не хотела.
Молли, ничего страшного, - Люциус поспешил разрешить затруднение морального плана. – Мисс Грейнджер… Гермиона, где вы предпочтете спать - слева или справа? – он указал на крайние кровати.
Слева, - быстро сделав выбор, ответила Гермиона.
Люциус взял из-за стола один из стульев, поднес его к выбранной Гермионой кровати и взмахнул волшебной палочкой, нарисовав ею в воздухе замысловатый вензель, и на глазах у всех стул превратился в стену с дверью, отгородившую угол комнаты с кроватью. Как-никак Люциус был мастером трансфигурации, поэтому ему ничего не стоило немного помочь подруге сына.
Спальня для вас вышла, конечно, крошечная, но все условности теперь будут соблюдены, мисс Грейнджер, - Люциус улыбнулся.
Спасибо большое, мистер Малфой, - поблагодарила Гермиона, затем оглянулась на миссис Уизли – та добродушно махнула рукой, соглашаясь с подобным решением «маленькой проблемы».
Думаю, нам стоит оставить ребят одних – им нужно освоиться в палатке, - Молли хотела было уже направиться к двери, когда голос подала Джинни, которая до этого вела себя так тихо, что о ее присутствии все уже и позабыли:
А можно и мне сделать такую комнату, как у Гермионы? Здесь ведь есть лишняя кровать…
Нет! – Рон решительно перебил сестру. – Мы с друзьями хотели бы пожить в палатке без посторонних.
Но я не посторонняя, я – твоя сестра, - Джинни обиженно поджала губы.
Джин, ты поняла, что я имел в виду, - Рон в упор посмотрел на сестру.
Хорошо, - Джинни не стала спорить, она развернулась и вышла из палатки, провожаемая пристальным взглядом Поттера.
Люциус попрощался с сыном, Северус ограничился кивком Гарри, и они вместе с Молли, предупредившей ребят, что ждет их через час на обед, оставили друзей разбираться со своим временным жильем.
========== Глава 150 ==========
Драко был в восторге от идеи Рона пожить в палатке – он не уставал нахваливать его, устраиваясь на выбранной для себя кровати и развешивая на «рогатой» вешалке некоторую свою одежду, достав ее из дорожного рюкзака. Гермиона, забросив вещи в личную спальню, решила посмотреть – что же находится за неприметной дверью в углу за диваном.
Оу! Здесь даже есть душевая и туалет, - она ненадолго замолчала, а потом со смятением в голосе заметила: - Это, скорее, целый переносной дом. Но мне нравится. Несомненно, здесь гораздо удобнее жить, чем в обычной палатке. А где можно купить волшебную палатку? И как дорого она стоит?
В специальном магазине, полагаю. Только не спрашивай у меня, где он расположен – я не в курсе. А еще существует уйма всяких каталогов, думаю можно найти и тот, в котором предлагают магические палатки, - Драко взялся ответить на вопрос Гермионы, поняв, что ни Рон, ни Гарри никогда не задумывались о том, чтобы приобрести что-то, не продающееся в Косом Переулке.
