Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

— Альбус, я получила ответы от всех первокурсников из магических семей, кроме Поттера. Сам понимаешь, что Мальчик-Который-Выжил в центре внимания. Многие ожидают его появления в школе в этом году. Поэтому я и волнуюсь, не случилось ли с ним чего-либо непредвиденного, — пояснила свое беспокойство профессор МакГонагалл, усевшись на самый краешек неудобного стула.
— Минерва, нечего паниковать. Ничего с твоим Поттером не случилось. У мальчика нет совы, как он тебе ответит? Ты же знаешь, что он в тайном месте живет.
— Не в таком уж и тайном, — МакГонагалл поджала губы, намекая, что письма будущим первокурсникам пишет и отправляет она, и поэтому видит надписанные Магией адреса. — Но ему-то письмо сова доставила, несмотря на странное уточнение в адресе, — прозорливо заметила МакГонагалл.
— Все правильно. Мы к нему сходим и все узнаем. Я займусь этим. У тебя есть еще что-нибудь ко мне? — директору очень не нравились расспросы про Поттера, особенно намеки на указанный Магией чулан, как место его проживания. Два дня назад Дамблдору уже пришлось отбиваться от любопытства Минервы.
— Нет. Только хочу довести до твоего сведения, Альбус, что твой любимый лесник Хагрид вчера снова напился вдрызг и потоптал грядки возле третьей теплицы. Что уж он там делал, я не знаю наверняка — не присутствовала, но судя по пожелтевшим, словно облитым чем-то ядовитым листьям растений и специфическому запаху — справлял нужду. Профессор Спраут очень сердилась. Прими меры. Сколько можно терпеть в школе пьяницу? — Минерва поднялась и, чопорно кивнув на прощание, удалилась из кабинета с чувством исполненного долга, а Дамблдор задумчиво смотрел ей вслед.
— Хагрид… Он иногда бывает просто незаменим, хоть и хлопот с ним и его пьянством немало. Рубеус мне предан еще с тех времен, когда я открывал Тайную комнату. Он так удачно тогда подвернулся со своим акромантулом, что мне без труда удалось устроить обвинение его тварюшки в смерти очкастой девчонки, так некстати попавшейся на пути василиска. Хотя это еще хорошо, что тот монстр так быстро вернулся в свое логово, — Дамблдор бессмысленно перекладывал пергаменты на своем столе, ударившись в воспоминания. — А ведь считалось, что рассказ об ужасном чудовище из Тайной комнаты — это только аллегория или сказка для детей, чтобы не лезли, куда не нужно. Оказалось-то вон как. Уже считай пятьдесят лет прошло, а я все никак не найду способа проникнуть в Тайную комнату без риска для себя. Не хочется убивать такую древнюю тварь, вдруг еще пригодится? Где-то там, в подземельях, хранится библиотека Салазара Слизерина, но стать памятником себе самому, по глупости нарвавшись на реликтовую рептилию, нет желания, — директор по старой привычке тихонько бормотал, разговаривая сам с собой. Ему было так удобнее. Когда мысль произносилась вслух, он гораздо быстрее мог найти логическое несоответствие, если оно было в его размышлениях. — Хагрид до сих пор готов мне руки целовать за то, что его не посадили тогда в Азкабан, а только сломали волшебную палочку и выгнали из школы, не позволив дальше учиться. Это именно я уговорил директора Диппета оставить его при Хогвартсе, позволив помогать лесничему Оггу, чье место теперь занимает Рубеус. Да, я тогда сжалился над полувеликаном, зная наверняка, что он не виновен в смерти той девчонки Миртл. М-да, — Дамблдор повертел в руках волшебную палочку, провел пальцами по ее резным узорам, погладил ласково и нежно, словно она была живой. — Прекрасный и прозорливый поступок я совершил в прошлом… — самовлюбленно похвалил он себя. — Вот и кандидат в няньки для Поттера. Хагрид в очередной раз сослужит прекрасную службу, расположив мальчишку ко мне. Главное, познакомить их, после этого Рубеус и сам справится, даже без подсказки. Его неизменная привычка восхвалять мои заслуги заставит Гарри проникнуться ко мне уважением, — и тут интересная идея направила размышления Альбуса в новое русло. — Может, действительно послать его к Поттеру? Вместо Минервы, которая обычно посещает магглорожденных первокурсников и знает, как себя с ними вести. Поттер ведь у нас тоже вырос среди магглов. Она, конечно, мой заместитель и вероятный декан мальчишки, но