Исход (СИ)

Свернуть в нужном направлении мне помогла интуиция и отблеск знакомой ауры. Наскоро просмотрев память попавшихся по пути сидельцев, с удовольствием отметил, что, с одной стороны, не ангелы невинные, с другой — корпус предназначен для тех, кто накосячил не особо сильно, поэтому условия содержания в нём мягкие. Впрочем, сбежать отсюда всё равно сложно, как и попасть внутрь. Пришлось выломать дюжину дверей и усыпить парочку прибежавших на шум охранников, прежде чем в одной из комнатушек, и вправду напоминавших камеры, я наконец увидел Светку, при моем появлении вскочившую на ноги.
— Наконец-то!
Я мельком взглянул на неё через ментал. Кости целы, почки не отбиты, никаких следов насилия не наблюдается. Уже хорошо.
— Извини, раньше заглянуть не получилось. Дела.
— Что с тобой, пап?
Даже будучи приемной дочерью, Светка не могла не заметить странные изменения в моем поведении — ведь она знает меня с самого детства.
— Позже объясню. А сейчас, пожалуйста, отойди подальше и постарайся не мешаться.
Обиженно надув губки, Светлана сделала шаг в сторону, насколько позволяли тесные стены помещения. Я сосредоточился, пытаясь создать какой-нибудь защитный или атакующий знак. Получалось неважно: энергии в оболочке с каждой минутой оставалось все меньше и меньше, матрица знака расплывалась, не успевая сформировать энергетическую структуру необходимой плотности. Видимо, на это и рассчитывал тот, кто решил использовать Светку в качестве живца. Неплохая идея: заманить Аскета в специально подготовленную ловушку, где он не сможет воспользоваться своими способностями.
В ментальном плане я был почти слеп, однако сумел почувствовать приближение нескольких десятков посторонних — их ауры сильных псионов просматривались даже сквозь стены узилища. В обычной ситуации я бы смог продержаться против такой толпы минут сорок, если бы действовал деликатно, а они работали на всю катушку. Или убил всех менее, чем за минуту. Убил, усыпил, стер личность, превратил в пускающих слюней идиотов, зафиксировал их души в ментале… Мог бы призвать теней и они превратили бы округу в лишенную жизни пустыни. В текущем состоянии ничего страшного из-за возможных смертей я не видел, но разумом понимал, что в будущем, когда придет время выставлять условия, слишком длинный след из трупов помешает.
С другой стороны, оставить послание необходимо. Можно обойтись и без прямого столкновения. Как говорил один популярный киногерой, тот, кто нам мешает, нам поможет.
— Приготовься, — бросил я Светке, — сейчас будет весело.
Девчонка (хотя какая она девчонка? Взрослая женщина уже) прекрасно знала, что означает слово «веселье» в устах её приемного отца — она немедленно уселась у стены, опустив голову между коленей и прикрыв её руками. Умница. Теперь нужно полностью сосредоточиться на своем внутреннем «Я» — приближающийся противник был уже очень близко.
Обратная метаморфоза прошла немного легче, чем я ожидал. Моя первичная сущность охотно заняла сознание, как вода заполняет трюм корабля через пробоину, вытеснив на задний план холодную и расчётливую личность обитателя ментала. Часть меня с ледяным удовольствием вернулась в собственный домен, встреченная счастливыми воплями приветствовавших своего хозяина теней.
Долго ждать не пришлось. Где-то раздался оглушительный хлопок, сопровождаемый звоном и встревоженными криками: в здании разом вылетели бронированные стекла, лопнули, словно хрупкая яичная скорлупа. Неистовый ветер ударил меня в грудь, едва не сбив с ног. Выставленная на остатках оболочки «Алмазная цитадель» дрогнула и едва не начала таять, точно снег на раскаленной сковороде: усилием воли я представил, как из моих стоп прорастают тонкие, но крепкие и цепкие корни, впивающиеся в бетонный пол — иначе устоять было бы невозможно. Навий Князь, почуявший свою жертву, не остановится ни перед чем, пока не получит желаемое.
Вдалеке над головой громыхнуло — похоже, дух частично проломился сквозь ограждающий от ментала щит и принялся воплощаться в реальности. Стены дрожали мелкой дрожью, серый железобетон покрылся паутиной мелких трещин. Пол вздрагивал и бился в конвульсиях, словно в предсмертной агонии. Я почувствовал, что кто-то из пришедших по мою душу псионов рубанул «Мечом тьмы», другой ударил «Плетью барлога» — высшему духу эти знаки были глубоко безразличны, скорее всего, он их даже не заметил. Чтобы не тратить энергию на бессмысленную атаку, я вложил остатки сил в «Цитадель» и впустил в контур знака Светку.
 
