Изгой ночного клана. Том 1 (СИ)

На тюрьму это не очень похоже. Хотя… Да не, что это за тюрьма на двуспальной кровати, ещё и застеленной, пусть и не самой презентабельной простынёю.
Я думал, меня на какую-то арену отправят. Как там эта толстуха с гнилыми зубами говорила? Что я и недели не протяну? И с кем я буду драться? С проститутками, что ли?
Стоп!
А что если я сам проститут? Охранник что-то говорил про бордель…
И только после этой мысли я заметил, что полностью голый. Сразу как-то внимания на это не обратил. Хотя это ещё ничего не значит.
Может, меня и вовсе не собираются держать в неволе? Просто уложили отдыхать и на всякий случай связали. А одежду забрали постирать.
М-да, даже в мыслях это звучит глупо, но хочется надеяться на лучшее.
За дверью послышались тихие шаги, а затем дверь медленно открылась.
Я закрыл глаза, снова притворяясь спящим.
— Ну что ж такое! Спишь до сих пор? — раздался низкий женский голос.
Мне стало страшно.
— Так, ну всё. У меня нет времени ждать, — голос стал раздражённей.
Кто-то приблизился к кровати, и я ощутил тёплую руку у себя на щеке.
— Давай, просыпайся! — потребовал голос.
Рука скользнула к моей груди, а затем ещё ниже к самому сокровенному. Крепкая хватка сжала мой член и начала ласкать. Ну как ласкать, это больше походило на выдавливание остатков зубной пасты из тюбика.
Но что самое страшное — мой прибор начал подниматься!
— Вот так, хороший дикарь. Худощавый, конечно, слишком, надеюсь, не сломаешься… — бормотал грубый женский голос.
Тут-то я и не выдержал.
Я раскрыл глаза и во всю глотку заорал. Кровать начала трястись от моих рывков руками и ногами, но не подавала признаков ветхости.
Девушка ничуть не испугалась моего бурного пробуждения.
А вот я очень даже труханул, увидев её рожу и габариты.
Страшная и толстая, гораздо хуже Розеллы. А запах — это вообще отдельное наказание. Смесь пота, нечищеных зубов, жирной пищи, алкоголя и дешёвых духов.
Я заорал ещё громче, но мне тут же заткнули рот второй рукой. Спасибо, что не той самой, которой сжимали хозяйство. Хотя, возможно, второй рукой она делала вещи и похуже.
А хватка у неё мощная. И это неудивительно при такой массе. В ней килограмм 120, а то и больше. Теперь понятно, почему она любит одичалых. Они ребята крепкие, могут и не такое выдержать. Да и более охотно будут сношаться даже с такой образиной.
Вот только я не одичалый и трахать «это» не собираюсь.
— Отваи о мея! — попытался я заорать, но рука толстухи мешала.
— Да не дёргайся ты. Тебе понравится. Поначалу все брыкаются, а потом кайфуют.
Я перестал дёргаться и орать, но лишь для того, чтоб она убрала руку.
— Вот, хороший мальчик… Не будешь больше орать? Тогда я уберу руку и сделаю тебе приятно.
Женщина убрала свою лапу, и её голова потянулась к члену.
И тут я снова заорал, только теперь уже членораздельно.
— Отвали от меня, тварь!
Женщина вдруг замерла. А затем ошарашенно взглянула на меня.
— Это… Как? Ты умеешь говорить? — пробурчала она в изумлении.
— Конечно, умею! А теперь отойди от меня.
— Но как? Дикари не разговаривают на человеческом…
— А я и не дикарь! Так что лучше освободи меня, иначе хуже будет! — потребовал я.
Мадам несколько секунд думала над моими словами, а затем коварно ухмыльнулась.
— А так даже лучше. Не очень люблю этих грязных дикарей. Хотя они довольно выносливые. Но эти уродливые мутации…
Женщина снова потянулась к моему хозяйству.
Я сосредоточился, чтобы активировать трансформацию. Но прежде чем у меня получилось, открылась дверь.
В комнату вбежал Рорик в одних трусах.
— Вот ты где! — воскликнул он.
— Эй, а ты ещё кто такая? Я заплатила за этого парня, всё как положено! — рявкнула на него толстуха.
— Я парень, вообще-то. А ты лучше отойди от него! — настойчиво заявил Рорик, закрыв за собой дверь.
— Ну уж нет! Я целый месяц не трахалась, так что свали отсюда, а то и тебя поимею.
