Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

Собственноручно напоив Гарри восстанавливающим зельем, добавив к нему еще парочку ужасно невкусных, но весьма полезных отваров, Северус позволил мадам Помфри подать Поттеру ужин, который тому предстояло запить зельем Сна без сновидений.
— Поппи, я тебя очень прошу, — одни эти слова, произнесенные смертельно усталым голосом, заставили медиковедьму превратиться в слух, — проследи, чтобы Альбус не вздумал сейчас третировать Поттера своими вопросами. Мальчик слаб, ты сама это видела, проверяя его. Уже ничего не изменится, если он на все вопросы ответит утром, — сказав это, Снейп отправился «варить» зелье для профессора Локхарта и мисс Уизли.
Обстоятельства не позволяли Северусу покинуть Хогвартс на ночь, как бы ему ни хотелось рассказать обо всем произошедшем Тому при встрече лицом к лицу. Так что пришлось довольствоваться беседой через Сквозное зеркало. Разговор затянулся почти до утра, поэтому в больничное крыло Снейп пришел жутко невыспавшимся, с глубокими тенями, залегшими возле глаз, и в абсолютно скверном расположении духа. Одним словом, он выглядел именно так, как и должен был бы, если бы ему пришлось почти всю ночь провести в лаборатории, работая над зельем для пациентов мадам Помфри.
— Альбус предупредил, чтобы ты ничего не предпринимал по возвращению к сознанию мисс Уизли и... — Поппи скривилась, она тоже недолюбливала хлыща Локхарта, — Гилдероя. Я сейчас сообщу директору, что ты пришел. Он просил об этом, — уточнила она, помня прошлый их разговор в подобной ситуации.
Ожидая прихода Дамблдора, Снейп подошел к кровати Гарри и улыбнулся ему, увидев, что тот уже проснулся.
— Ты как?
— Нормально. Зачем ты приказал вчера меня усыпить? — голос Гарри был еще хрипловатым со сна.
— Чтобы тебя не пытали в мое отсутствие, — то ли пошутил, то ли намекнул на возможность такого поворота событий Снейп. — Ты сказал мне вчера, что все хорошо. Надеюсь, так дела и обстоят?
— Все в порядке. Он спит, а я... — ему пришлось прервать свою речь, потому что в больничную палату бодро вбежал Дамблдор.
— Ты уже проснулся, мой мальчик? — своеобразно поприветствовал Поттера директор. — Доброе утро, Северус.
— Кому доброе, а кому и всю ночь пришлось у котла простоять, — недовольно пробурчал Снейп, вновь принимая облик желчного мизантропа.
— Я понимаю, Северус. Но что поделать, такая у нас работа, — неискренне пожалел его Дамблдор. — Я так понимаю — ты готов разбудить Гилдероя и Джинни Уизли?
— А зачем, по-твоему, я ночь не спал? — не переставал язвить Снейп.
— Вот и отлично. Но сначала мы поговорим с Гарри. Ты не против? Думаю... Поппи, будь добра, оставь нас одних. Если будет необходимо, я сам поассистирую Северусу. Не обижайся, но то, о чем пойдет речь — это секретная информация, касающаяся безопасности Хогвартса, — Дамблдор говорил спокойно, но в голосе слышалась твердость, не располагающая к обсуждению его распоряжения, завуалированного под просьбу. — Вот и отлично, — стоило двери больничного крыла закрыться за мадам Помфри, как директор запечатал вход замысловатым заклинанием. — Северус, надеюсь, ты со мной согласишься, что Минерва слишком бурно на все реагирует, и ей можно будет потом все рассказать, а сейчас провести разбирательство без ее «охов» и «ахов», по крайней мере, с Гарри.
— Поддерживаю, — Снейп и сам не хотел, чтобы при пробуждении Локхарта и мисс Уизли присутствовал кто-либо посторонний. Хватит того, что от Дамблдора в этот раз точно не удастся избавиться, но Северус был к этому готов заранее. Да и желание директора поговорить с Поттером до того, как очнутся остальные, было вполне понятно — он хотел, чтобы была возможность сравнить все рассказы.
— Гарри, мальчик мой, — директор словно только сейчас вспомнил, что рядом есть еще кто-то, с кем он был намерен поговорить. — Расскажи нам, как так случилось, что ты попал в туалет для девочек?