Навий Князь представал перед способными его увидеть в виде гигантского сгустка мрака, существующего одновременно на границе двух миров. От него веяло первозданным ужасом и чудовищной, нечеловеческой мощью. В присутствии высшего духа пространство исказилось, словно в кривом зеркале. В воздухе проскакивали искры, наши со Светкой тела окутало мертвенное, бледное сияние. Изменились и мы: плоть сделалась полупрозрачной, сквозь родное и знакомое лицо дочери просвечивали скулы и глазницы черепа.
Предвечный мрак сгустился, и я почувствовал огромную силу, сосредоточившуюся надо мной для смертоносного удара. Этого мгновения я ждал. Обратив внутренний взор вглубь самого себя, я вновь поменял местами части себя, во второй раз проворачивая трюк, позволяющий укрыться от взгляда Князя.
— Держись! — только и успел выкрикнуть я, но Светка уже не услышала моих слов, потеряв сознание. Я подхватил и прижал к себе обмякшее тело. Душераздирающий стон раздался изнутри меня и как будто сразу отовсюду: кажется, стонало само небо, и воздух, и земные недра под моими ногами. Великий дух, потеряв свою жертву, метался вокруг, распространяя волны ненависти и разрушения. Потянувшись навстречу ему, в тот самый миг, когда рассерженный Навий Князь устремился прочь, я нащупал остающийся после него след и прошел по нему, покидая ставшее негостеприимным место.
Надеюсь, Злобный станет ругаться не слишком сильно. Всё-таки многих из тех, кто сегодня сбежит по моей вине, ловил он. Хотя наиболее опасные зэки сидят дальше, их корпуса затронуть не должно.
Наше совместное путешествие длилось считанные мгновения, но мне показалось, будто прошла вечность. Я ослабил ментальную хватку, и окружающий мир хлынул нам навстречу потоком запахов, звуков и образов. Все еще прижимая обессилившую Светку к себе, я стоял посреди какого-то переулка, похоже, где-то на окраине Москвы. Мы выбрались.
Теперь нужно спрятать ребёнка в надёжное место, и, кажется, я знаю одну семью, которой можно поручить заботу о нём. С другой стороны, рано или поздно Светку отыщут в любом укрытии, если того захотят. Слепки её ауры у властей есть, частицы тела, наверняка, тоже. С такими ресурсами даже дилетант способен найти человека, как ни закрывайся. Правда, сейчас в Москве, где мы находимся, поиск слегка осложнен, но для специалиста помеха несущественная.
Надо её за границу отправить. Пожалуй, в Китай — мне в любом случае нужно пообщаться с Монахом, заодно и об убежище договорюсь. Немного позже. Сначала зайду к Белоснежке, как и собирался, оставлю ребенка там.
  
Интерлюдии 1, 2
 
Просыпался Степан всегда медленно, но не сегодня. Этой ночью из сна его вышибло, словно пробку из бутылки шампанского, заставив с заполошным видом вскочить на кровати и начать метаться по комнате. В голове всплывало знание — Аскет, высший дух, схватка. Настоятельное предложение покинуть столицу и окрестности.
Первая оторопь прошла, мужчина остановился, выдохнул, потер лицо ладонями. Прихваченной со спинки стула футболкой вытер выступивший пот, наплевав на запахи и чистоту. Что за фигня? Это чья-то шутка, верно? Незачем одному из сильнейших псионов планеты посылать ему, слабенькой «четверке», предупреждение. Уровни у них несопоставимы. Куда вероятнее, что кто-то из знакомых его разыграл и теперь ухохатывается, глядя через камеру или конструкт на заполошные метания жертвы. Вот из-за таких шутников власти гайки и закручивают.
Зазвонил телефон. Степан посмотрел высветившийся номер и со злостью нажал приём — если это действительно Андрюха, то он ему сейчас устроит. То есть не прямо сейчас, а потом, сейчас матами обложит.