Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

Гарри помолчал несколько минут, продолжая вертеть в руках почти пустой бокал – лишь на его дне еще плескался глоток чудесного вина. Он не любил рассказывать о себе, но понимал, что просто так Сириус не отступится. Поэтому, собравшись с мыслями, безэмоционально рассказал-таки о том, как ему жилось у тетки до девяти лет.
Учти, Дамблдор предупреждал меня, чтобы я тебе не рассказывал, где и как жил после гибели родителей, так что не проговорись ему, - Гарри криво усмехнулся, понимая, что неосознанно подстраховался действием добровольной магической клятвы Сириуса.
И тебя спас Снейп? Это он провел ритуал Защиты наследника рода? – Блэк кипел от ярости на действия Альбуса, услышав об антимагических наручниках и надзирательской роли Грюма.
В то время я познакомился с Северусом, - подтвердил его догадку Гарри. – О ритуале я узнал только в одиннадцать от гоблинов одновременно с тем, что у меня трое родителей. Гоблины называют меня трирожденным. Мне почему-то кажется, что это не только потому, что у меня мать и два отца, - Поттер пожал плечами, словно извинялся за свое предчувствие. - Сириус, я не хочу тебе врать, но кое о чем пока не могу рассказать. Одно ты должен уяснить - с того времени мне стало гораздо легче жить. Я узнал о том, что я волшебник, а не чокнутый урод, как твердили мне родственники.
И за это следует благодарить Снейпа, - Сириус не спрашивал, он уже понял, почему Гарри так привязан к школьному сопернику своего отца.
Да, Северус… он мне как… - Гарри не мог подобрать сравнения, чтобы объяснить крестному, насколько ему близок Снейп. Не только он, конечно, но о Томе пока говорить было нельзя.
Как отец? – подсказал Сириус.
Что?! Нет! Нет, - Поттер засмеялся от несуразности такого предположения и даже головой замотал. – Я никогда так о нем не думал, даже в девять лет. Друг – вот это ближе к тому, что я чувствую к нему. Просто - старший друг, на знания и опыт которого я всегда могу опереться. А еще – учитель и в чем-то наставник.
Я завидую ему, - почти прошептал Сириус, наблюдая за тем, как загорелись глаза Гарри, когда он говорил о Снейпе.
Не нужно. Ты мне тоже дорог. Мы уже с тобой сдружились, - Гарри дотянулся до руки Сириуса, покоящейся на подлокотнике кресла, и пожал ее.
Прервавшись на обед в присутствии Грюма, который удостоился нескольких колких замечаний от Сириуса, они затем заперлись в хозяйском кабинете, и Гарри немного рассказал о своей учебе в школе на первом и втором курсе – чуть больше, чем он позволил себе зимой во время их первых встреч. Ему было сложно рассказывать о Драконе так, чтобы не наговорить лишнего и не раскрыть тайну своего знакомства с древним василиском – все же это был не его секрет. Но Гарри выкрутился, предупредив Сириуса, что подробности он не вправе раскрывать. Рассказ о насыщенной приключениями и опасностями жизни крестника заставил Сириуса еще больше утвердиться в мыслях о том, что от влияния Дамблдора на его сознание ему следует избавиться как можно скорее. А уж свое отношение к нему Блэк успел уже пересмотреть окончательно – Альбус оказался в проигрыше.
Дамблдор, сидя в своем директорском кабинете и с удовольствием поедая маггловские конфеты, за которыми еще днем специально сходил в небольшой магазинчик в Лондоне, даже не подозревал о том, что все его планы и надежды на приобретение еще одной марионетки в лице Сириуса Блэка в это время рассыпались прахом и, подхваченные ветром истины, были развеяны окончательно.
Аластор, чем занят Гарри? Он не скучает в гостях у Сириуса? – Альбус с громким шелестом развернул очередную конфетку.
Чем занят? Ест, спит и дурака валяет. Прогуливается за шоколадом и булками в маггловский магазин, словно ему мало того, что домовик готовит, - Грюм был недоволен этим вызовом для разговора по душам. Он опасался каверзных вопросов и трудновыполнимых заданий, завуалированных под просьбы.
А Сириус? Он же не выходит из дому? – услышанное заставило Дамблдора насторожиться. Он, конечно, не рассчитывал, что Поттер будет сидеть в Блэк-хаусе безвылазно, но считал, что слишком много свободы мальчишке на пользу вряд ли пойдет.
