Обратная сторона, часть 2 (СИ)

Через мгновение в приспешника прилетел снаряд.
Человек сразу же погиб, а его тело под кинетической силой вышибло дверь, влетев куда-то вглубь в дом Клариссы.
Быстро осмотревшись, Танк понял, что люди остались с дубинками, после чего зарычал: “Это наш шанс! Вперёд!”.
Оставшиеся собаки сразу же ринулись на оставшихся людей, а Оливия быстро схватила зубами кофту Иннокентий и повела его к дверям семьи далматинцев, надеясь, что те впустят их внутрь.
  
Она даже не успела подойти, как их встретил взволнованный Дилан.
Видимо он наблюдал через почтовый приёмник, и когда Оливия и Иннокентий оказались внутри, далматинец быстро захлопнул дверь.
Войдя внутрь, Оливия увидела, как щенки далматинцев испуганно мечутся по всему дому, а старшие пытаются их успокоить.
“Оливия?! Ты же вроде переехала и…” - спросила неподалёку сидящая Долли, обнимающая нескольких щенков.
Она не договорила, так как послышался еще один взрыв боевого протеза, видимо запущенного Лаймом в очередного человека, заставив всех далматинцев сжаться.
Тяжело вздохнув, Оливия спросила все ли члены семьи на месте.
Получив положительный ответ, далматинка попросила всех собраться в гостиной, чтобы она смогла им всем объяснить, что происходит.
========== Мышиные бега ==========
Глава 5
Мышиные бега
“Ой! Это же щеночек!” - воскликнул маленький мальчик.
Открыв подарочную коробку, он действительно достал оттуда маленького щенка далматинца, который плохо себя чувствовал и был слегка напуган.
Женщина легонько посмеялась, и взяв щенка на руки, произнесла: “Будь с ним осторожней! Видишь?”.
После произнесенного она показала мальчику когти и зубы щенка, который были заменены на обычные протезы.
- Ой! А что с ним случилось? - взволнованно спросил мальчик.
- Плохие люди сделали ему больно… и теперь… - покачав головой, ответила женщина.
- Но мы же хорошие люди! Мы выходим его и вновь поставим на лапы! - ответственно воскликнул мальчишка.
- Какой ты молодец, - с улыбкой ответила женщина, погладив мальчишку по голове.
Щенок же на тот момент и впрямь не чувствовал себя хорошо, но затем начала что-то происходить вокруг него…
Женщина посадила щенка на пол, и будто само время начало ускоряться, а события вокруг него будто на перемотке происходили намного быстрее.
На смену страха пришла радость, а вместо боли нагрянуло спокойствие и хорошее настроение.
Но это длилось до тех пор, пока он не решил исследовать комнату и подойти к зеркалу, где увидел не только своё отражение, но и того же щенка далматинца, чьё выражение не изменилось.
Раненый щенок оглядел комнату, но всё живое замерло на своих местах…
Даже мальчишка, куда-то бежа, застыл в одной позе, как и женщина, которая до этого стала нажимать кнопки своего телефона.
Посмотрев еще раз в отражение, он удивился, так как отражение второго щенка пропало.
Это вызвало у него недоумение, пока он не услышал скрип входной двери.
Обернувшись, он испугался и сжался в комок, так как оттуда вылезла огромная рука и потянулась в его сторону, при этом за ней раздался грозный голос: “Ты принадлежишь мне!”.
Дом на улице далматинцев 101
Семья далматинцев, вместе с Оливией и Иннокентием начала собираться в гостиной.
Делайла, которая более-менее не поддалась панике, вызвала автобус, чтобы водитель вывез их семью подальше отсюда.
Дилан и Долли попытались своими силами собрать щенков в одной комнате, но большинство из них сильно испугались и попрятались по разным углам дома.
Решив успокоить их, Доуг закричал на весь дом: “Групповые объятия!”.
Это сработало, так как все щенки сразу же стянулись к отцу.
“95… 96… 97… Все на месте!” - заявил Дилан, быстро пересчитав щенков.
“Оливия, почему эти люди…” - начала спрашивать Делайла, а затем стали задавать вопросы Доуг, Дилан и Долли, а также Фергус, Биг Фэ и Сид, которые находились вместе с ними.
Решив, что будет проще рассказать с самого начала, далматинка начала рассказывать с самого переезда.
