Тайновидец. Том 8: Старый пройдоха

По дорожке, выложенной красноватыми плитками, мы дошли до знакомого огромного валуна и повернули направо к пруду. Вместо петляющей между деревьями тропинки, садовники успели проложить здесь широкую и удобную дорожку, посыпанную гранитной крошкой.
Статуя туннеллонца без помех плыла над дорожкой. Елене Разумовской и рабочему осталось только поддерживать ее в воздухе и задавать направление.
  
Мы вышли на берег пруда.
Уровень воды в нем повысился, черные коряги скрылись из вида. На темной поверхности воды плавали белые кувшинки.
Слева вдалеке чернела старая плотина, а за ней я разглядел знакомое здание заброшенной мельницы. Над серыми каменными стенами белели свежие стропила новой будущей крыши.
– Я убедила ректора Собакина выделить средства на ремонт мельницы, – с улыбкой сказала Анна Владимировна. – В ней поменяют крышу, вставят новые окна и двери.
– Вы по-прежнему мечтаете устроить в мельнице лабораторию? – рассмеялся я.
– Мне бы хотелось, – улыбнулась Анна Владимировна, – но сначала нужно обсудить это с господином Чахликом. Кстати, Александр Васильевич, вы не могли бы устроить нам встречу?
– Я поговорю об этом с Валерианом Андреевичем, – кивнул я. – Насколько я знаю, он пока не решил, будет ли преподавать в Магической Академии или предпочтет пожить в Сосновском лесу.
– Благодарю вас, – улыбнулась Гораздова и повернулась к Разумовской. – Прошу вас, поставьте статую сюда.
Анна Владимировна указала на плоское каменное основание, глубоко вросшее в травянистый берег.
– Нам понадобится помощь, – предупредил рабочий.
Умело пользуясь магией воздуха, они с Разумовской перевернули статую вертикально и медленно подвели ее к каменному основанию.
Мы с Изгоевым уперлись в каменные складки, разворачивая статую в нужную сторону. Слева от меня сосредоточенно пыхтел Меньшой – он тоже помогал устанавливать скульптуру.
Долгоруков стоял в стороне, сложив руки на груди.
Чары воздуха сделали статую невесомой, но массу она не потеряла, поэтому поворачивалась тяжело, рывками. В какой-то момент статуя резко дрогнула, словно собираясь упасть, но маги воздуха сумели ее удержать. Я услышал, как сдавленно вскрикнул Изгоев, когда статуя наклонилась в его сторону.
Наконец каменный туннелонец дрогнул последний раз, опустился на основание и застыл, глядя из-под глубокого капюшона на спокойную гладь пруда.
– Сейчас я ее закреплю, – сказала Лиза, брызгая на основание статуи раствором, размягчающим камень.
Я взглянул на Изгоева и увидел на его лбу глубокую ссадину, из которой текла кровь.
– Когда ты успел пораниться? – спросил я.
– Статуя покачнулась, и я ударился лбом, – объяснил Изгоев, размазывая кровь по лицу.
– Не трогай ссадину, – поморщился я. – Анна Владимировна, в академии есть целитель?
 