— Я говорю, отойди, потому что… Эм…
— Потому что что? — переспросила женщина.
— Потому что у него… Потому что он транс! — заявил парень.
 
— Это ещё что такое?
— На самом деле он женщина, но сделал операцию и стал как мужик. Ты же не хочешь трахать женщину?
— Да мне как-то всё равно. Так даже интересней.
— А ещё она не дикарь, а обычный городской житель, — добавил Рорик.
— Ну и отлично.
— А знаешь, что у него с лицом? Это проказа! Так что лучше не трогай его…
— Что? Проказа? Но я уже касалась его… — испугалась женщина.
— Тогда скорей иди помой руки, желательно в спирте или в чём-то ядрёном!
— Да вы совсем тут охренели! Я буду требовать компенсацию, — заверещала женщина и выбежала за дверь, грохоча при каждом шаге.
— Хех, вот так это делается, можешь не благодарить, — с довольной ухмылкой подошёл ко мне Рорик.
Я тоже улыбнулся, будто был рад ему. Хотя отчасти так и было, но свою злость я старался не выдать.
— Ты вовремя… А теперь освободи меня, пожалуйста, — сказал я ласковым голосом.
— А ты на меня не сердишься? — уточнил он.
— Нет, конечно. Я всё понимаю…
— Фух, отлично, я думал, ты разозлишься, — выдохнул он и начал меня отвязывать.
Я дождался, пока он освободит мои ноги и руки, а затем схватил его за грудки и впечатал в стену, оторвав от земли.
— Ах ты грёбаный крысёныш! Продал меня, сука, за десять монет? — прорычал я, приходя в ярость.
Мой кулак упёрся ему в горло, мешая дышать и говорить.
— По-другому не попасть… — прохрипел тот.
— Да меня чуть не трахнули тут!
— Но не трахнули же.
— А предупредить не мог, что такую херню задумал?!
— Ты бы не согласился…
— Конечно! Кто же на такое согласится?!
— Дышать… — хрипел тот.
Я немного ослабил хватку, но всё ещё прижимал его к стене.
— Или ты меня вытащишь отсюда или я тебя придушу!
— Да вытащу, только дай мне время. Мне тоже нелегко. Пришлось с Розеллой переспать, а она немногим лучше этой… — Рорик кивнул головой.
— Я тебя не заставлял с ней спать. Могли придумать другой вариант. Я бы мёртвым притворился или ещё что…
— И тебя бы бросили в яму к трупам, а то и скормили бы кому…
Злость немного стихла, и я поставил парня на пол. Всё же он не сбежал из этого борделя, хотя тоже рисковал, освободив меня.
— Мне нужен шмурдяк, — сказал я, стараясь успокоиться.
— И одежда. Вот держи, — сказал Рорик, протянув мне рюкзак.
Там я нашёл свою флягу, доставшуюся от Наты. Она была полна необходимого мне пойла. Также в рюкзаке была чистая одежда, даже почти без дыр.
— Розелла владеет этим борделем с тех пор, как выбилась из проституток. Я иногда привожу ей одичалых. Все от этого в выигрыше. Толстые и некрасивые женщины любят их. Хотя иногда и нормальные обращаются…
— Ну и порядки у вас тут…
— Хочешь жить — умей вертеться. Но я уж слишком завертелся, теперь весь в долгах.
— И решил меня продать, чтоб рассчитаться?
— Шутишь? Мне эти десять серебряников погоды не сыграют. Я ради тебя старался, чтоб ты в город попал. Хотя да, мне тоже небольшая выгода от этого. Но мне нужно две тысячи серебряников. Или двести золотых, чтоб долги отдать. Поэтому я и свалил из города, но видимо, не смогу выжить за стенами.
— Если поможешь мне, то я помогу тебе достать деньги, — сказал я, наконец одевшись.
— Ты? Да ты изгой. Тебе без маски на улицу выходить нельзя. Как ты мне поможешь деньги достать?
— Мне и не нужно на улицу. По крайней мере, днём. Я так понимаю, в кланах состоит городская элита?
— Ну да, только ты изгнан из клана, забыл?
— Не забыл, но я планирую во всём разобраться и вернуть своё место. И даже подняться выше. Только мне нужна информация и связи. Информацию в борделе как раз проще простого достать. А связи есть у тебя, пусть и не очень надёжные.
— Связи? Да у меня одни долги!