С новыми условиями жизни они освоились быстро. Кушать ребята ходили в дом, чтобы не обижать миссис Уизли, которая расстроилась, когда Рон в первый же вечер только заикнулся, что они заберут еду в палатку и там поедят. Но это не отменяло посиделок у костра и жареных на огне сосисок и хлеба. Иногда к ним присоединялось все семейство Уизли. Однако «гостеприимством» Рона и его друзей они не злоупотребляли, помня о случае с близнецами…
После первой ночи, проведенной в палатке, утром Рон и его гости застали сухие сучья, собранные ранее, сваленными кучей перед самым входом. Когда же Гермиона решила просто откинуть в сторону пару веток, чтобы без проблем выбраться на улицу, то оказалось, что сучья облиты зельем, вызывающим ожоги, напоминающие усиленное воздействие крапивы. Болезненные волдыри, моментально вскочившие на ладонях Гермионы, привели всех ребят в бешенство. Рону с его способностью эмпата не стоило большого труда наверняка выяснить, что эта гнусная выходка была делом рук близнецов. От Рона они получили в подарок по яркому синяку – у Джорджа под глазом, а у Фреда – на скуле. И для этого вовсе не применялась магия. Гарри повторил свой опыт с магическими розгами, только на этот раз не ограничился одним шлепком, заставив задницы близнецов полыхать от боли. А Драко, не размениваясь на мелочи, наградил их безобразными лопухообразными мохнатыми ушами и предупредил, что это родовое проклятье, и снять его сможет только член рода Малфой, так что в больницу святого Мунго они могут даже не обращаться, вряд ли им там помогут даже за месяц. В ситуацию пришлось вмешаться Молли, она сразу же залечила руки Гермионы и призвала близнецов-хулиганов к ответу, заставив ближайшую неделю усиленно помогать ей на кухне, а Драко к вечеру все же уговорила освободить ее непутевых сыновей от «украшений» на головах.
 
Полеты на метле, прогулки в ближайший лес и в поля, теоретическое изучение новых заклинаний, и даже с энтузиазмом поддержанная Гермионой идея обучения танцам, для которых было почти достаточно места посреди палатки – все это давало ребятам возможность чувствовать себя довольными отдыхом в гостях у Рона. И даже мстительные взгляды близнецов, которые те не очень-то старались скрыть, и подглядывающая за ними издали и норовящая при случае оказаться сидящей рядом с Гарри за обеденным столом Джинни не могли испортить им настроения. Поведение близнецов было понятным, им не терпелось найти возможность отыграться за свое унижение – их «сделали» трое малолеток, каковыми они считали Рона и его друзей. После их пакости с сучьями для костра, Гарри никогда не оставлял палатку без защиты – ни на ночь, ни днем, если они всей компанией уходили далеко от нее. Отталкивающие чары были самым безобидным в контуре защиты, который он выставлял вокруг всей поляны с палаткой. Когда близнецы через пару дней попытались взломать его заклинания, считая себя весьма способными и практически взрослыми магами, им пришлось просить помощи у матери, потому что вся их кожа покрылась огромными синими прыщами. Гермиона как-то выразила свое удивление поведением близнецов, которые в последнее время в школе вроде бы поутихли и не строили каверзы на каждом шагу ничего не подозревающим студентам.
Спермотоксикоз, - поставил диагноз Драко. – Им Анджелины не хватает.
Гермиона, чуть порозовев от смущения, все же рассмеялась, услышав этот вердикт. Она была вынуждена согласиться с тем, что это может оказаться правдой. Джинни, наказание которой от Дракона закончилось в последний месяц учебного года, не казалась слишком назойливой, но и ее несколько необычное поведение было замечено Гарри, однако он старался не зацикливаться на наблюдениях за ней. Особенно после слегка насмешливого замечания Рона о том, что Джинни выбрала новую тактику для покорения его сердца.
В последний вечер перед возвращением всех по домам Гарри наконец-то решился открыть друзьям свою тайну. Он долго обдумывал – стоит ли им говорить о том, что он стал главой рода, или ограничиться лишь полуправдой и сообщить, что он теперь полноправный наследник. Его сомнения не были проявлением недоверия к друзьям. Гарри понимал, что каждая его тайна, которая становится известной им, увеличивает риск принести с собой неприятности – если не прямо сейчас, то в будущем. В конце концов перевесил здравый смысл – если друзья не будут знать о его настоящем статусе, то им могут оказаться непонятны его поступки в ближайшем будущем, а то, что изменений уже не избежать, было понятно и без предсказаний мисс Трелони.
Посидев на прощание у костра и дождавшись, когда от дома перестанут доноситься голоса, говоря о том, что родственники Рона отправились спать, Гарри позвал друзей внутрь палатки: