Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)

— Мальчик мой, а долго Северус, то есть профессор Снейп, варил зелье, которое подняло на ноги наших потерпевших? — скрыть вкрадчивые нотки в вопросе директор либо не смог, либо не захотел.
— Я не знаю, сэр. Ведь профессор Снейп все время варит несколько зелий. Некоторые из них по нескольку дней или недель. У него много котлов с готовящимися зельями на рабочем столе стоит. Я не знаю, в каком из них было то, о котором вы спрашиваете, — искренность взгляда Поттера не подлежала сомнению.
— А как получилось, что ты оказался с профессором Снейпом в больничном крыле? — не переставал задавать вопросы Дамблдор, которому Гарри уже в мыслях пожелал заткнуться или подавиться собственным языком.
— Я сам его попросил взять меня с собой, когда он сказал, что идет лечить Колина и Пенелопу, — ну не признаваться же, что Северус не захотел объясняться с мадам Помфри насчет панического страха, который возникал у жертв взгляда василиска, разбуженных благодаря воздействию его же слюны. Предположение Поттера, которое позже подтвердилось, в тот раз было очень своевременным и весьма уместным.
— Вот сейчас ты назвал своих друзей по имени, а почему же тогда...
— Никаких друзей я не называл по имени, — упрямо перебил директора Гарри, поняв, что вот прямо сейчас пойдет речь о его выходке. Но и отказываться от своего мнения он не собирался. — Моих друзей зовут Драко, Рон и Гермиона. А Колин и Пенелопа — мои товарищи по школе и не более.
— А разве товарищ и друг это не одно и то же? — казалось, удивлению Дамблдора не было предела, и оно было, для разнообразия, достаточно искренним.
— Нет, конечно, — теперь пришло время немного удивиться Поттеру. Как он и предполагал раньше — они с директором в определение дружбы вкладывали абсолютно разные понятия. — Товарищей может быть много, очень много. Товарищи по учебе, товарищи по работе, товарищи по играм. А друзья — это самые близкие люди, они товарищи сразу во всем — и в работе, и в игре, — объяснение звучало немного несуразно и наивно, и Гарри об этом прекрасно знал. Но как еще он мог втолковать Дамблдору, что там, в больничной палате, лежали просто товарищи по учебе, с которыми он всего лишь учится в одной и той же школе, а вовсе не близкие ему люди, на что так неоднозначно намекал директор.
— Вот, оказывается, оно как... — Дамблдор рассматривал Гарри так пристально и задумчиво, словно он был каким-то неведомым науке существом. — Гарри, ты все еще хочешь поговорить о Томе?
— О каком Томе? — Поттер сделал вид, что абсолютно не понял, о ком идет речь.
— О Томе Риддле. О Волдеморте, как ты его называл, — тоном строгого воспитателя уточнил директор.
— Не хочу. Он меня не интересует. И... Простите меня за глупое высказывание тогда, в больничном крыле, — Поттер почти смущенно потупил глаза, словно стыдился своей выходки, а на самом деле пряча взгляд от слишком проницательного Дамблдора.
— Ничего. Ничего страшного в том, что ты так сказал, не было. Однако, если тебе что-либо интересно о Томе, то лучше спрашивать у меня, когда мы беседуем наедине. Обычно у волшебников появляются не очень приятные воспоминания, когда они слышат его имя. Он принес очень много зла в этот мир. И он убил твоих родителей, когда ты был еще совсем маленьким.
— Я об этом слышал, — Гарри не хотел выслушивать лекцию о том, какой Том плохой и злой темный колдун, а директор хороший светлый маг. Но полностью избежать беседы на эту тему ему не удалось. Минут десять Дамблдор подробно объяснял, почему с Волдемортом нельзя было дружить волшебникам, которые хотели видеть магический мир свободным от предрассудков. Пафосные слова он, словно тесто, замешивал с лживыми понятиями, затем разбавлял сладким сиропчиком лести, добавлял щепотку правды и формировал из них патриотические лозунги. Но Гарри терпеливо выслушал все, не перебивая и благодаря Мерлина за то, что отделался такой малостью за свое дерзкое и вызывающее поведение.