Минерва слишком чопорна, как монахиня. Дети таких не очень любят. А вот Хагрид — другое дело. Поттер увидит его и сразу поверит, что магия не выдумка, — свою кандидатуру Дамблдор даже не рассматривал — негоже директору ходить по домам, зазывая к себе в школу учеников. — Один только вид Рубеуса-полувеликана скажет мальчишке, что чудеса существуют. Глуповат Хагрид, конечно. Но ничего сложного в том, чтобы сопроводить Поттера по магазинам, ведь нет? Или не рисковать? Минерва наверняка справится идеально с задачей. Но ее поведение может насторожить Гарри, и он подумает, что маги не добрее Дурслей, такие же строгие. А нам нужно, чтобы он считал, что ему открылся путь в сказку, где все его любят, особенно опекун, занимающий важное место в магическом мире. Так… И кого из них отправить к Поттеру? — Дамблдор обвел глазами кабинет и его взгляд остановился на фениксе, сидящем на позолоченной жердочке и лениво перебирающем свои перья. Странная волшебная птица, увязавшаяся за ним много лет назад, порой казалась слишком умной и даже вызывала невольный нервный трепет своим мудрым взглядом черных глаз-бусин. Словно она читала в душе и знала о тебе все, даже скрытое от самого себя. Решение пришло легко. — Диппет считалочкой пользовался, если не мог сделать выбор. А мы поступим по-другому, — взяв два небольших кусочка пергамента, Альбус написал на них «Хагрид» и «Минерва». Свернув каждый пергамент в трубочку, он решительно подошел к огненной птице. — Фоукс, помоги мне. Выбери одну из записок, — с этими словами он протянул ему на ладонях два маленьких свитка.
 
Феникс внимательно посмотрел на Дамблдора, наклонив голову с симпатичным хохолком сначала в одну сторону, затем в другую. Потом словно насмешливо заклекотал и указал клювом на пергамент в правой руке Альбуса.
— Сейчас посмотрим, — Дамблдор на ходу, возвращаясь за свой стол, развернул записку. — «Хагрид». Спасибо, Фоукс. Я тоже думаю, что Хагрид будет лучшим выбором для знакомства Поттера с нашим миром. Я не сомневаюсь в преданности Минервы, но она все же какая-то суховатая, а мальчишке нужен добрый сопровождающий и такой, чтобы не давил на него своим авторитетом, — казалось, Альбус по привычке продолжает себя уговаривать. — А сегодня же ночью нужно сходить к Поттеру…
Так, наконец-то приняв решение, Дамблдор расслабился и решил почаевничать. Позвав домовика, он заказал себе кусок торта и тарелку пирожных. С приготовлением чая он справился парой взмахов волшебной палочкой, которую, казалось, не выпускал из рук никогда, даже во сне.
На Тисовой улице в маленьком городке Литтл Уингинг было тихо и безлюдно. Да и как может быть иначе в таком приличном и спокойном районе в то время, когда на дворе было далеко за полночь? Дамблдор практически беспрепятственно вошел в дом Дурслей, словно хозяева специально оставили для него дверь незапертой. Небрежным взмахом волшебной палочки Альбус усыпил всех жильцов дома. Глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, он чуть не бегом направился к чулану под лестницей. Заглянув в каморку и убедившись, что Поттер на месте, Дамблдор вынул из глубокого кармана своей мантии контейнер для артефактов и поставил на край топчана, на котором спал мальчик. Быстро открыв замочки на браслетах, украшающих руки Гарри уже два года, Альбус незамедлительно снял антимагические наручники и спрятал их в экранированный контейнер. Когда собственная магия вернулась, Дамблдор еще несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул, успокаиваясь. Затем бросил в Поттера несколько базовых диагностических чар.
— Вот ублюдок. Справился-таки с наручниками. Надеюсь, магия твоя и останется такой слабой. Мне выпендрежники не нужны, мальчик. Запомни это, — прошептал Дамблдор и недовольно поджал губы, обнаружив, что Гарри сохранил магическую силу и не стал сквибом. — Давно я тебя не видел. За год ты на голову вырос, не меньше. Да и побоев на тебе не заметно. Воспитали тебя родственнички? — Альбус злобно хихикнул, представив, как Поттер унижается перед теткой и ее семьей, чтобы не получать оплеухи и тычки. — Ничего, в школе тебе понравится. Мы тебе друзей хороших подберем. Будешь ко мне на чай ходить. Есть из моих рук будешь. В рот заглядывать и за пророка почитать.