— Я быстро справился с тестовой работой по зельеварению, и профессор Снейп по моей просьбе отпустил меня раньше с урока, — Гарри сел на кровати, чтобы удобнее было смотреть на собеседников и рассказывать свою «историю». — Решив не тратить время попусту, я направился в библиотеку, хотел приняться за выполнение домашнего задания по трансфигурации. Но на втором этаже заметил Джинни Уизли, которая зашла в туалет с метлой в руках. Я обратил внимание, потому что это была метла Рона — ее старшего брата. У меня такая же метла. Я как раз почти дошел до той двери, в которую вошла Джинни, как вдруг оттуда выскочило какое-то ужасное и большое животное — я тогда не успел и рассмотреть его. Оно промчалось мимо и чуть не сбило меня с ног. Я подумал, что Джинни могла испугаться, и постучал в туалетную комнату, но ответа не было, потом я заглянул туда и позвал ее. Она не отозвалась. Я зашел и увидел ту нору за умывальником. И тогда я понял, что это, скорее всего, вход в легендарную Тайную комнату, а с ног меня чуть не сбил монстр Салазара Слизерина. Я заглянул в тот лаз. Оттуда было слышно, как ойкала Джинни, но на мой зов она не откликалась. Поэтому я оставил записку и спустился вниз, чтобы узнать, что с ней произошло, — Гарри замолчал, словно не был уверен, интересно ли директору слушать, что было дальше.
 
— Ты первый раз туда спускался? Разве ты раньше не знал, что там есть вход на нижние уровни подземелья? — задал провокационный вопрос Дамблдор.
— Раньше? Откуда? Это же девчачий туалет! — Поттер удивленно смотрел на директора, прекрасно понимая, зачем его об этом спросили. Ведь он змееуст, а, следовательно, первый подозреваемый на роль того, кто открывал Тайную комнату.
— И тебе было не страшно? — Дамблдор качал головой. Рассказ Поттера был похож на правду.
— Страшно? Наверное. Не знаю. Я тогда волновался, думая, что сестра моего друга может пострадать, — бесхитростно ответил Гарри.
— Ты переживал о Джинни, забывая о себе. Похвально, похвально, — подбадривал директор.
— Ну, не совсем о Джинни, — Поттер отвел глаза в сторону. Рассказывать, что у него в Тайной комнате были собственные интересы, никак не связанные с Джинни, ему было не с руки. — Просто я подумал, что Рон очень сильно расстроится, если с его сестрой случится что-нибудь нехорошее, да и его метла была у нее. Рон очень любит свою метлу. Она классная. Была...
— Твоя правдивость делает тебе честь, — криво усмехнулся Дамблдор, не решаясь упрекать Гарри в черствости до того, как тот расскажет обо всем, что с ним случилось. — И что же произошло, когда ты спустился вниз?
— Пока я написал записку, пока придумал, как безопасно спуститься вниз, да и потом еще я немного подождал, надеясь, что Джинни ответит на мой зов... В общем, когда я спустился вниз — ее уже не было рядом с тем тоннелем. Только метла поломанная валялась. Потом я достаточно долго искал Джинни — там пещеры большие, с камнями, торчащими отовсюду, с огромными статуями разных змей... Я тогда на ту шкуру и наткнулся, — Гарри тряхнул головой, напоминая о перенесенной Фоуксом шкуре василиска. — И по ней догадался, что монстр Слизерина — это василиск. Вот после этого мне стало по-настоящему страшно, но я продолжил поиски Джинни, стараясь быть очень осторожным и не шуметь. Поэтому так долго ее и искал. Вообще-то, я нашел только тогда, когда услышал ее крик. Я спешил на голос. Профессор Дамблдор, я очень спешил, но... Он гонялся за Джинни, — Поттер очень натурально передернулся, словно вспомнил страшную картину погони василиска за маленькой девочкой. — Я пульнул в ту рептилию Ступефаем и спрятался за ближайшим выступом стены, а потом просто поднял камень, их там много валяется, и швырнул в него, а потом еще один, но не уверен, что попал, потому что старался не смотреть на него. Вы же знаете, что нельзя смотреть василиску в глаза? Так что я наугад бросал камни из своего укрытия за валуном. Потом Джинни взвизгнула и затихла. Я даже испугался, что ненароком попал в нее. Но все равно продолжал кидаться камнями. А потом прилетел Фоукс, и василиск сбежал. То ли это я прогнал его, то ли он так феникса испугался. А Джинни лежала на полу как мертвая. Только когда профессор Снейп сказал, что ее усыпил василиск, я смог спокойно вздохнуть. Я боялся, что это я... камнем... — расстройство очень искренне проступило на лице Гарри.