Девятый. Компиляция. Книги 1-6 (СИ)

— А платить они должны были мне! Таков договор!
— Да ты хоть подотрись тем договором!
— Ах ты пес! На тебе!
— И ты получай! Червь помойный!
Деликатно кашлянув, я громко поприветствовал уважаемых лидеров двух держав:
— Добрые вечер, великие короли. Я страж Межгорья и прибыл сюда, чтобы изгнать самозваного герцога Адена. Он, пользуясь выгодным расположением своей гавани, наладил преступную торговлю с демами, я считаю это неприемлемым.
  
Ноль реакции. Им вообще нет ни до чего дела. Ну если не считать интереса к бороде оппонента.
Эх… А мне ведь надо много чего им рассказать. Ну, в первую очередь, поставить перед фактом оккупации Адена. И плевать, что на девяносто девяти процентах его территории о моем вторжении даже не подозревают, ведь тот, кто контролирует замок, держит все герцогство.
Факт успешной агрессии должен был неминуемо огорчить обоих королей. Но у меня есть способ подсластить горькую пилюлю. Ведь Аден как таковой ни тому ни другому не нужен. Для них главное, чтобы доля от торговли и прочего продолжала капать в их карманы. И я на эту долю не претендую. И даже более того, отдам им все доходы от реализации дурной травы. Прежде они частично шли в казну герцога, он, по сути, жил лишь на них (ну и контрабандой баловался), а я человек богатый и благородный, мне наркотиками заниматься ни к чему. От сделок с демами ни в Меглан, ни в Таллир не шло ни монетки, это совершенно точно. Что там, что там аристократия религиозна до смешного, так что марать себя такими делами никто не станет.
В общем, если действовать аккуратно, то в итоге все останутся довольными. Я получу неприступную военно-морскую базу в стратегически важном месте и смогу ее удерживать скромными силами. Королям останутся прежние доходы, и даже немного приумножатся, а своим верующим подданным они расскажут о вероломстве изгнанного герцога. То есть я как бы и не оккупант, а меч веры, карающий безбожников. К стражам тут относятся с уважением, простой люд поймет, а непростой предпочтет закрыть глаза на мою несусветную наглость.
Ну и правда, не войну же начинать? Будет непросто убедить народ, что страж Дан гнусный негодяй отобравший у них святое. Тем более в деньгах никто ничего не теряет. Пострадает лишь герцог, но кому до него какое дело?
Ладно, обсуждать все это сейчас бесполезно. Оба короля не в том нестроении.
И состоянии.
— Собрать все оружие. Из зала никого не выпускать, но относиться с уважением. Как проспятся, будем разговаривать.
Ну что же, штурм Аденского замка можно считать завершенным.
Осталось последнее. На фоне падения замка — мелкий штрих. Но это самое главное. Это как раз то, из-за чего мы сюда пришли.
Я ведь и раньше как-то жил без удаленной военно-морской базы и дальше мог так жить. И не настолько влюблен в добротные замки, чтобы всеми силами стараться захватить их все до единого. Разве мало мне своих хлопот чтобы вникать в запутанные дела мелких приморских государств.
Но есть кое-что особое, личное, то, во что я готов вникать любой ценой.
Мне нужны кое-какие ответы. И тот, кому я могу задать соответствующие вопросы, уже давно находится здесь — в замке Адена.
  
