Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

— Это не очень надежная защита для тебя, Гарри, но на большее не стоит рассчитывать, если ты пойдешь один. От гоблинов ждать неприятностей нет причины, но в банк ходят волшебники, вот они и могут создать проблемы, — Том выжидающе смотрел на Поттера.
— Спасибо. Думаю, такой план вполне подойдет. В Гринготтсе мне ничего не грозит. Разве что в это же время там будет и сам Дамблдор. Но, надеюсь, гоблины меня предупредят об этом до того, как я предстану пред ним. Не хочу его видеть, — Гарри раздраженно дернул плечом.
— Отлично. Доедай, и пойдем, — подвел итог Снейп. — А встречи с Дамблдором тебе все равно не избежать. Не сейчас, так в школе. Так что — готовься, — не удержался он от упоминания неприятного факта. Северуса немного раздражал вчерашний бунт Поттера. Обычно тот соглашался с мнением старших. Но, видимо, все бывает впервые. Только вот от понимания этого, уступки малолетнему мальчишке не становились приятнее для Снейпа, привыкшего указывать студентам, что делать, и не терпевшего при этом своеволия.
Посещение Гринготтса прошло спокойно и без неожиданностей. Гарри, благодаря специальному пропуску, через каминную сеть попал в приемную Гринготтса, где его вежливо провели к управляющему делами Поттеров — уважаемому Глазоварсу. Снейп удачно рассчитал время, и они с Гарри даже успели заметить друг друга в коридоре, ведущем в личные кабинеты управляющих. Поттер после получения общего отчета о финансовом состоянии дел рода попросил провести его к Родовому гобелену. Глазоварс поджал губы, словно ему не очень нравилось любопытство Гарри, но отказать в законном требовании не посмел. Они прошли в большую комнату, две стены которой занимал шелковый гобелен с удивительным рисунком. Правый край гобелена выглядел незаконченным, словно там невидимые мастера продолжали ткать его. Все его поле было испещрено именами, какими-то значками и символами, надписями, линиями разных цветов, соединяющими имена. Если не присматриваться, рисунок был похож на дерево, лежащее на боку.
— В родовом замке находится упрощенная копия этого Родового гобелена Поттеров…
— Почему упрощенная, — невежливо перебил Гарри и тут же опомнился: — Простите, пожалуйста, мою несдержанность.
— Молодость, — пробормотал гоблин, но замечание делать не стал, а терпеливо пояснил: — Упрощенная — потому что так положено. Здесь, — Глазоварс указал на гобелен, — остаются и отсеченные ветви, и члены семьи, изгнанные из рода, и ушедшие в другой род, и сквибы. Они имеют свои пометки, но с гобелена не исчезают. Поэтому здесь все еще есть возможность проследить и затерянные связи, а порой и выяснить, как получилось, что у, казалось бы, прерванного рода появляется наследник, — Глазоварс так выпячивал грудь, словно создание такого грандиозного артефакта было его личной заслугой. — А в родовых замках находятся гобелены, на которых указаны практически только золотые и серебряные ветви, за очень редким исключением. К тому же после прерывания рода, вернее, после появления нового главы рода, избранного Магией после его прерывания, такое тоже бывает в нашем мире, Родовой гобелен в родовом замке обновляется. На нем остаются только имена основателей рода, а следом уже сразу появляется имя нового главы рода. Все подробности предыдущего развития рода остаются только вот на этом гобелене.
— Спасибо за разъяснение, уважаемый, — поблагодарил Поттер, а сам уже отыскал взглядом запись о своем рождении. — У меня трое родителей… — почти прошептал он. Гарри знал об этом еще с прошлого посещения Гринготтса, но увидеть это на могущественном артефакте было впечатляюще.
— Вы правы, мистер Поттер. Вы очень необычный волшебник, — глаза Глазоварса горели восторгом от возможности быть управляющим столь древнего рода, в котором, к тому же, произошло такое редкое явление.
— Джеймс Карлус Поттер (Певерелл), Лили Эванс-Поттер (Певерелл), Геллерт Гриндевальд, — прочел Гарри. — А почему «Певерелл» стоит в скобках? — Поттер повернулся к Глазоварсу, чтобы выслушать ответ.
 
— По-видимому, Великая Магия позволила Лили Эванс стать вашей матерью, потому что она была носителем наследия Певерелл, подтвержденного таким же хотя бы у одного из ваших отцов — Джеймса Поттера. Странно только, что… — пробормотал последние слова себе под нос Глазоварс, а затем, словно поняв, где находится, встряхнулся и спросил: — Вы ведь в курсе, что являетесь обрядовым наследником?
— Да, я уже знаю. Вы хотите сказать, что если бы ни у кого из моих отцов не было наследия Певереллов, то…
— То вы, скорее всего, родились бы обычным магом, у которого двое родителей — двое отцов, — подтвердил его догадку гоблин.