Глава 4
 
Мы с Лизой отвели Изгоева в лазарет.
Необходимости в этом не было, ссадина на его лбу оказалась неглубокой. Анна Владимировна быстро остановила кровь. Как и все маги природы, она обладала некоторыми навыками целительства.
Вот только состояние Изгоева мне не нравилось. Он как будто потерял много сил вместе с несколькими каплями крови.
И угрюмая решимость парня не проходила.
Кроме того, я чувствовал, что ему неприятно находиться рядом со мной, и решил этим воспользоваться.
В Императорской Магической академии был свой самый настоящий небольшой лазарет.
В нем даже нашлась палата с тремя койками. Пожилой целитель быстро промыл рану на лбу изгоева, приложил к ней марлю, пропитанную целебным зельем, и умело забинтовал.
– Голова кружится? – спросил он Изгоева.
Молодой дворянин едва заметно кивнул.
– Похоже, юноша сильно ударился, – сказал мне целитель. – Ему лучше отдохнуть в палате под моим присмотром, хотя бы до вечера.
– Отлично, – согласился я. – Там мы с ним и поговорим.
Изгоев коротко взглянул на меня и сразу же отвел взгляд. Я чувствовал, что он боится предстоящего разговора.
– Подожди меня здесь, – попросил я Лизу.
– Конечно, – невозмутимо ответила она.
Лиза хорошо понимала, что некоторые вещи гораздо легче выяснить наедине.
Я проводил Изгоева в палату и плотно закрыл за собой дверь.
– Так что случилось? – спросил я. – Как ты умудрился пораниться?
– Статуя неожиданно покачнулась, – упрямо объяснил он. – А у меня поехала нога по скользкой траве. Вот и все.
Он явно не договаривал, но я не стал давить на парня. Зачем? Все равно, рано или поздно, причина его поведения выяснится сама собой.
Да мне и не нужно самому во всем разбираться. Достаточно сообщить о своих подозрениях Никите Михайловичу Зотову. А он моментально узнает всю подноготную парня.
Так что в ответ на его вранье я лишь дружелюбно кивнул.
– Ладно, отдыхай. Уверен, до церемонии выбора пути твоя ссадина заживет, даже следа не останется.
Но Изгоев вдруг впился в меня пронзительным взглядом темных глаз и даже сделал движение рукой, будто хотел схватить меня за рукав.
– Александр Васильевич, я не хочу принимать путь сейчас, – нервно сказал он.
Такого я не ожидал и удивлённо посмотрел на Изгоева.
– А почему? Разве не для этого ты приехал сюда из… Кстати, откуда ты приехал в Столицу?
– Из Новгородской губернии, – сказал Изгоев и крепко сжал губы, как будто тут же пожалел о своих словах.
– У нас с мамой там небольшое имение. Но это не важно. Я просто использовал приглашение на церемонию как предлог, чтобы попасть в Императорскую академию.
– Так сильно хотел учиться? – добродушно улыбнулся я.
– Да, – торопливо закивал Изгоев. – Вот именно. Я просто хотел учиться в Столице. Поступить в академию на общих основаниях я бы не смог. Это нам не по карману.
– Но почему бы не принять путь сейчас, раз уж выпала такая возможность? – поинтересовался я. – Кстати, целитель сказал, что тебе вредно стоять. Присядь.
Изгоев сел на кровать. Пружинная сетка скрипнула под его весом.
Сцепив руки в замок, парень зажал их между колен и отвернулся к окну. На его лице застыло упрямое выражение.
– Так почему ты отказываешься принимать Путь? – спросил я.
– Просто не хочу, и все, – негромко, но твердо сказал он. – Не уверен в себе. Я же не обязан выбирать Путь сейчас?
– Не обязан, – легко согласился я. – И твоей учебе в академии это не помешает.
В самом деле, почему бы не успокоить парня? Слишком уж он напряжен.
– Ладно, отдыхай, – кивнул я, – спасибо, что помог установить статую. Если ты не собираешься принимать Путь, значит, и проверять тебя дальше незачем. Хорошей учебы!
С этими словами я вышел из палаты обратно в кабинет целителя и плотно прикрыл за собой дверь.
Лиза хотела что-то сказать, но я приложил палец к губам и прислушался. Пружинная сетка кровати скрипнула во второй раз. Значит, Изгоев лег, как и советовал ему целитель.
Похоже, он мне поверил. Людям свойственно верить, что все обойдется.
– Как пройти в кабинет ректора Академии? – спросил я целителя.
– Кабинет Вениамина Сергеевича в другом крыле, – объяснил целитель. – Но я не знаю, на месте ли господин ректор. Впрочем, утром я, кажется, видел на стоянке его мобиль.
– Благодарю вас, – улыбнулся я.
И мы с Лизой вышли из лазарета.
– А зачем нам к ректору? – с любопытством спросила Лиза, когда мы оказались в коридоре. – С этим Изгоевым что-то не так?
– И не только с ним, – улыбнулся я. – Думаю, ко всем будущим студентам нужно присмотреться внимательнее. Есть у меня один план.
– Какой план? – нетерпеливо спросила Лиза.
  
Я залюбовался золотыми искорками, которые вспыхнули в ее серых глазах.
– Сама увидишь, – с улыбкой ответил я.
От коридоров Императорской Магической академии прямо-таки веяло мрачной торжественностью. Многовековая история этого места буквально давила на плечи. Я с трудом мог себе представить, как в этих мрачных коридорах весело гомонят студенты. В Императорском лицее, который я закончил, все было куда проще.