Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса (СИ)
— Можно и попроще, — не стал спорить Том, взмахом руки оставляя Северуса без одежды, которая аккуратной стопочкой устроилась прямо на полу возле дивана.
— Специально, да? — притворно поежившись, словно ему холодно, поинтересовался Снейп.
— Что это? — Риддл удивленно смотрел на внушительный синяк на бедре Северуса.
— Любовник поставил, — ехидно буркнул Снейп. — Том, ты на себя в душе не смотрел? — заметив легкое недоумение в голубых глазах, он сделал вывод: — Ага. Значит, не смотрел. Тогда — удивляйся, — он, опустив руку с дивана, пошарил в поисках своей волшебной палочки. Найдя беглянку, он с ее помощью отправил одежду Риддла к своей. Теперь две аккуратных стопочки одежды выстроились прямо на полу. — Вот так.
Минуты три Том, не вставая с дивана, осматривал свои руки и ноги, обнаруживая то там, то сям синяки разных форм и размеров.
— Мы же... Да у меня в детстве столько синяков не было. А почему я не помню, когда они у меня появились?
— Будешь синяки изучать или обратишь внимание на то, что ты не один? В конце концов, это ты просил любви и ласки. Ой! Ты чего? Совсем ополоумел? — возмутился Северус, когда Том одним ловким движением подвинул его дальше от края дивана, а сам вытянулся рядом, сгребая в охапку и крепко прижимая к себе.
— Одним синяком больше, одним меньше, — прошептал Том на ухо партнеру и, не давая ему опомниться, поцеловал сначала жадно, до боли сминая его губы, словно заявляя свои права, а затем, слегка ослабив хватку рук, смягчил и поцелуй, позволив их языкам сплетаться в каком-то неведомом танце нежности и страсти. Их тела постепенно наполнялись сладкой и тягучей энергией желания и жаждой слиться воедино. Кожа горела под пальцами, неустанно снующими в поисках неприласканных ими местечек, заставляя желать большего.
Через два часа, залечив синяки и мелкие ссадины, выпив восстанавливающее зелье и поцеловав все так и валяющегося на диване расслабленного и довольного собой и жизнью Тома, Северус отправился выполнять поручение Дамблдора. Он с бо̀льшим удовольствием сейчас так и остался бы лежать под боком своего любовника, но взятые на себя много лет назад обязательства требовали от него быть последовательным. Да и Поттер, догадавшийся об их с Томом участии в сегодняшнем сюрпризе, явно, ожидал его прихода, чтобы поделиться впечатлениями от дня, проведенного в Торп-Парке.
Поттер видел Малфой-мэнор зимой, теперь же мог оценить его, утопающим в зелени парков. Дни, наполненные забавами, общением с друзьями и познанием чего-то нового, летели для Гарри, как на крыльях. Даже скучать по Тому у него не было времени. Снейп же регулярно попадался ему на глаза, чаще всего в обществе мистера Малфоя.
В этот раз у Драко не было необходимости знакомить своих друзей с замком, поэтому он показывал им псарню, на которой, кроме обычных охотничьих собак, разводили еще и крупов. Эти волшебные создания, внешне похожие на джек-рассел-терьера, имели раздвоенный хвост, который и являлся их отличительным признаком от маггловской собаки. Драко рассказал друзьям о том, что крупы очень преданны магам и крайне агрессивны к магглам, поэтому используются для охраны поместий волшебников, чтобы отпугивать любопытных. На конюшне, кроме обычных лошадей, ребята увидели гордых красавцев гиппогрифов — помесь птицы и лошади. А птичник порадовал достаточным разнообразием экзотических птиц, одних только попугаев было не меньше дюжины видов. Кроме познавательных экскурсий Драко, Гарри и Рону было чем еще заняться. В их распоряжении находился огромный парк поместья и озеро с небольшим пляжем. Отличные новенькие метлы, подаренные мистером Малфоем всем троим друзьям, так и манили полетать. Библиотека с тысячами интереснейших книг давала им возможность узнать что-то новое. И это не считая пресловутого Глобуса, так понравившегося Рону еще по прежнему посещению Малфой-мэнора.