Глава 4
 
Дела церковные
 
Говоря о том, что мы теперь контролируем весь замок, я слегка лукавил. Оставалось еще кое-что, сущая мелочь. Одинокая башня с веером разнокалиберных пристроек. Располагалась она на острове посреди канала, попасть туда можно было лишь по мосту, который поднимали на ночь. Захватить это укрепление с воды — глупейшая затея. Высота стен там около двадцати метров, на подходах к ним созданы искусственные рифы, даже лодке через них трудно пробраться, а уж кораблю и подавно. Артиллерии у защитников нет, но достаточно простых арбалетов, чтобы нападающие пожалели о своей дерзости.
Вариант с засылкой к ним лазутчиков отпадал. В этой части замка никто не предавался безудержному веселью несмотря на законный всеобщий разгул. И охрана там была трезвой. И вообще, к переодетым в женское платье бородатым мужикам там отнесутся в высшей мере неодобрительно. Ведь здешняя религия подобные вещи не одобряет. Никаких тебе однополых браков, хирургических исправлений половой идентификации и прочих изысков толерантности. И вообще, посторонним в эту часть замка нет доступа ни по какому поводу. Даже продовольствие положено оставлять на другой стороне моста, далее его доставляют самостоятельно.
Возможно, это самое безопасное место в мире. Ведь для того, чтобы на него напасть, потребуется захватить замок Адена, считающийся неприступным.
Сам герцог ни разу в жизни не был на острове. Как такое может быть? А так: он не владеет этой частью замка. Церковь — вот кто там хозяйничает. Официально это место считается монастырем со строжайшим уставом. Вроде бы там даже монахи имеются, аж два или три трясущихся старца.
Неофициально все куда мрачнее: на острове располагается самая охраняемая в мире церковная тюрьма. И среди ее узников есть тот, кто может ответить кое на какие вопросы.
Хотя последнее утверждение спорно. Попасть туда я пока что не смог, так что все это лишь предположения. Более того, я даже не знаю точно, жив ли нужный мне человек, и существует ли он на самом деле. Все мои домыслы базируются на информации, полученной от излишне корыстолюбивого сотрудника епископской канцелярии. Знал он на удивление много, но перепроверить сведения я не смог.
Но даже их хватило, чтобы решиться на отчаянную авантюру с захватом Адена. Ведь до этого у меня вообще не было никаких зацепок.
Толстяк заметно нервничал. Не каждый день его среди ночи выдергивают из теплой постели и, покрутив перед глазами кинжалом, озвучивают подобные приказы. По всему видать, что мужик он очень даже сговорчивый, но вот слишком уж трусоват.
Амед, продолжая поглаживать рукоять все того же кинжала, почти ласковым голосом давал ему последние наставления:
— Ты, добрый человек, веди себя так как всегда вел. Не суетись. Не надо нам это. Спокойным будь, не дергайся. Тихо сделай свое дело и ступай назад, никто тебе ничего плохого не желает и не сделает. Но это если без суеты все пройдет. Ты хорошо меня понял?
Привлекать для такой работы кого-нибудь другого нежелательно, ведь мы заранее выяснили, что именно этот горожанин доставляет в островной монастырь продукты и прочее. Примелькался там давно, к нему привыкли, появление нового лица может вызвать подозрения, причем обоснованные. Тем более время такое, не совсем обычное, охрана настороже. В городе и замке собрались тысячи нетрезвых гостей, все при оружии и умеют им пользоваться. Хоть и религиозный народец, но кто его знает, что по пьяной лавочке в голову может взбрести.
Вроде бы мы провернули захват тихо, в городе до сих пор никто не догадывается, что власть сменилась. Церковники не должны ничего заподозрить. Но не надо их лишний раз дразнить отклонениями от привычного хода событий.
Толстяк подошел к нешироким воротам в стене, отодвинул балку засова, распахнул створки и принялся крутить ворот управляющий первым подъемным мостом. Тот, медленно опускаясь, должен был лечь на каменную площадку едва выступающую над водой. Чтобы попасть на остров этого недостаточно, оттуда должны опустить свой мост, куда более длинный. Простейшая дополнительная мера безопасности: злоумышленникам потребуется сработать с двух сторон.
На той стороне заметили движение, из бойницы высунулась голова в остроконечном шлеме, послышался требовательный окрик:
— Кто такой?! Что надо?!
Толстяк, прекратив крутить ворот, поспешно прокричал:
  
— Я Урим, привез вам кое-чего!
— Сегодня мы тебя не ждали!
— Так я и не должен был приезжать. Но господа из Таллира и Маглана собрали тут для вас специально всякое вкусное. Велено срочно передать со словами уважения и с просьбой помолиться за упокой нечестивцев, выступивших против них войной.
— Что они там передали?!
— Сыры разные, красная рыба соленая, хлеб белый, медовуха, запеченный со сливами козий бок со стола его величества короля Таллира и пирог с осетринными хребтами от его величества короля Маглана! Теплый еще!