Наблюдения по карте Мародеров не привели ни к каким однозначным выводам. Гарри отметил, что в туалет Плаксы Миртл иногда наведывалась Джинни Уизли, имя которой всплыло и в словах мисс Кристаллуотер, и в рассказе Гермионы, но это ничего определенного не значило. Она ведь могла просто предпочитать именно этот туалет остальным, расположенным на других этажах. Кроме нее еще несколько девочек регулярно появлялись в этой туалетной комнате. Через пару дней наблюдения Драко заявил, что чувствует себя подглядывающим за девчонками. С чем со вздохом согласился даже Рон, признавая, что его идея была не самой лучшей. После этого Гарри отдал карту Северусу. А Великолепная четверка погрузилась в учебу, заодно повторяя все пройденное за этот год, ведь близились летние каникулы, а вместе с ними и экзамены.
 
Урок зельварения у второго курса факультетов Слизерина и Гриффиндора подходил к концу, когда Снейп получил отклик от сигнальных чар, поставленных им на входе в Тайную комнату. Студенты писали проверочный тест по зельям, изученным на втором курсе, готовясь к предстоящему экзамену. Северус метнулся в подсобку, где хранились некоторые ингредиенты, используемые студентами на своих занятиях. Раскрыв там карту Мародеров, которую всегда носил с собой, и, поглядев на план второго этажа, он не сдержался от непечатного выражения. Карта четко показывала, что в туалете для девочек на втором этаже находилась только Джинни Уизли. Никого другого рядом не было. Лишь дальше по коридору двигалась точка, подписанная «Эббот Ханна». Свернув карту, но не деактивируя ее, Северус на миг задумался: «Вот я уже знаю, что Тайную комнату только что открыла первокурсница Джинни Уизли, и что теперь я должен сделать? Бежать оттаскивать глупую девчонку от входа в логово василиска? Но это чревато опасностью и самому попасть под взгляд Дракона. Доложить Дамблдору? Вот этого уж точно делать не стоит — нет ни малейшего желания рассказывать, откуда мне это известно. Гарри... Дожил... Без мальчишки ничего не могу предпринять». Северус усмехнулся своим мыслям и отправился в кабинет. Хоть студенты и не выполняли практическую работу, по мере своих сил справляясь с письменным тестом, их все равно не стоило надолго оставлять без присмотра. Уж это он уяснил еще в первый год работы в школе.
От внимания Гарри не ушло то, как резко вскочил Северус и отправился в подсобку. Оставить класс без присмотра во время проведения теста — практически небывалый случай. Значит, случилось что-то весьма неординарное. Выразительный взгляд, брошенный на него вернувшимся в кабинет Снейпом, сказал обо всем без слов — Дракона снова разбудили. Гарри поднял руку.
— Я вас слушаю, мистер Поттер, — Северус не сводил пристального взгляда с Гарри.
— Профессор Снейп, я выполнил работу. Могу я ее сдать и выйти?
— Конечно, — Северус взял пергамент и быстро написал на нем: «Джинни Уизли открыла вход». Когда Гарри сдавал свою работу, кстати, еще не полностью выполненную, он прочел записку, подготовленную для него, и только легонько кивнул, давая понять, что все понял. Уже выходя в дверь, он оглянулся, чувствуя, что Снейп не сводит с него глаз, и ободряюще улыбнулся ему.
Никто не удивился тому, что Поттер быстро справился с заданием, это был не первый такой случай. Однако, хоть со времени несчастного случая с мисс Кристаллуотер и прошло довольно много времени, и дисциплинарный режим был немного послаблен, все же преподаватели очень редко позволяли студентам в одиночку покидать занятия. Видимо поэтому Грейнджер что-то заподозрила. Снейп это понял по тому, как она проводила чересчур внимательным взглядом направляющегося к выходу из кабинета Гарри, а затем задумчиво посмотрела по очереди сначала на него, на Снейпа, а затем на Рона и Драко.
Северус положил карту Мародеров прямо на преподавательский стол, благо тот стоял на возвышении, и студенты не могли увидеть, что именно их учитель рассматривает на разложенном пергаменте. А он следил за вторым этажом. К сожалению, карта, скорее всего, показывала лишь людей, в чем Северус почти убедился, пытаясь высмотреть Миссис Норрис, как самый подходящий объект для проверки такого рода. Хотя, возможно, кошка Филча просто пряталась и не попадалась ему на глаза. Вот Поттер появился на карте второго этажа в районе лестницы, по которой можно подняться туда прямо из подземелий. Северус перевел взгляд на цель, к которой стремился Гарри, где должна быть... Но... Но Джинни Уизли уже не было возле Тайной комнаты. Пока Снейп отвлекся, эта вредная девчонка куда-то ушла, если, конечно, не решила на этот раз проникнуть в логово василиска. Или же... Северус не имел представления — будет ли карта отображать человека, если тот уснет под воздействием взгляда василиска. Пока размышлял, он окинул цепким взглядом класс.