Возвращался Гарри после недели, проведенной с друзьями, через камин дома Уизли, где он задержался еще на один день, словно оттягивая встречу с нелюбимыми родственниками. Молли порывалась пойти к Дамблдору и уговорить его позволить Поттеру задержаться у них на несколько дней, но Люциус советовал ей не злоупотреблять терпением Альбуса. Возможно, миссис Уизли и не стала бы прислушиваться к его совету, но последние события, которые произошли после возвращения детей из Малфой-мэнора, заставили ее очень серьезно задуматься над некоторыми вопросами.
В день, когда Поттера было необходимо доставить домой, Северус встречался со своим коллегой зельеваром. Столкнувшись накануне в аптеке Лютного переулка, они договорились поделиться некоторыми соображениями по поводу новых разработок в области лечебных зелий. Учитывая, что мистер Конорс, образно выражаясь, уже сидел на чемоданах, собираясь отправиться в Гималаи за редкими травами, то встречу пришлось назначить на ближайший день. Снейп был заинтересован в беседе не меньше самого мистера Конорса, посвятившего свою жизнь изобретению зелий, облегчающих муки и страдания захворавших волшебников. Поэтому Северус, ни секунды не сомневаясь, попросил Люциуса днем отвести Гарри вместе с Роном в «Нору», намереваясь вечером забрать его оттуда. К тому же Молли была вовсе не против такого гостя. Мальчик понравился ей спокойным нравом, воспитанностью и ответственным отношением к учебе, что потихоньку перенимал у него и Рон. Это не могло не радовать мать, желающую своим детям только всего самого лучшего. К тому же она подсознательно связывала все добрые изменения в ее сыновьях-близнецах именно с Гарри Поттером. Она и сама не знала, откуда появилась такая мысль, но отбрасывать ее не спешила.
Вечером, придя за Гарри, Снейп попал как раз на ужин. Отказываться от приглашения покушать вместе, было, по крайней мере, неприлично, и он сел за стол вместе с большим семейством Уизли. Когда незамысловатые, но сытные и вкусные блюда были по достоинству оценены ужинающими, Артур попросил Снейпа уделить ему несколько минут для приватной беседы. Они удалились в крохотную комнатку, смежную с кухней, в которой хозяин дома занимался домашней бухгалтерией да иногда разбирался с бумагами, взятыми с работы для ознакомления.
— Присаживайся, Северус, — предложил Артур, указывая на продавленное кресло в углу комнаты, а сам устроился на стуле за небольшим столиком, больше напоминающем бюро. — Дело вот в чем, — он замолчал на несколько мгновений, собираясь с мыслями. — Понимаешь, с нашим домом что-то неладное творится. Да ты и сам это видишь. Я уже неоднократно его проверял на вредоносные чары. Ничего найти так и не смог. Получалось, что все происходящее — дело естественное, и никакого разрушающего магического влияния на наш дом нет. Я после каждой проверки успокаивался, считая, что все со временем наладится, и это просто темная полоса для нашей семьи. Работал не покладая рук, но через некоторое время снова словно останавливался и видел, что ничего не изменилось — дом продолжает стремительно ветшать, словно в нем и не живут волшебники, вещи постоянно ломаются, деньги тратятся на «залатывание дыр», и нет никакой возможности выбраться из этого зачарованного круга. Даже руки опускаются, а я ведь не так уж и мало зарабатываю. На постройку дворца мы с Молли никогда и не рассчитывали, но и на то, что будем жить в... Ох, — Артур махнул рукой. Было видно, что ему трудно делиться своими неудачами со, считай, посторонним человеком. Но все же разговаривать со Снейпом — уважаемым, но не слишком богатым колдуном, было проще, чем с напыщенным, по мнению Артура, и весьма состоятельным Малфоем. Поэтому он набрался смелости и признался: — Да только либо моих способностей и знаний не хватает, либо это из той области, где я бессилен, но не верится мне в правильность результатов этих проверок. Ты ведь понимаешь, что я говорю о темной магии, она сильнее светлой, тоньше и изобретательней. У светлой и темной магии общие корни, но особенности есть у каждой из них, не тебе это объяснять. Так вот, Северус, я бы хотел попросить тебя, если можешь, посмотри наш дом. Ты же знаешь предназначенные для этого чары?