 
Да вроде как сидит дома. Альбус, если тебе интересно – пойди у него и спроси. Ты же не забыл, что я работаю? Или мне уволиться из Аврората и нянчить тебе Поттера да следить за Сириусом? – плохо скрытое раздражение, которое Грюм и не собирался прятать, вызвало у Дамблдора недовольство.
Аластор, ты же понимаешь, что я на тебя надеюсь. Я не хочу идти в Блэк-хаус, пока там гостит Гарри – не нужно, чтобы он подумал, что я ему не доверяю. А у Сириуса всегда в голове ветер гулял. Ты же не хочешь, чтобы он попался твоим сотрудникам? Если в Аврорате узнают, что ты не донес на него, то будешь сидеть с супругом в соседней камере в Азкабане, - глазки Альбуса зло сверкнули, поглядывая на Грюма поверх зачарованных очков.
Не пугай меня! Не страшно! Я его супруг, и согласно уложения от 1871 года имею право не доносить на близкого родственника. Закон в таком случае полагается на сознательность граждан, - Грюм говорил правду. Как только Сириус провел ритуал, заставляющий Аластора скрывать ото всех правду о супруге, Грюм основательно порылся в сводах законов, отыскивая для себя лазейку – и такая нашлась. Министерство Магии, придумывая новые законы, забывало иногда аннулировать старые, и если точные формулировки не слишком противоречили друг другу, то в магическом мире порой прекрасно уживались практически взаимоисключающие законы. – А если ты так за себя лично переживаешь, то почему не сдал его аврорам, когда возле Визжащей хижины встретил? Альбус, я не буду для тебя следить за собственным супругом, - Аластор решил притвориться чтящим семейные узы.
Я не заставляю тебя следить за Сириусом, - Дамблдор был поражен подобным отпором Грюма. «Неужели у них все так хорошо складывается, что Аластор теперь принимает сторону Блэка?» - мелькнула в голове Альбуса мысль. – Но его следует подстраховать и не дать совершить ошибку, которая может дорого обойтись всем нам. Уложение, которое ты упоминал, давно устарело, и нет гарантии, что на него обратят внимание, потому что есть более новые, которые не дают подобных поблажек родственникам преступников. Но не в этом дело… - Дамблдор замолчал и пару минут сосредоточенно пил чай, беря эмоции под контроль. Он понимал, что сейчас давить на Грюма не стоит, но мстительная натура требовала реванша, и Альбус уже неосознанно начал прикидывать, как поставить Аластора на место. – Дашь Гарри еще денек, а послезавтра отправишь его к Дурслям.
Они в курсе, что я к ним Поттера приведу? – Аластор уже успел сделать вид, что успокоился и перешел на деловой тон.
Гарри все время проводит лето у них. Так к чему подобные вопросы? – Дамблдор не понимал, почему он должен каждый год договариваться с какими-то магглами, неужели им мало его прошлых наставлений? - Если что-то будет не так, сообщишь мне, и Северус потом разберется, - все же на всякий случай уточнил он.
Грюм уходил из Хогвартса недовольный Альбусом и его указаниями. «Я ему не мальчик на побегушках! Война давно закончилась! Нечего меня все время поучать и одергивать! Мало мне Блэка с его брачными узами, так еще и этот норовит узду надеть. Не дождется! Я свое отработал! Не собираюсь я ему больше подчиняться!» – кипел Аластор, ковыляя к границе антиаппарационных чар – он из принципа не захотел идти через камин, чтобы не выслушивать в очередной раз, что в Блэк-хаусе стоит открыть доступ к каминной транспортной сети. Не объяснять же, что Сириусу никто не указ.
А тем временем Дамблдор любовался клонящимся к горизонту солнцем и довольно ухмылялся своей мысли – он уже придумал, как взять Грюма в оборот так, чтобы тому пришлось поработать под полным и безусловным руководством его - Альбуса. «Слишком уж гонористым стал. Забыл, с чьих рук ел, и кто тебе выгодный брак устроил. Так не пойдет, Аластор. Ты мне почти друг, но… За все нужно платить полной мерой», - Дамблдор злорадно улыбнулся своим рассуждениям.