Поттер некоторое время молча изучал Родовой гобелен, двигаясь взглядом в прошлое рода. Древо располагалось как бы «лежа», и Гарри рассматривал его, идя вдоль гобелена. Он отыскал Игнотуса Певерелла, который через века передал свое наследие его отцу — Джеймсу Поттеру. Прослеживая свой путь в обратном направлении, Поттер внимательнее присматривался к записям на тканой поверхности артефакта. Ветви рода на гобелене разбегались в стороны, некоторые обрывались, другие заканчивались пунктирными линиями, переходящими в новые ветви, на периферии записи имен членов рода все чаще были окрашены в разные цвета, оставляя только центральные золотыми и серебряными. Как понял Гарри, «цветные» имена — это и были ушедшие в другие рода маги и отрезанные от рода волшебники, а также сквибы. Золотая жилка привела его взгляд к своему собственному имени, вышитому золотом.
— Золотой цвет означает, что я главный наследник? — наконец прервал он молчание.
— Да. Вы на данный момент единственный прямой наследник рода Поттер. Магия предусматривает возможность появления до трех прямых наследников, так называемый золотой список, хотя утверждает главой рода только одного из них. Как видите, у вас пока соперников нет. Как нет пока и главы рода, к сожалению. Те, кто расположен на серебряных участках ветвей, являются вашими наследниками, рядом должны быть указаны наследники второй очереди. В каждом роду по-разному бывает, но обычно от трех до девяти наследников второй очереди, не более. Они для вашего рода пока Магией тоже не определены. Мистер Поттер, я очень надеюсь на процветание в будущем Рода Поттер благодаря вашим несомненным способностям. Магия не зря дала роду в качестве прямого наследника трирожденного. Рожденного тремя родителями, — пояснил Глазоварс на вопросительный взгляд Поттера.
— Постараюсь, — вежливо улыбнулся Гарри словам гоблина. — Значит, мама не была магглорожденной?
— Как видим — не совсем. Раз уж Магия отыскала в родословной вашей матери магические корни.
— А вы не могли бы мне объяснить, как получилось, что она не жила в магическом мире? Или вы этого не знаете? — вопросы Поттера не иссякали.
— Для этого вам следует, скорее всего, посмотреть Родовой гобелен Певереллов. Видите ли, рода Эванс в магическом мире нет. Пометка «Певерелл» нас отправляет к соответствующему роду, а, следовательно, и к его гобелену. Не исключено, что там будет ссылка еще на какой-то род. Тогда придется изучать еще один родовой гобелен, если вам захочется полностью узнать имена предков своей матери. Вот это и есть тот случай, когда только на гобелене Гринготтса остаются связи, позволяющие выяснить такие спорные вопросы, — Глазоварс сделал приглашающий жест рукой, предлагая Гарри покинуть комнату с гобеленом. — Если здесь все, то прошу.
— А как мне посмотреть тот гобелен? Я могу встретиться с управляющим рода Певерелл? — поинтересовался Гарри, выходя в коридор и следуя за гоблином по лестнице, ведущей на верхние этажи, к кабинетам.
Глазоварс недовольно покачал головой, давая понять, что такие вопросы не задают в коридоре. И только зайдя в кабинет и умостившись на высоком кресле за столом, он дал ответ:
— С управляющим встретиться можете, но вы не являетесь пока утвержденным наследником этого рода. Поэтому ни финансовых интересов у вас к роду нет, ни каких других, кроме того, что вы можете узнать, к какой очереди возможных наследников относитесь на данный момент. Только утвержденные наследники первой и второй очереди, то есть золотой и серебряный список, допускаются к гобеленам в Гринготтсе. Вы сейчас являетесь потенциальным наследником рода Поттер, а других наследников ни первой, ни второй очереди пока нет. Именно поэтому я посчитал возможным показать вам Родовой гобелен. При другом раскладе вам путь туда был бы запрещен до четырнадцати лет, когда Магия утвердит вас в своих правах. У рода Певерелл сейчас есть глава рода. У рода Гриндевальд, насколько я знаю, тоже. В четырнадцать лет после проведения очередного ритуала родственных связей мы узнаем, являетесь ли вы значимым наследником родов второго отца и матери. Но те оба рода, несомненно, заинтересованы в вас, благодаря необычности вашего рождения. А насчет Лили Эванс… После вашего полного признания наследником любого из родов вы сможете сделать запрос в Гринготтсе для составления индивидуального дерева родства покойной матушки, раз у вас есть в этом заинтересованность. Конечно же, за определенную плату. У вас есть еще вопросы, мистер Поттер? Возможно, вам нужны наличные деньги? — Глазоварс, который был вынужден последние две недели срочно проводить полную проверку законности всех финансовых операций с активами рода Поттер за прошедшие десять лет, был немного недовольным. К тому же всплыло несколько подозрительных вложений, проведенных опекуном Поттера. Вины Глазоварса в том не было, он действовал в рамках своих полномочий, но все же было неприятно. И все из-за умного не по возрасту будущего наследника. Вот и сейчас гоблин по глазам мальчишки видел, что тот готовится сказать что-то не очень лестное.