Только она рассказала о Трёхголовом и его банде, что между прочем ужаснуло семью, как в дверь раздался стук.
“Это я! Танк!” - послышалось снаружи.
Дилан сразу побежал открывать дверь, и выбежав из гостинной, скрылся в коридоре.
Далматинцы с друзьями стали ждать, когда тоса-ину зайдет внутрь, как услышали изумлённый возглас Дилана: “Тир?!”.
И в самом деле, спустя пару мгновений, в коридоре показались Танк, Дилан и Лайм.
После того, как все увидели, что он учинил с людьми, далматинцы вместе с друзьями испуганно стали отходить к стенам, опасаясь далматина.
За исключением Долли, которая воскликнул: “Ты?! Как ты…”.
“Долли! Тихо!” - показав жест, хмуро произнёс тоса-ину.
Долли удивилась, но отошла в сторону, с опаской посматривая на далматина.
Тот же окинул всех взглядом, а увидев Оливию, он стал к ней медленно подходить, говоря: “Ты…”.
Все испуганно разошлись в стороны, а далматинка так и продолжила сидеть на месте, смотря Лайму прямо в глаза, чуть ли не плача.
“Я считал тебя тварью, которая по беспечности отправила меня в ад… эгоистичной дурой, которая ничего не понимает, кроме как прыгать и веселиться… бесполезным багажом, который ничего не умеет и не способен на какие-либо действия…” - злобно рычал Лайм, всё ближе подходя к далматинке.
Оливия лишь виновато опустила голову, но продолжила смотреть на далматина со слезящимися глазами.
Все взволнованно стали на это смотреть, не зная, чего от него ожидать.
Лайм же присел напротив далматинки и продолжил рычать, но затем произошло следующее…
Далматин сделал глубокий вдох, ухмыльнувшись со злобным взглядом, и воскликнул: “Как же я рад, что ошибся!”.
После этого, он неожиданно для всех, впрочем, как и для Оливии, крепко её обнял.
Далматинка всхлипнула и удивлённо посмотрела по сторонам, но затем чуть не зарыдала и тоже обняла его в ответ.
Все были удивлены такому повороту событий, кроме Танка, который с улыбкой смотрел на это.
“Значит, ты меня прощаешь?” - взволнованно спросила Оливия.
Далматин лишь ухмыльнулся, и продолжая её обнимать, ответил: “Столько лет никому не удавалось снять оковы… ты же переиграла этого ублюдка в его же игре!”.
Далматинка радостно улыбнулась, но затем со стороны послышалось: “Эй! Можно без ругательств?! Тут же маленькие щенки!”.
Настроение Лайма будто лапой сняли, и он озлобленно посмотрел в сторону звука, впрочем, как и остальные.
Это оказался Дилан, который был недоволен выражением взрослого далматина, но увидев его взгляд, старший щенок испуганно попятился назад.
Лайм же уже начал рычать и подходить к Дилану, на что взволнованно отреагировал Танк и Долли.
Они оба заслонили его собой, а тоса-ину воскликнул: “Хватит, Далмат!… Мы тебе не враги!”.
Лайм же продолжал рычать, и никто не знал, что с этим делать, даже Оливия, которая испуганно смотрела на озлобленного далматина, но затем к нему подбежал Иннокентий и начал гладить по голове, взволнованно говоря: “Что же ты?! Неужто кодировка не снялась?!… Тир…”.
“Кодировка?! Какая еще кодировка?” - недоуменно спросил Фергус.
Все стали между собой переглядываться, не понимая, о чём речь.
Лайм же будто успокоился, и тяжело вздохнув, ответил: “Неважно…”.
Затем он посмотрел на Оливию и сказал: “Здесь оставаться нельзя, англичане погнали оставшихся людей отсюда, но у Трёхголового их ещё полно в этой части города”.
Далматинка изумленно на него посмотрела, но поняв, на что он намекает, произнесла: “Поняла… Иннокентия берём с собой?”.
Лайм же задумался, и сначала посмотрел на мальчишку, а затем и на Танка, спрашивая: “Тос, ваши люди смогут взять его под опеку, не навредив?”.
“Эээ…?” - практически раздалось от каждого, не понимая о чём он.
Тоса-ину сначала тоже недоуменно на него посмотрел, но сообразив, на что далматин намекает, серьёзно ответил: “Не смотря, кому он принадлежит, они ни разу не вредили детям, но… ты уверен?”.